Справедливость с пристрастием

Денис Стребков

— Что для вас оказалось самым интересным во время Школы?

— Мне очень понравился цикл из трех лекций Оксаны Запорожец из Самарского государственного университета, посвященный анализу качественных данных. Раньше мы работали с качественными данными, скорее, по наитию. Нам рассказали, что существуют специально разработанные методики и программное обеспечение, которые позволяют анализировать данные легко, удобно, а главное, позволяют получать более надежные результаты.

— Собираетесь использовать новые знания в преподавании?

— Конечно. Теперь могу более четко и обоснованно объяснять студентам, как работать с качественными данными. Соответственно, и требовать с них можно будет больше.

— Какими проблемами делились вы?

— У меня были проблемы, связанные с научно-исследовательским семинаром, который я совместно с коллегами веду в магистратуре. Этому было посвящено отдельное обсуждение — часа на три.

— А в чем конкретно проблема с этим семинаром?

— Дело в том, что студенты не всегда понимают необходимость систематической исследовательской работы, не ощущают необходимости обсуждать свои тексты и наработки в кругу коллег, участвовать в анализе чужих работ.

— Но ведь семинар во многом посвящен написанию магистерских диссертаций. Это само по себе должно стимулировать студентов…

— Семинар посвящен выработке навыков проведения научного исследования. Хотя основной лейтмотив действительно — их собственные магистерские диссертации. Но ведь многие привыкли писать курсовые и диссертации за последние пару недель, а мы хотим сделать семинар интересным для студентов в течение всех восьми модулей. Пока что активность студентов на занятиях оставляет желать лучшего. Хотя у нас был один интересный эксперимент, когда студенты первого курса магистратуры посещали защиты второго курса и потом писали свои критические замечания. Многие подошли к этому с душой.

— Обсуждение с коллегами помогло вам решить проблему с семинаром?

— Не скажу, что на Школе удалось решить проблему полностью, но направление движения стало более понятным.

— Руководитель ЛЭСИ Вадим Радаев, говоря об этой Школе, рассказал нам, что вы провели исследование, посвященное критериям оценки студенческих работ. Что вас к этому подтолкнуло?

— Я уже много лет на факультете социологии веду курс "Организация, подготовка и презентация социологического исследования". В первую очередь он посвящен подготовке дипломных работ. Со студентами мы анализируем дипломы предыдущих лет, рассматриваем типичные ошибки в письменных работах. Но меня стали одолевать некоторые сомнения, правильно ли я их учу. На те ли ошибки обращаю внимание студентов.

Я проанализировал результаты защиты дипломов этого года и заметил, что оценки, выставленные в разных комиссиях, сильно отличаются. Например, в одном случае из 12 студентов 3—4 человека получают отличные оценки, а в другой комиссии отличных оценок 8 или даже 9, хотя уровень студентов, по моим ощущениям, в обоих случаях вполне сопоставим. Рекомендуемые оценки руководителя и рецензента на одну и ту же работу могут отличаться между собой на 4—5 баллов, а оценка, выставляемая на защите, часто бывает далека как от оценки руководителя, так и от оценки рецензента.

У меня сложилось впечатление, что у нас на кафедре существуют разногласия в том, что именно следует считать ошибками, и насколько серьезными являются те или иные недочеты.

Сначала на основе интервью с преподавателями и анализа письменных отзывов на студенческие работы я выделил 33 основные проблемы, встречающиеся в дипломных работах, а затем провел анкетирование преподавателей нашей кафедры с просьбой оценить степень распространенности и серьезности этих изъянов.

— По каким ошибкам мнение ваших коллег наиболее противоречиво?

— Пожалуй, наиболее неоднозначно воспринимаются ошибки, связанные с некорректной формулировкой гипотез исследования, отсутствием в работе анализа актуальных российских и зарубежных публикаций и отсутствием ссылок на источники используемых данных.

Преподаватели кафедры разделились на две примерно равные группы. Одни требуют от студентов больше внимания уделять теоретической проработке темы и тщательному описанию методологии исследования (формулировка целей, задач, гипотез и т.п.). Другие готовы закрыть глаза на отсутствие анализа публикаций и наличие шероховатостей в методологии и уделяют основное внимание результатам, полученным в ходе анализа эмпирических данных. Для них важно, прежде всего, корректное и обоснованное использования методов анализа, наличие в работе содержательных выводов и интерпретаций.

— А может быть, проблема не в разных критериях, а просто в человеческой субъективности?

— Оценка всегда субъективна. Она во многом определяется личным восприятием студента со стороны преподавателя. Но это не значит, что мы не должны стремиться к справедливости. Важно, чтобы одна и та же работа оценивалась одинаково, чтобы учитывалось не столько отношению к студенту, сколько главным образом — характеристики самой работы. Цель моего исследования как раз и состояла в том, чтобы предложить некие формальные характеристики для оценивания работ студентов.

В продолжение исследования мне хотелось бы, во-первых, провести опрос среди преподавателей других кафедр факультета социологии, чтобы понять, имеются ли значимые различия внутри факультета. Во-вторых, провести опрос студентов по аналогичной анкете и понять, чем их представления отличаются от представлений преподавателей, а в чем они заблуждаются. И, в-третьих, сравнить результаты, полученные на защитах, с кумулятивным рейтингом студентов.

— На Школе также обсуждалось использование Интернета в преподавании. В частности, он-лайн общение со студентами…

— Я, к сожалению, в этом деле продвинулся не так далеко, как некоторые мои коллеги, которые ведут в интернете учебные блоги, отвечают на вопросы в специально созданных форумах и т.д. Для меня основной инструмент общения со студентами — это пока еще электронная почта. Отправляю им задания на групповые адреса, отвечаю на вопросы по почте каждому лично.

— Когда и почему вы начали преподавать?

— В 2000 году после того, как я окончил Московскую высшую школу социальных и экономических наук, Вадим Радаев пригласил меня на кафедру. Он убедил меня в том, что преподавание и работа в Высшей школе экономики могут открыть для меня массу интересных возможностей. Так и произошло на самом деле.

— Что вам нравится и не нравится в преподавании?

— Не нравится, что из года в год приходится нередко повторять одно и то же. Поэтому в этом году я отказался от курса "Социология Интернета", который читал на протяжении последних шести лет, и заменил его другим курсом — "Маркетинг в финансовой организации".

А нравится то, что преподавание все-таки мотивирует дальше разрабатывать интересную тему, каждый год искать в ней что-то новое. Ведь преподаешь то, чем интересуешься сам. Общение со студентами привносит новые идеи.

— А методика вашего преподавания как-то менялась?

— Когда я только начинал преподавать, я больше внимания уделял обсуждению текстов на семинарах. И занятия проходили не очень-то увлекательно — чаще всего студенты просто пересказывали прочитанное. Постепенно я стал вводить больше игровых заданий.

— А вы злой или добрый преподаватель?

— Мне хотелось бы считать себя справедливым преподавателем. Когда возникают спорные ситуации по итоговым оценкам, мое мнение о студенте, которое складывалось на лекциях и семинарах, конечно, влияет на окончательное решение, и, возможно, в этом смысле я субъективен. Но мы ведь работаем с живыми людьми — наверное, излишняя беспристрастность и формализм здесь не вполне уместны.

Беседовала Елена Новикова, Новостная служба портала ГУ-ВШЭ