"Все умрут, а я останусь": взгляд дилетанта

16 декабря в Культурном центре ГУ-ВШЭ состоялся показ и обсуждение фильма Валерии Гай Германики "Все умрут, а я останусь", организованные клубом "Популяция". В обсуждении фильма приняли участие режиссер фильма и Ян Левченко, журналист и критик, профессор кафедры наук о культуре ГУ-ВШЭ. 

Даже если бы не было обсуждения, смотреть кино в Культурном центре - отличная идея. Все так же, как в кинотеатре, только сосед твой не жует попкорн и не пьет кока-колу. Малый зал был забит до отказа - сидели даже на приставных стульях и в проходах на ступеньках.

Действия фильма укладываются в рабочую неделю. Все начинается в понедельник, когда девятому классу обычной московской школы объявляют, что в субботу будет дискотека. Три подруги начинают к этой дискотеке готовиться. По ходу дела хоронят кота в школьном дворе, конфликтуют с родителями, устраивают дебош на уроке геометрии, после чего клянутся друг другу в вечной дружбе («не отбивать друг у друга парней и быть верными, пока не повзрослеют») и, собственно, последовательно нарушают все пункты клятвы.

Фильм этот на грани между «жесткий» и «жестокий». Некоторые говорят - «жесть». Без купюр показана жизнь старшеклассников в спальном районе Москвы.

Показано, как отец избивает главную героиню (Катю) то ли за пирсинг в пупке, то ли за опоздание домой. Сцена жестокая и до некоторой степени бессмысленная. Потом, во время обсуждения фильма, Валерия Гай Германика рассказала, что ей было важно начать эту линию сюжета с конфликта.

Очень натурально показано, как другая героиня (Жанна) после «легкого перепития» во время дискотеки блюет в школьном туалете, а старшеклассницы терзаются смешанными чувствами: отвращением и желанием посмеяться.

Правдоподобно до сожаления и омерзения показан опыт первого секса в подвале. Когда секс этот и не с тем мальчиком, и не по тем причинам. И неминуемая месть за «неправильные» поступки, когда Настя избивает Катю в школьном дворе. И шокирует не то, что «девочки дерутся из-за мальчиков», а то, что одноклассники снимают это на телефоны, комментируют, но никак не пытаются утихомирить Настю, которая бьет лежащую Катю ногами. И не по себе, когда симпатичная, но глупенькая Вика, будучи в расстроенных чувствах из-за несчастной «любви», курит травку с толпой мальчиков явно старше себя. Но, конечно, апофеоз - финальная сцена. Когда грязная, избитая и, кажется, опустошенная Катя спокойно, без истерики говорит родителям: «Мама и папа, идите на ...». И в фильме эта фраза не «запикана». 

Хорошее это кино или нет, судить могут критики. Хотя их суждения в любом случае всегда не бесспорны. Сознательно не прочтя ни одной рецензии на фильм до просмотра, я могу сказать, что лично мне он понравился. «Понравился» в моей терминологии, значит, не оставил равнодушной.  «Понравился» - значит, я смотрела его не как фильм с оригинальным режиссерским почерком, а как историю жизни, а когда пошли титры, еще какое-то время прибывала «внутри» этой истории.

Этот фильм не заставил меня ни о чем задуматься, он просто поверг в легкий шок. Он напомнил о том, как в юности все по-настоящему, как трудно быть честной с собой и как трудно сказать «нет», когда тебе пятнадцать.

У меня позднее детство было намного мягче, но почему-то сомнений в правдивости и искренности этой истории не возникает. Наверное,  это похоже на гипертрофированную демонстрацию проблем взросления.

Характеры героинь - глубокие, разные и детально прописанные. Но, на мой взгляд, не хватает в них света. Ни разу взгляд девочек не излучал что-то похожее на сострадание, искреннюю любовь, интерес к жизни. Только страх, обиду, злость, равнодушие.

Совершенно бесподобно показаны и раскрыты и другие герои. Учительница геометрии, которая постоянно пытается шутить, но никто не смеется. Дебильного вида угловатый старшеклассник, которого девочки отчего-то считают секс символом.

Валерия Гай Германика

На последующем за просмотром обсуждении режиссер фильма Валерия Гай Германика сказала, что в этом фильме никакой морали нет, что она не верит в «научительную» силу кино. Она в этой позиции не одинока, но меня в таком взгляде все же что-то смущает. Да, это красиво, когда фильм - просто картинка без навязанной морали и далеко идущих нравственных выводов. Но ведь у многих бывают такие периоды, когда очень нужно подтверждение собственной правоты или неправоты, когда очень нужен толчок для движения. И тогда во время прочитанная «правильная» книга или просмотренный «правильный» фильм действительно могут помочь. Ну а если отвлечься от «Все умрут...», то, например, детское кино, по моему глубокому убеждению, должно показывать «белое» и «черное», но никак не «серое» и содержать в себе легко-читаемую мораль.

Еще смущает интересная тенденция - хорошее российское (да и не только российское) кино почти всегда депрессивно. Навскидку лично я могу вспомнить только одно позитивное хорошее кино - «Реальная любовь» (Love actually is). Хотя сама Валерия считает, что «Все умрут...» заряжен позитивом. Да, в фильме нет никакого счастливого конца, но конец истории на самом деле остается открытым. Впереди у каждой героини долгая и, возможно, очень интересная жизнь. Ведь слабость и трагедии в пятнадцать лет могут обернуться силой в старшем возрасте.

В конце встречи Валерии Гай Германике задали вопрос о смысле названия фильма. Действительно, почему фильм назван именно так, вовсе не очевидно. Катя произносит эту фразу («все умрут, а я останусь») только один раз в самом конце фильма. Напрашивается аналогия с фильмом Ренаты Литвиновой «Мне не больно». То там героиня повторяла эту фразу часто и, кажется, более к месту.

Валерия честно ответила, что ей просто хотелось подобрать фильму красивое, яркое название.

"Все умрут, а я останусь" - один из лучших российских фильмов 2008 года, получил два приза Каннского кинофестиваля-2008, специальное упоминание жюри в конкурсе "Особый взгляд" и молодежный приз "Недели критики".

Елена Новикова, Новостная служба портала ГУ-ВШЭ

Фотографии Ивана Морякова