Кто несет ответственность за «провал» студента?

Как известно, целью Болонского процесса является создание единого европейского пространства высшего образования путем сближения национальных образовательных систем различных государств, подписавших Декларацию процесса. В настоящее время Болонский процесс объединяет 46 стран, включая Россию. В реализацию основных направлений Болонского процесса вовлечены многие вузы страны, в том числе — Высшая школа экономики.

Группа европейских экспертов по вопросам оценки результатов обучения и системы качества образования — Нина Арнхольд, старший специалист по образованию Всемирного банка, Жак Ланарес, проректор университета Лозанны в Швейцарии и Волкер Гемлих, профессор Оснабрюкского университета прикладных наук в Германии — приехала в Москву по приглашению ГУ-ВШЭ и при поддержке Всемирного банка.

Нина Арнхольд, открывшая 11 марта первую презентацию об анализе образовательных результатов в ГУ-ВШЭ, отметила: «Мы не станем делать вид, что в данный момент имеем ясное и полное представление об образовательных программах в вашем университете, но мы добросовестно работали в течение нескольких дней — беседовали с представителями администрации и деканами факультетов, проводили опросы преподавателей и студентов, изучали документы и материалы портала — и можем поделиться с российскими коллегами своими впечатлениями, предварительными выводами, размышлениями и рекомендациями. Мы хотели бы выслушать мнения и вопросы участников встречи. Вполне возможно, мы что-то неверно поняли, в этом случае ваши возражения и аргументы будут особенно важны». Арнхольд представила профессора Волкера Гемлиха, который в течение многих лет участвует в важнейших проектах Болонского процесса, центральное место в его аналитических работах занимает изучение результатов обучения в различных университетах Европейского союза.

Профессор Гемлих напомнил участникам встречи, что одним из важнейших и наиболее актуальных аспектов Болонского процесса, на котором необходимо сконцентрироваться специалистам в области высшего образования, является employability — способность выпускников университетов успешно трудоустроиться. «Традиционно, — сказал он, — организация образовательного процесса выстраивалась цепочкой последовательных действий: преподаватель набирал студентов, обучал их, затем они сдавали экзамены, подтверждающие их квалификацию, а дальше преподавателю оставалось только надеяться на трудоустройство своих выпускников. Преподаватель был центральной фигурой образовательного процесса». В настоящее время у координаторов Болонского процесса есть все основания подвергнуть эту модель сомнению и пересмотру.

В условиях глобализации и экономического кризиса, когда занятость населения приобретает жизненно важное значение, необходимо начинать организацию обучения с определения результатов, которые университет планирует достичь. Профессор Гемлих уверен, что «в нынешних условиях мы должны перевернуть цепочку и начать с конца — сначала определить, каким багажом компетенций должен обладать выпускник высшей школы, чтобы успешно трудоустроиться, затем сформулировать структуру и содержание образовательных программ и учебных планов, выбрать эффективные методы и формы обучения, нанять высококвалифицированных преподавателей и определить критерий набора студентов». Кроме того, образовательный процесс должен стать понятным и прозрачным для всех заинтересованных сторон — студентов и их родителей, преподавателей и работодателей.

Недавно в Германии был проведен анализ опросов о результатах обучения в разных университетах страны. В опросах принимали участие студенты, выпускники, преподаватели и работодатели. Опубликованные результаты показали рейтинг навыков и умений, наиболее востребованных на рынке труда:

1. коммуникативность и способность работать в команде,
2. способность решать проблемы,
3. способность к постоянному обучению,
4. умение работать самостоятельно,
5. способность адаптироваться к новым условиям,
6. умение анализировать...

И только после всего перечисленного выше — иметь знания. Причем выяснилось, что речь идет о широких, неспециализированных знаниях, поскольку узкоспециализированные знания без особых проблем приобретаются в ходе трудовой карьеры.

Очевидно, что общество ожидает от выпускников университетов те компетенции, которым вузы пока не уделяют достаточного внимания. Вузы сосредоточили свое внимание на освоении студентами знаний, которые, как оказалось, являются только одним и отнюдь не самым значительным элементом образования, востребованного на рынке труда.

Что студент должен знать и уметь на выходе из каждого конкретного университета — это самый важный вопрос, с ответа на который следует начинать образовательную деятельность. Только после того, как планируемые результаты обучения четко определены, целесообразно решать все остальные задачи. По мнению профессора Гемлиха, «это изменение парадигмы образования в рамках Болонского процесса отражает значительный поворот в концепции приоритетов современного образования и ставит перед университетами новые задачи и вызовы. В нынешних условиях вузы обязаны сосредоточиться на таких результатах обучения, которые гарантируют или, по крайней мере, значительно облегчают трудоустройство их выпускников».

По ходу презентации Волкер Гемлих предложил несколько основных рекомендаций Высшей школе экономики, в том числе:

• более тщательную проработку критерия и форм оценки результатов обучения, к которой должны быть привлечены не только преподаватели, но и студенты и работодатели;
• более четкое определение профиля университета, факультета, отделения, курса и описание их специфики и взаимодействия;
• пересмотр системы кредитов в направлении более понятной их взаимосвязи с результатами обучения;
• оценку и кредитование знаний и навыков, которые студент приобрел вне стен университета (работая до поступления в вуз или во время учебы) и включение их в список его умений и компетенций — то есть в портфолио выпускника;
• существенное развитие мобильности студентов, преподавателей и иного персонала путем зачета периода времени, затраченного ими на работу в европейском регионе.

Во время обсуждения презентации Нина Арнхольд провела аналогию между предприятием и университетом. «Если мы можем считать выпускника продуктом университета, то вполне правомерен разговор о качествах этого продукта. Покупая в аптеке лекарство, мы мало интересуемся тем, из каких химических элементов оно состоит, но хотим непременно знать, как оно действует на организм, способно ли оно помочь при определенном заболевании. Точно так же общество хочет понимать, на что способен выпускник того или иного университета. Вместо того, чтобы пространно перечислять «ингредиенты» образовательной программы, нужно ясно изложить ожидаемые результаты обучения по этой программе и последовательно вести студента к этим результатам. Это принципиально другой подход, к которому мы призываем всех участников Болонского процесса».

Вторая презентация экспертов состоялась 12 марта и была посвящена анализу системы повышения качества образования в ГУ-ВШЭ.

Жак Ланарес, проректор университета Лозанны, начал свое выступление, обратив внимание аудитории на то, что в современных условиях понимание качества образования значительно и динамично меняется. Более того, в разных странах и университетах смысл словосочетания «качество образования» понимается по-разному. После многочисленных дискуссий стран-участниц Болонского процесса стало очевидно, что достичь согласия и единого понимания смысла этого понятия пока не представляется возможным. «Тем не менее, — отметил профессор Ланарес, — обеспечение качества образования предполагает систематический мониторинг и принятие мер по изменению и улучшению содержания и форм обучения и исследовательских работ и является непрерывным процессом в любом вузе. Болонская декларация содержит основные положения обеспечения качества образования, и каждый университет, присоединившийся к Болонскому процессу, обязан последовательно приводить свои образовательные программы в соответствие с этими стандартами».

По мнению Жака Ланареса стратегия повышения качества образования в ГУ-ВШЭ должна включать в себя:

• создание общеуниверситетской концепции повышения качества образования и специального подразделения, занимающегося мониторингом и координацией этого процесса;
• более активную вовлеченность студентов и работодателей в процесс оценки деятельности вуза;
• более объективную оценку соответствия между заявленными целями той или иной программы и ее фактическими результатами;
• более комплексную и системную оценку компетентности преподавательского состава;
• более динамичное внедрение систем контроля за качеством образования и расширение практики профессионального обмена мнениями и опытом в преподавательской среде.

После окончания презентации Жак Ланарес и Нина Арнхольд ответили на вопросы участников встречи. Особый интерес и оживленную дискуссию вызвало обсуждение вопроса о «качестве» студентов и о количественных показателях их отчисления из университета.

Нина Арнхольд отметила, что во время бесед с представителями администрации и преподавателями университета выявилось некое противопоставление высокого уровня образования, предлагаемого ГУ-ВШЭ своим студентам, недостаточному качеству подготовки абитуриентов.

«Если бы я стояла перед выбором, в какой университет Москвы поступить, — сказала она, — я бы обязательно поинтересовалась, насколько высок процент отчисления в подходящих для меня вузах. Мы не нашли эту информацию на портале ГУ-ВШЭ, хотя нам говорили, что там есть такие сведения. Во время наших бесед с деканами факультетов и заведующими отделениями мы услышали, что университет ежегодно отчисляет до 50 процентов студентов (На самом деле в среднем в ГУ-ВШЭ отчисляется 15 процентов студентов.  - Ред.), и, как правило, эти отчисления происходят в течение первого года обучения. Один из студентов третьего курса сказал нам, что его группа на первом курсе состояла из 35 студентов, а сейчас их осталось 16. Я считаю, что серьезные размышления над вопросом — кто несет ответственность за "провал" студента — могли бы быть чрезвычайно полезны для развития ГУ-ВШЭ. Я не могу поверить в то, что основная причина такого количества "провалов" — в высоком уровне и сложности программ университета. Кроме того, ваш университет получает государственное финансирование, и с этой точки зрения процент отчислений тоже выглядит неприемлемо высоким. Если придерживаться аналогии между предприятием и университетом, которую я предложила накануне, то половина "продукции", производимой университетом, отбраковывается после первого курса».

Вполне логичным, по мнению экспертов-аналитиков, был бы критический анализ и пересмотр принципов набора студентов в Вышку. Возможно, одна из причин высокого процента отчислений студентов — в непродуманности приемных кампаний. Решение вопросов о том, какими должны быть первокурсники тех или других факультетов и отделений ГУ-ВШЭ, как эффективно провести прием абитуриентов, может стать ключевым в снижении процента отчислений.

Жак Ланарес подчеркнул, что необходимо помнить об обязательствах, которые берут на себя университеты, имеющие возможность выбирать тех или иных студентов. «Объективно говоря, — заметил он, — университет дает обещание студенту, что, если он будет усердно трудиться в течение нескольких лет, то выйдет из стен университета, имея определенные, востребованные навыки и компетенции. Во всех  ли случаях выполняют университеты свои обещания? В этом отношении всегда показательно количество отчисленных студентов и тщательный анализ причин этих отчислений».

Не будет лишним отметить, что далеко не все участники Болонского процесса однозначно и положительно оценивают проведение образовательных реформ в своих странах и университетах. Большая часть профессоров Германии, Испании, Сербии, Словении и России считают, что стандартизация обучения и введение системы зачетных баллов негативно отражаются на качестве образования, особенно — гуманитарного; что Болонский процесс фактически является приватизацией высшего образования, которое становится все менее доступным для большинства населения Европы. Аргументы противников и сторонников Болонского процесса находятся в некоем равновесии, и Россия, подписавшая Декларацию в 2003 году, уже двигается по пути реформирования своей образовательной системы в соответствии с требованиями и стандартами Болонского процесса.

Завершая дискуссию, проректор ГУ-ВШЭ Исак Фрумин поблагодарил экспертную группу за плодотворную работу, продуктивный обмен мнениями и предварительные рекомендации по развитию Высшей школы экономики.

Валентина Грузинцева, Новостная служба портала ГУ-ВШЭ
Фото Полины Фроловой