Три взгляда на сложное чувство — читаем книги о зависти
Что такое зависть? Чувство, которое многие из нас стараются подавлять, избегать, а то и вовсе отрицать. А мы попробуем разобраться в нем. Почему зависть, неоднозначное, сложное и порой болезненное явление, так глубоко укоренилось в психоаналитической мысли? В новом выпуске «Книжной полки» поговорим о трех книгах, которые помогут нам понять природу зависти, ее проявления и способы работы с ней в психоаналитическом ключе.
Мелани Кляйн, «Зависть и благодарность. Исследование бессознательных источников»
Начнем со знаменитой и фундаментальной книги на тему зависти — именно Мелани Кляйн считается тем психоаналитиком, который впервые придал ей глобальное, базовое значение в нашем методе. Ее работа «Зависть и благодарность» стала определяющей в изучении этого сложного аспекта человеческой психики.
До Кляйн зависть рассматривали скорее как вторичную эмоцию, которая развивается на основе других внутренних конфликтов. Кляйн же пришла к выводу, что зависть — это первичный, врожденный деструктивный импульс, который присущ человеческой психике с самого рождения. Она считала, что младенец изначально испытывает зависть к материнской груди — источнику жизни, питания и удовольствия.
При этом британский психоаналитик подчеркивала разрушительную силу этого чувства. Она говорила о том, что зависть — не просто желание обладать тем, что есть у другого, это стремление испортить, уничтожить или обесценить благо, которым обладает объект зависти.
По Мелани Кляйн, большое значение имеет то, как человек справляется с этой первичной завистью. Это определяет всё его дальнейшее психическое развитие: если человек не может преодолеть это первичное переживание, оно приводит его к фрагментации психики и препятствует развитию целостного «Я». Человек как бы не переходит от стадии, когда разделяет внешний мир на «хорошую грудь» и «плохую грудь», к этапу, когда он одновременно способен ценить и сохранять объекты, воспринимая их едиными.
«Сильная зависть к кормящей груди препятствует способности получать полное удовольствие и, таким образом, подрывает развитие благодарности. Есть очень сильные психологические причины того, почему зависть фигурирует среди «семи смертных грехов».
В противовес разрушительной зависти, Кляйн вводит понятие благодарности. Это способность ценить и наслаждаться хорошим объектом (в первую очередь, матерью). Она становится основой для формирования целостности, для развития любви и способности к сопереживанию:
«Ребенок с сильной способностью к любви и благодарности поддерживает глубоко укорененные отношения со своим хорошим объектом и может, не будучи фундаментально поврежденным, выносить временные состояния зависти, ненависти и обиды, которые возникают даже у детей, которых любят и за которыми хорошо ухаживают».
Карен Хорни, «Невротическая личность нашего времени»
Карен Хорни, будучи представителем неофрейдизма (чикагской школы психоанализа), подошла к теме зависти несколько иначе, чем Мелани Кляйн. В своей основополагающей работе «Невротическая личность нашего времени» она рассматривает зависть через призму культурных и социальных факторов, а не столько как первичный инстинкт.
Хорни считала, что многие невротические тенденции, включая то, что можно назвать завистью, коренятся не во врожденных инстинктах (как у Кляйн), а преимущественно в тревогах и конфликтах, порожденных современной культурой.
«...Женщины этого рода завидуют веселости своих детей и говорят им: “Смеется тот, кто смеется последним”», — пишет Хорни в главе «Стремление к власти, престижу и и обладанию». В ней она раскрывает феномен зависти, подчеркивая, что невротики часто завидуют другим людям, включая близких, будь то достижения собственного ребенка или успехи коллеги. Их зависть подкрепляется глубокой убежденностью, что личное благополучие непосредственно связано с их собственной недостаточностью и ущербностью".
Психоаналитик описывает то, как люди, которые испытывают глубокую неуверенность и страх, могут стремиться к превосходству, чтобы компенсировать свою внутреннюю неполноценность. Это стремление может проявляться в виде зависти к успехам других, желании быть лучше, популярнее, успешнее любой ценой.
«...Патологическое чувство собственности (“желание владеть”) возникает из стремления компенсировать личную тревогу и бессилие... Оно создает новый очаг напряжения и новых врагов вокруг невротика...».
Вместо «первичной зависти» Хорни говорит о «базовой тревоге» (страх одиночества, беспомощности, неуверенности) и «базовой враждебности», которые возникают как реакция на фрустрацию и угрозу этой тревоги.
В отличие от Кляйн, где зависть — это первичный разрушитель, у Хорни она может быть, скорее, реакцией или следствием других невротических тенденций, способом справиться с собственной болью или неуверенностью. Например, обесценивание чужих успехов как способ почувствовать себя лучше:
«...Часто он отказывается от того, что ему предлагают, даже если это благо для него, и испытывает недовольство и гнев, если кто-то получил награду или признание...».
Невилл Симинтон, «Становление личности в психоанализе»
Британский психоаналитик Невилл Симинтон, говоря о теме зависти, во многом опирался на идеи Мелани Кляйн. Он был аналитиком, который исследовал преимущественно тему нарциссизма, и вопрос зависти обрел для него особое значение именно в этом ракурсе. В своей работе «Становление личности в психоанализе» он посвятил теме зависти отдельную главу.
Как и Кляйн, он рассматривал ее как фундаментальную силу, которая оказывает влияние на формирование психики. Он также разделяет кляйнианское понимание зависти как первичного, деструктивного импульса, который стремится разрушить все хорошее.
«Я был поражен несколько лет назад, когда заметил, что именно те люди, в которых наиболее глубоко укоренены зависть, ревность, жадность и божественность, как выясняется, пережили катастрофу в младенчестве или детском возрасте».
При этом он подчеркивал, что зависть — это один из ключевых факторов, который способствует развитию нарциссических расстройств. Он считал, что нарциссизм возникает из-за отказа от внутреннего объекта, состоящего из здоровой части себя и аспектов матери. Зависть в этом контексте становится механизмом, который усиливает этот отказ и препятствует установлению подлинных отношений.
Симинтон рассматривает то, как зависть влияет на наше восприятие реальности и на то, как мы строим отношения. Вместо того, чтобы ценить и развивать то хорошее, что есть в жизни (у себя или у других), зависть побуждает обесценивать, разрушать или искажать. Зависть парадоксальным образом мешает человеку справиться с болезненными аспектами общения или жизни. Вместо того, чтобы принимать реальность, зависть искажает ее, делая процесс адаптации еще более трудным. Симинтон подчеркивает, что именно зависть мешает человеку по-настоящему быть собой, построить устойчивое, интегрированное «Я».
«Думаю, что определение зависти как чего-то конституционального в личности или производного от инстинкта смерти происходит из неспособности заметить присутствие в личности боли. Другими словами, в этом определении биологический процесс заменяется на психологический. Станет ли гордость самоуважением или высокомерием, определяется тем, овладеет ли личность своей божественностью, любима ли она или ненавидима».
_____________________
На сегодня это всё. Сохраняйте подборку в избранном и делитесь своими книжными находками в комментариях!
Если вы хотите больше узнать о британской школе психоанализа и посмотреть, как работают на практике ее представители с материалом наших слушателей, то присоединяйтесь к супервизии с Дональдом Кэмпбеллом. Она пройдет уже в эту пятницу, 7 ноября. Узнать все подробности и зарегистрироваться можно здесь.