«Несуществующие» детсады и рутина в вузах

Первое выступление на сессии «Образование и общество» было посвящено мониторингу образовательных и трудовых траекторий выпускников школ и вузов. По словам докладчика, старшего научного сотрудника Института развития образования ГУ-ВШЭ Дмитрия Попова, исследование является, по сути, портретом поколения ребят, которые сейчас учатся и заканчивают вузы (опросы проводились в двух регионах - Ярославской области и Татарстане). Мониторинг еще не завершен. «Мы получили первый срез. Основные выводы можно будет сделать, когда будет проведено как минимум два среза — тогда мы сможем говорить именно о траекториях».

Первые результаты позволили выделить «группы риска» — молодых ребят, склонных к изменениям в траекториях. Это те, кто не имели информации о специальности до поступления, не удовлетворены процессом обучения, не хотят работать по специальности. В «группе риска» ниже уверенность в завтрашнем дне и выше желание получить второе высшее образование. Еще один из выводов, сделанный по результатам первого «среза»: увеличению дисперсности траекторий способствует ЕГЭ. Школьники, которые готовятся целенаправленно именно к экзаменам и решение о поступлении принимают в последний момент, исходя из своих результатов ЕГЭ, склоны в будущем к смене образовательных и трудовых путей.

Доклад старшего преподавателя Сибирского федерального университета Евгении Григорьевой касался исследования частного сектора на рынке дошкольных образовательных услуг в Красноярске. Развитие рынка частных детсадов, по словам докладчика, могло бы способствовать решению проблемы очередности и перегруженности детсадов. При этом официальная информация о работе частных детсадов отсутствует — в районных администрациях говорят, что их просто нет, пояснила Григорьева. По объявлениям и рекламе в СМИ авторы исследования нашли 46 частных детсадов! Руководители 19 из них откликнулись и приняли участие в исследовании. По результатам анкетирования были определены различные формы частного дошкольного обеспечения: частные, домашние, семейные детские сады, центры дополнительного дошкольного образования, досуговые дошкольные центры. Выяснилось, что все их организаторы-предприниматели - женщины с высшим образованием, чаще всего педагогическим (73,7%). У половины из них уже был опыт предпринимательской деятельности, большинство (78,9%) продолжает повышать свою квалификацию, обучаясь в вузах или на курсах переподготовки. Их опыт и квалификация позволяют сохранить высокую конкурентоспособность частных дошкольных учреждений и способствуют развитию малого предпринимательства.

Выступление аналитика в области образования Всемирного банка Тиграна Шмиса также было посвящено дошкольному образованию. По его словам, в России охват системой общего дошкольного образования составляет 61,4%. По прогнозам демографов, до 2014 года рост рождаемости должен продолжиться, после чего наступит спад. В этой ситуации остро встает вопрос о более гибком реагировании на изменения спроса. Требования к проектированию и строительству детсадов в России очень жесткие. «Эксперты многих стран могут позавидовать качеству детсадов в России. Но, может быть, стоит понизить планку ради большего охвата? Это вопрос», — заметил Шмис. Еще одна проблема, достойная обсуждения, — эффективность управления детсадами. В качестве примера Шмис привел опыт итальянского муниципалитета Реджио Эмилья, где в каждом садике предполагается 2 воспитателя на группу, 1 преподаватель, 1 повар и 3 его помощника, 3 уборщика, а остальные услуги отданы на аутсорсинг. Сетью из 80 детсадов в Реджио Эмилье управляет подразделение из 20 человек. В связи с этим, как заметил Шмис, стоило бы обдумать: нужен ли директор в каждом российском дошкольном образовательном учреждении и сколько услуг и сервисов должно быть в детсаду (нужен ли, к примеру, в каждом садике бассейн)?

Тезисы, прозвучавшие в последнем докладе, вызвали достаточно бурное обсуждение в зале. В частности, участники сессии задавались вопросом: стоит ли говорить о сокращении персонала и упрощении проектов зданий дошкольного образования, когда заболеваемость детей в российских детсадах и без того сегодня очень высокая?

Подводя итоги сессии, ее руководитель директор Института развития образования ГУ-ВШЭ Ирина Абанкина поблагодарила выступавших, отметив, что проблемы, о которых шла речь на встрече, требуют дальнейшего изучения.

Сессия «Социальные аспекты профессионального образования» открылась докладом заведующей лабораторией «Развитие университетов», научного сотрудника Института развития образования ГУ-ВШЭ Марии Добряковой «Студенты российских инженерных вузов». Данное исследование, основанное на опросах студентов и выпускников, — часть международного проекта, посвященного оценке качества инженерного образования в странах БРИК (Бразилия, Россия, Индия и Китай). В докладе обобщаются результаты опроса студентов и выпускников 23 вузов в 7 российских городах.

На первый взгляд, по словам М. Добряковой, картина получается довольно оптимистичной. Молодые люди говорят, что выбрали специальность, по которой учатся, вполне осмысленно, успеваемость хорошая (две трети учатся без троек и получают стипендии за хорошую учебу), 35–40% даже занимаются наукой. После окончания вуза многие работают в тех отраслях, к которым их и готовили.

Между тем в последние годы в западных странах (в частности, в США) появились новые требования к профессии инженера (такой запрос идет от работодателей). Считается, что инженеры должны владеть навыками, необходимыми для инновационной экономики, — понимать контекст, в котором существует их отрасль, уметь представлять результаты своей деятельности, общаться с людьми. Согласно результатам опроса студентов российских инженерных вузов, 30% из них за время обучения в университете не изменили или даже ухудшили свои коммуникативные навыки. В вузе преобладают лекции, невелика доля курсов по выбору, студенты ведут мало собственных проектов. Они почти не читают в университете литературу на иностранном языке, в то время как понятно, что инженерная профессия уже не может развиваться в рамках одной страны. Но такое положение вещей самих студентов мало беспокоит, их будущая работа рутинна. «Получается, что на уровне государства декларируется, что мы хотим строить инновационную экономику, готовы расходовать на это средства. А внутри вузов картина не меняется и сохраняется подготовка для все той же индустриальной экономики», — отметила Мария Добрякова.

На сессии выступили и другие исследователи. В частности, доклад Елены Федоровой из Астраханского государственного университета (АГУ) был посвящен проблеме студенческой занятости. По мнению Е.Федоровой, «денежный мотив» не является для учащихся основным при устройстве на работу. Согласно результатам исследования, которое было проведено в Астраханском госуниверситете (в опросе участвовало 102 человека — работающие и неработающие студенты АГУ), средняя зарплата студентов невысокая, всего 5400 рублей — студенты работают не из-за денег. Важным фактором в решении устроиться на работу становятся воззрения, принятые в неформальных институтах — семье, церкви. В дальнейшем автор планирует продолжить исследование и расширить выборку.

Елена Кузнецова, специально для Новостной службы портала ГУ-ВШЭ

Материалы к докладам:

• Тигран Шмис. Презентация к докладу «Барьеры и возможности в расширении предложения услуг дошкольного образования в российских регионах»
• Иван Павлюткин. Презентация к докладу «Зависимость от предшествующего развития и обновление "постсоветского" университета»
• Дмитрий Попов. «Мониторинг образовательных и трудовых траекторий выпускников школ и вузов: первые результаты»
• Евгения Григорьева. «Этнографическое исследование частного сектора на рынке дошкольных услуг»
• Лидия Окольская. «Российские воспитательные идеалы в неформальном общественном мнении и образовательных стандартах»
•  Мария Добрякова. Презентация к докладу «К чему готовы студенты российских инженерных вузов?»
• Елена Федорова. «Влияние социальных институтов на студенческую занятость»