Думать по-настоящему

Этот взгляд, результат многолетних совместных теоретических изысканий, бурных дискуссии с коллегами и неизменного стремления "думать по-настоящему"…

— Как вы чувствуете себя в качестве обладателей "Золотой Вышки"?

И. С.: Для ученого очень важно внутреннее удовлетворение от своей научной деятельности, но не менее важно и признание коллег. Поэтому мы, конечно же, благодарны тем, кто нас выдвинул на премию, голосовал за нас на Ученом совете и на коллегии ординарных профессоров, и всем, кто нас поздравил с получением "Золотой вороны" — она, кстати, немного похожа на пингвина, который решил, наконец, взлететь.

Андрей Полетаев, Ирина Савельева и Никита Харламов

А. П.: Эту премию мы рассматриваем не только как признание наших личных достижений, но и как оценку работы Института гуманитарных историко-теоретических исследований. В 2006 и 2007 годах сотрудники ИГИТИ уже попадали в тройки номинантов на премию "Золотая Вышка" за достижение в науке и за вклад в развитие Школы, а в этом году ИГИТИ досталось 33,3% всех "Золотых ворон" — кроме нас премию за достижение в учебе получил сотрудник Центра фундаментальной социологии ИГИТИ Никита Харламов.

— За четыре года вам удалось опубликовать четыре книги, чего вам это стоило?

А. П.: Читатели могут заподозрить нас в графоманстве, так что придется оправдываться... Во-первых, монографий вышло не четыре, а две. Две другие книги — это учебные пособия для вузов, которые, конечно, не считаются научными исследованиями в полном смысле этого слова. Правда, в этих учебных пособиях изложены результаты нашей собственной исследовательской деятельности, опубликованные ранее в двухтомной монографии "Знание о прошлом: теория и история" (первый том вышел в 2003 г., второй — в 2006 г.).

И. С.: В жизни очень существенна система приоритетов — для нас важнейшим приоритетом является научная работа, сколько бы ни было других обязанностей и сфер деятельности, входящих в профессию (административная, преподавательская, проектная, экспертная, коммуникативная и проч.). Конечно, мы пишем не только книги, но и статьи, но в общественных и гуманитарных науках книги все-таки остаются главным мерилом научных достижений.

А. П.: Кроме того, мы пишем вдвоем, за счет чего, как нам кажется, достигается и некоторый синергический эффект.

— Вы получили "Золотую Вышку" за книгу "Социальные представления о прошлом, или Знают ли американцы историю". Откуда взялась такая тема — ведь ваши предыдущие книги были посвящены теоретическим проблемам?

И. С.: Вы правы, эта книга была для нас "внеочередной", но ее идея возникла из сугубо теоретической темы, которой мы уже занимались раньше, когда исследовали механизм формирования массовых социальных представлений. В данном случае речь идет об исторических представлениях. Про американцев — потому, что мы американисты...

А. П.: И вторая причина, по которой мы выбрали такой сюжет — это поиски ответа на вопросы, который волнуют нас как историков: для чего народ должен знать историю и что значит "знать историю" применительно к "среднему" гражданину. На американском материале мы и постарались на эти вопросы ответить.

— Так, все-таки, знают американцы историю или нет?

И. С.: Прочитаете — узнаете.

— А чем, по вашей версии, занимается ИГИТИ?

А. П.: Всем ненужным...

Ирина Савельева

И. С.: Поскольку наш Институт междисциплинарный, мы часто выбираем теоретические проблемы, исследование которых могло бы объединить представителей разных дисциплин. При этом мы не замыкаемся в стенах собственного института, а привлекаем к сотрудничеству ведущих российских специалистов из других научных центров. Большинство наших исследований относится к области социологии знания и истории идей. Из завершенных проектов можно назвать коллективные монографии "Феномен прошлого", "Классика и классики в современном социально-гуманитарном знании", "Комментарий в культуре: история и современность". Вместе в польскими коллегами мы подготовили в этом году монографию "Национальная гуманитарная наука в мировом дискурсе: случай России и Польши". Конечно, есть и более специализированные проекты: например, в Центре фундаментальной социологии ведутся исследования по теории социального события, социологии пространства, социологии власти и т. д.

— Как чувствуют себя гуманитарии в экономическом вузе?

А. П.: По-разному. Сначала было довольно сложно — преподаватели Вышки не понимали, что делают здесь историки, филологи и философы, а московские гуманитарии не понимали, какое отношение к гуманитарным исследованиям может иметь Высшая школа экономики. Но постепенно нам удалось, с одной стороны, создать гуманитарную среду в самой Вышке, а с другой — завоевать определенную репутацию "в городе и мире". По крайней мере в Москве ИГИТИ ГУ-ВШЭ — заведение известное.

И. С.: Нам очень помогло и открытие в Вышке философского факультета, декан которого — Алексей Михайлович Руткевич — работал (и продолжает работать сейчас) в ИГИТИ. Кроме того, у нас хорошие связи с факультетами социологии, политологии и экономики, где, на самом деле, тоже есть "скрытые гуманитарии". И, наконец, Вышкой руководит разносторонне образованный ректор, который (по секрету) очень любит и хорошо знает историю и поэзию.

— Значит, развитие гуманитарных исследований в Вышке — результат действия "человеческого фактора"?

А. П.: И да, и нет. "Человеческий фактор", безусловно, важен, но развитие гуманитарных наук — это часть общей научной политики нашей Школы, которая из экономического вуза последовательно превращается в исследовательский университет. В последние годы руководство университета инициировало целый ряд программ, направленных на развитие исследовательских центров и активизацию научной работы преподавателей. Это же относится и к студентам — например, в рамках Инновационной программы начали функционировать научно-учебные лаборатории (одна из них — Центр фундаментальной социологии ИГИТИ, которым руководит Александр Фридрихович Филиппов), реализуется программа конкурсных проектов "Учитель-ученик" и т. д.

— ИГИТИ занимается только научной работой со студентами?

И. С.: Вовсе нет. Во-первых, почти все сотрудники Института (включая даже отдельных студентов) преподают в Вышке — в основном, на философском и социологическом факультетах. Во-вторых, уже пять лет мы ведем программу общеуниверситетских гуманитарных факультативов ИГИТИ. Конечно, мы являемся исследовательским центром, но ученые должны транслировать результаты своей научной работы студентам. Поэтому в тех курсах, которые наши сотрудники читают на факультетах и по программе общеуниверситетских гуманитарных факультативов, в первую очередь представлены результаты современных научных исследований, в том числе и наши собственные.

— Как возникла идея таких факультативов?

И. С.: В данном случае идея не наша — с момента создания ИГИТИ ей был одержим Вадим Валерьевич Радаев, который путем административного нажима заставил нас ее реализовывать. Время показало, что он был прав — теперь в программе гуманитарных факультативов ежегодно участвует около 1000 студентов со всех факультетов Школы. Кстати, одними из наиболее активных слушателей этой программы являются студенты, казалось бы, наименее "гуманитарных" факультетов" — менеджмента и бизнес-информатики.

Конечно, нам хотелось бы, чтобы больше студентов вовлекалось в собственно научную работу и оставалось в науке после окончания вуза. Но пока, по известным всем причинам, этого почти не происходит — карьера ученого в нашей стране сегодня выглядит не очень привлекательной.

— Я знаю, что в последнее время вы активно участвуете в дискуссиях о состоянии социальных и гуманитарных наук в России. Что вы думаете по этому поводу?

Андрей Полетаев

А. П.: На самом деле, под этой общей шапкой находится множество разных дисциплин, и положение дел в них, конечно, разное. Если говорить об обобщенных данных, то исследователей в области общественных и гуманитарных наук, по международным меркам, у нас очень мало: порядка 20 человек на 10 000 населения, в то время как в развитых странах эта цифра составляет 40—50 человек. Мы сильно уступаем таким государствам как Словакия, Венгрия, Чехия, Тайвань, и не намного превосходим Китай, Мексику и Румынию.

Как показывают проведенные в ИГИТИ исследования, почти незаметно и "присутствие" отечественных социальных и гуманитарных наук в мировом научном дискурсе, как по количественным показателям (число публикаций в международных журналах и число ссылок на них), так и на содержательном уровне (известность за пределами России идей, теорий, концепцией, да и просто работ и имен отечественных ученых).

Развитие российской науки — это прежде всего задача самого научного сообщества, и мы с коллегами пытаемся, по мере сил, этому способствовать. Но, конечно, многое зависит и от государственной политики в области науки — исследования в области общественных наук финансируются за счет государственных средств на 91%, а гуманитарные науки — на 99%.

— Как вы пишете вдвоем?

И. С.: Примерно так же, как даем интервью.

— Есть ли у вас какой-нибудь девиз или кредо?

И. С. и А. П.: Есть любимая цитата из Винни-Пуха: "Если в этом Лесу кто-то должен думать — а когда я говорю "думать", я имею в виду думать по-настоящему, — то это наше с тобой дело".

Людмила Мезенцева, Новостная служба портала ГУ-ВШЭ