Закон для идеальных чиновников

Закон о неправительственных организациях, в который были внесены президентские поправки, одобрен Советом федерации. Однако в его тексте остаются принципиальные недостатки, которые еще не поздно исправить. Президент может наложить "техническое" вето и внести поправки. Второй вариант: правительство может издать ряд подзаконных актов.
Подготовка закона о НПО была инициирована потому, что общество нуждается в большей прозрачности работы общественных и некоммерческих организаций. "Безотчетная" деятельность НПО, производящих 1 - 1,5% ВВП, а в некоторой перспективе - 3 - 4%, могла стать прикрытием для отмывания денег. С увеличением вклада НПО в экономику возрастает риск переноса активности по отмыванию из коммерческого сектора в некоммерческий.
Второй мотив - возможность финансирования экстремистских и террористических организаций под вывеской НПО (так, организации, ставящие целью разжигание межнациональной розни, могут прикрываться целями культурно-просветительскими).
Третий мотив, который, правда, и спровоцировал было перекос законопроекта в сторону регулирования зарубежных доноров, - ограничение каналов влияния западных организаций на общественное мнение внутри России. По оценкам экспертов, зарубежные доноры обеспечивают до 40% финансирования активности соответствующего сектора. Российские элиты не хотят допустить подавляющего влияния на формирование общественной жизни страны со стороны элит западных, тем более - их вмешательства в собственно политическую жизнь. Это очевидно и для меня, человека демократических и либеральных убеждений. Ведь помимо демократической есть еще национальная самоидентификация.
Что получилось на выходе? Сектор НПО обнаружил: на него "наезжают" сразу с нескольких сторон. Избыточное регулирование может провести к ликвидации части организаций. Тогда они просто перейдут в нелегальную сферу. Первая редакция закона была слишком жесткой к организациям с зарубежным участием, это ударило бы по чисто благотворительным организациям. Они бы перевели свою деятельность в другие страны (для России - чистый минус). После внесения президентских поправок они смогут нормально функционировать. Но одна важнейшая проблема осталась: неопределенность критериев, по которым регистрирующие органы могут отказать НПО в регистрации. Один из них: деятельность организации наносит ущерб "национальным интересам" или "культурной самобытности". Но в Конституции России нет таких ограничений на общественную деятельность. Неопределенность критериев ведет к увеличению доли административного усмотрения при регистрации, а значит, к параличу работы неугодных власти общественных организаций. Писавшие закон исходили из того, что в России работает идеальный чиновник. Но у нас на уровне президента признано, что это не так. Чиновник, существующий в реальности, работает либо ради извлечения ренты, либо за идею. Органы, регистрирующие НПО, не отвечают за развитие сектора, у них нет цели и идеи, при рассмотрении заявлений на регистрацию они могут либо угадывать желания начальства, либо пытаться извлечь ренту. Уточнение критериев раз это не сделано в законе, - прямая задача подзаконных актов.
В своем сегодняшнем виде закон не будет способствовать развитию гражданского общества. Ряд его положений прямо противоречит основному принципу административной реформы - дерегулированию. Прозрачность и регулирование необходимы формирующемуся миру российских НПО точно так же, как рыночным структурам. Но рассчитывать только на чиновника - заведомый проигрыш. Нужна принципиально иная конструкция, которая могла бы стимулировать саморегулирование НПО и общественных организаций. (Конечно, при наблюдении со стороны государства за соблюдением общественного интереса.) Только в этом случае мы получим реально работающую сеть гражданских связей и инициатив.