ГУ-ВШЭ  |  лента новостей  |  экспертный канал ВШЭ — OPEC  |  15 июня 2007 г.

Основные принципы деятельности НКО: прозрачность без компромиссов

О проблемах некоммерческого сектора в Высшей школе экономики говорили, казалось бы, совсем недавно, в конце мая. Экспертный канал ВШЭ — OPEC писал об этом. На международной конференции "Некоммерческий сектор: экономика, право и управление" ученые, эксперты и представители некоммерческих организаций обсуждали третий сектор в целом, может быть, даже несколько отстраненно, — каковы его объемы, что препятствует его развитию, востребованы ли его услуги населением и т.д.

Ректор ГУ-ВШЭ Ярослав Кузьминов, являющийся председателем Комиссии Общественной палаты РФ по вопросам интеллектуального потенциала нации и членом Совета при Президенте РФ по содействию развитию институтов гражданского общества и правам человека, и первый проректор ГУ-ВШЭ Лев Якобсон отмечали, что при всей незаметности некоммерческого сектора на общем экономическом фоне в России именно он является необходимой составляющей развития гражданского общества, без которого невозможно построение развитого демократического государства. Именно поэтому Высшая школа экономики всегда уделяла особое внимание этой теме. Но, естественно, усилий экспертного сообщества и власти, даже если она испытывает острую необходимость в третьем секторе, недостаточно для его эффективного функционирования. Необходима саморегуляция, и только в этом случае сектор сможет "очиститься" от организаций, которые просто пользуются статусом некоммерческих, но при этом преследуют единственную цель — добиться максимальной прибыли на благо учредителей. Об организациях, созданных для отмывания средств, и говорить не приходится.

И вот 15 июня в Государственном университете — Высшей школе экономики на Мясницкой Агентством социальной информации был организован семинар-обсуждение "Свода основных принципов деятельности НКО" — документа, который должен стать основополагающим для саморегуляции некоммерческого сектора. Уже осенью он будет представлен, после соответствующей доработки, руководителям некоммерческих организаций, чтобы те могли с ним ознакомиться и поставить под ним свои подписи.

Предполагалось, что в работе семинара примет участие ректор ГУ-ВШЭ Ярослав Кузьминов, уделяющий в своей деятельности особое внимание некоммерческому сектору, однако он не смог присутствовать, и его место рядом с директором Агентства социальной информации Еленой Тополевой занял первый проректор Вышки Лев Якобсон. Как он затем признался, для него это было достаточно неожиданно и с текстом "Основных принципов" он ознакомился уже непосредственно на семинаре. Забегая вперед, скажем, что они на него произвели сильное и не сказать, что положительное впечатление.

А начиналось все, как и положено таким мероприятиям, вполне мирно и оптимистично.

"Подготовка "Основных принципов работы НКО" давно назрела. Мы имеем не только слишком маленький, недопустимо бедный и нередко притесняемый некоммерческий сектор, но, к сожалению, некоммерческий сектор, не всегда готовый следовать жестким принципам, соответствующим его статусу", — начал свое приветственное слово Лев Якобсон. Он отметил, что на Западе основным регулятивным механизмом выступает вовсе не законодательство, а простой принцип — "я тебе руки не подам". Иными словами, главное — это принцип самоочищения. "Я уже давно испытываю противоречивые чувства в связи с нашим законом об НКО. Как многие, наверное, знают, я был в свое время руководителем рабочей группы, которая его писала. Мы задавались вопросом, насколько жесткие критерии и нормы в него включать? Тогда было важно "открыть двери", и поэтому в законе нет никаких жестких критериев. Думаю, мы пошли по правильному пути, хотя нигде в мире нет такого неконкретного и расплывчатого закона, как наш", — сказал Якобсон.

Первый проректор ГУ-ВШЭ сразу обозначил, чего он ждет от "Свода основных принципов деятельности НКО" — жесткости. Чтобы эти принципы задавали высокую планку на уровне деятельности честных некоммерческих организаций. "Пока в этом плане документ скорее разочаровывает, он мягкий, объединительный: ребята, давайте жить дружно", — выдал Лев Якобсон первую порцию критики в адрес разработчиков документа. "Но это я забегаю вперед, выхожу за рамки приветственного слова, которое должно быть оптимистичным, жизнеутверждающим. Что ж, вернусь в эти рамки. Ну а потом постараюсь принять участие в дискуссии", — пообещал Лев Ильич, после чего действительно стал говорить о более приятных вещах. Некоммерческий сектор — это инфраструктура гражданского общества, от того, каким он будет, зависит, какой будет страна и т.д.

Семинар вела Елена Тополева. Она рассказала, что дискуссия об основных принципах деятельности НКО важна, прежде всего, для осознания того, что происходит с сектором в целом, и для обеспечения возможности движения вперед. "Год назад мы собирались в Высшей школе экономики, и тогда было решено, что необходимо выработать некий общий документ. В то время еще никто не знал, каким он должен быть и как он будет называться. "Свод общих принципов деятельности НКО — это что-то сродни хартии социальной ответственности бизнеса, которая есть в РСПП".

Члены рабочей группы, которая была создана для написания документа, рассказали о том, как он формировался и по каким принципам строился. Так, контент-координатор рабочей группы по подготовке документа Елена Темичева рассказала, что все эксперты представляли разные НКО, работающие в разных сферах. На первом этапе было решено, кому адресован документ. В результате определение НКО получилось отличным от того, которое содержится в законе. Например, религиозные и политические организации в перечень НКО не вошли. При написании "основных принципов" был использован международный опыт создания таких документов. В результате текст состоит из двух частей. Первая — условия написания, вторая — сами принципы. Были выделены и темы: прозрачность, ответственность, законность, свобода деятельности, этика. По каждой теме работали конкретные эксперты. Однако в окончательном тексте разбиения на темы нет, принципы просто следуют один за другим.

Первая часть документа получилась весьма объемной. "Для того чтобы сделать принципы максимально деятельными, потребовалась большая преамбула, которая задает ценностную оценку и ориентиры — это базовые вещи. Например, почти весь блок "этика" перешел в преамбулу", — рассказала Анна Севорьян, координатор информационных программ и исследований Центра развития демократии и прав человека.

Уже на этапе обсуждения преамбулы у собравшихся возникли определенные сомнения и претензии к тексту. В целом эксперты сошлись во мнении, что преамбулу надо серьезно переделывать, делать более конкретной, поскольку пока создается впечатление, что не видно цели, ведь документ должен создать условия для саморегуляции, а не решать абстрактные проблемы. Елена Ковалевская, член Экспертного совета при Уполномоченном по правам человека в РФ, пыталась успокоить собравшихся: мол, нет смысла сейчас придираться к каждому слову, документ был создан только, чтобы дать старт дискуссии, а вовсе не для того, чтобы разработчики сейчас отстаивали каждую букву и уходили в защиту. Однако недовольство собравшихся неопределенностью целей было очевидным.

Также была высказана идея о том, что не следовало исключать из списка НКО религиозные и политические организации только на том основании, что они все равно не станут подписывать такой документ. Лучше было бы сохранить максимально полный список НКО, а там уж кто подпишет, тот подпишет.

И без того острая дискуссия перешла в фазу жесткого противостояния, когда речь пошла о принципах прозрачности. Председатель правления Сетевого института общественных инноваций и член Московской хельсинской группы Вячеслав Бахмин рассказал о том, что изначально документ рассматривался и обсуждался как декларация о прозрачности. "Однако точного определения прозрачности у нас нет, как нет и определения гражданского общества, но многие эксперты определяют прозрачность как возможность получения оперативной информации об объекте в необходимом объеме. Но это означает, что прозрачность субъективна. Каждый получающий информацию будет оценивать прозрачность по-своему. То есть я для себя определил прозрачность как открытость, не оставляющую вопросов. Но кто эти вопросы задает? Для финансового аудита прозрачность одна, для старушки с улицы, которая хочет узнать, а что это вы тут делаете, — другая…"

И вот тут-то в дискуссию, как и обещал, вступил Лев Якобсон, обличительно, громогласно и гневно:"Странный подход. Финансовая информация старушку не заинтересует, значит, и давать не будем! Вы напишите тогда уж, если хотите прозрачности, — открыто все, что хотят знать все заинтересованные субъекты. Готовы такое написать?! Не готовы прозрачность обеспечить?! Так и скажите! А вот в игры играть не надо!"

Лев Якобсон заметил, что есть законы и ориентироваться надо на них. "Что вы здесь написали?! Открываем то, что хотим открыть! Вы здесь вопиющую вещь написали. У нас даже банки обязаны раскрывать больше информации, чем предполагается по этим основным принципам деятельности для НКО. И это при том, что по закону НКО не могут иметь коммерческой тайны! На самом деле, должно быть написано, что открывается все, что не закрыто по определенным в законе основаниям!"

Члены рабочей группы под напором Льва Якобсона были вынуждены оправдываться и объяснять, что разработчики вовсе не хотели оставить за некоммерческими организациями право не раскрывать информацию. Вячеслав Бахмин отметил, что раскрытие информации тоже требует расходов, и часто существенных, поэтому надо соблюсти баланс между объемом раскрываемой информации и основной миссией некоммерческой организации, иначе НКО будут только предоставлять информацию, а на все остальное не останется ни времени, ни ресурсов. Он также отметил, что сейчас информационная открытость нужна по большей части, чтобы проинформировать простых граждан о том, что такое вообще некоммерческие организации, чем они занимаются и где находятся, а это информация вполне определенного свойства. Но Льва Якобсона все эти объяснения не устроили.

"Я испытываю очень большую обеспокоенность, потому что принадлежу к числу тех людей, которые пытаются сегодня что-то продвинуть в отношении реальных прав НКО. Наша позиция, с которой мы стучимся в разные двери на разных этажах власти, состоит в том, что это неправда, что в НКО сплошь злоупотребления. Да, есть такие организации, но они маргинальны. Мы говорим, что некоммерческий сектор готов от них сам очиститься. И я очень боюсь того негативного эффекта, который возникнет, если появится этот документ. Это подножка нам, по крайней мере, я это так воспринимаю! Сегодня надо понять, готовы мы поднимать планку внутренних норм выше того, что требует закон, или не готовы. Я думаю, что многие организации сегодня готовы, хотя, конечно, не берусь навязывать".

Первый проректор ГУ-ВШЭ предложил обязать НКО публиковать всю финансовую отчетность на сайтах организаций (для тех, естественно, у кого есть сайты) и привел в пример Высшую школу экономики. "Вот не имеют НКО по закону права на коммерческую тайну, и государственные в том числе. Но я знаю лишь одну организацию, на сайте которой вывешена вся финансовая отчетность. Вы в ней находитесь!", — обратился он к участникам семинара. "Посмотрите на 15-й пункт этих принципов — НКО ответственно подходит к выбору источников финансирования своей деятельности и вправе (!) отказываться от финансирования по этическим соображениям". Это просто выстрел в спину! Вы представьте, если в кодексе добросовестного налогоплательщика будет записано, что добросовестный налогоплательщик обязуется по возможности (!)платить налог в полном объеме", — продолжал "обличать" Якобсон.

Резюмировал Лев Ильич свое выступление следующим образом: жесткий документ, который позволил бы выявить настоящие некоммерческие организации, был бы полезен. Но если под этим документом с удовольствием подпишутся все существующие НКО, то толку от этого не будет, а вот вред может оказаться существенным, поскольку такие принципы явно разрушают позиции защитников НКО.

Промежуточный итог состоявшейся дискуссии (безусловно, она будет продолжена и вряд ли скоро завершится) подвел президент Ассоциации независимых аналитических центров экономического анализа Александр Аузан. Он, как всегда, сумел одновременно и снизить накал полемики, и поддержать правую сторону, в данном случае Льва Якобсона: "Саморегулирование — это тяжелый процесс. Я согласен с Львом Ильичом: либо принимаются реальные обязательства, либо не надо об этом говорить вообще", — начал он. "Но мне кажется, очень сложно растянуть такой документ на всех участников сектора. С другой стороны, мы ведь не закон пишем, ну не учли мы чьи-то интересы, ну не подпишет кто-то эти принципы, ну и что страшного-то? В перспективе вообще появится несколько таких кодексов. И это хорошо! Будет происходить более глубокая структуризация. Следовательно, надо формулировать более конкретные, реальные пункты и не бояться, что кому-то это не подойдет. И последнее. По моему опыту, там, где саморегулирование было в виде декларации, декларацией все и ограничилось. Лучше пусть будет меньше пунктов, но они будут реально проверяемые. И неправда, что у нас нет механизмов принуждения. Они есть: огласка, изгнание из сообщества, лишение рекомендаций, вплоть до включения в информационные черные списки. В каком-то смысле у саморегулирования даже больше инструментов, чем у регулирования", — отметил Аузан.

Основные принципы деятельности НКО, конечно, будут дорабатываться, и наверняка замечания Льва Якобсона и всех экспертов, которые стоят на одной с ним позиции, будут учтены. Документ изменится. Скорее всего, он станет более фундаментальным, солидным, обрастет комментариями и дополнениями. И не надо ждать, что уже осенью НКО начнут подписывать окончательный текст. Пусть лучше это случится позже, но результат будет лучше, а усилия тех, кто отстаивает третий сектор как основу будущего развития России в коридорах власти, не пойдут прахом.

Дмитрий Европин, обозреватель Экспертного канала ВШЭ — OPEC

ГУ-ВШЭ  |  лента новостей  |  экспертный канал ВШЭ — OPEC  |  15 июня 2007 г.