• A
  • A
  • A
  • АБВ
  • АБВ
  • АБВ
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта

Отчетная стадия Как граждане оценивают национальные проекты

Российская газета. 2006. № 249. 7 ноября

Буквально на днях по заказу РИО-Центра было закончено социологическое исследование отношения населения к приоритетным национальным проектам. Оно проводилось в сентябре-октябре 2006 года в шести регионах России - Москве, Санкт-Петербурге, Ленинградской, Ростовской, Нижегородской и Свердловской областях.

Буквально на днях по заказу РИО-Центра было закончено социологическое исследование отношения населения к приоритетным национальным проектам. Оно проводилось в сентябре-октябре 2006 года в шести регионах России - Москве, Санкт-Петербурге, Ленинградской, Ростовской, Нижегородской и Свердловской областях.
Точечно выбрав четыре самые болевые точки российской жизни, власть взялась за их лечение достаточно активно и последовательно. И от того, чем закончится эта работа, зависит не только повышение качества жизни российских граждан, но и авторитет самой власти, которой предстоит пройти нелегкий период избирательных кампаний 2007-2008 годов. И по сути этот социологический опрос - не только срез общественного мнения, но и промежуточные итоги реализации нацпроектов.
У кого что болит, тот тем и интересуется. С этой позиции весьма характерно, что наиболее известным для населения оказался проект по здравоохранению, о котором слышали почти две трети опрошенных. Чуть менее половины вспомнили об образовании и доступном жилье, и примерно четвертая часть слышали о национальной программе по поддержке сельского хозяйства. Уже по этому разбросу "интереса" можно понять, какая болевая точка оказалась самой "больной". Любопытно, что наименее известен аграрный проект. Это значит, что проблема питания, некачественных продуктов отошла далеко от "линии огня". В целом страна накормлена, и теперь ее заботит здоровье нации и образование детей.
Одновременно нацпроект по селу попал и в самую "пессимистическую группу" в плане его реализации. Главным препятствием здесь многие считают отсутствие кадров на селе. И эту проблему, по мнению людей, проблематично решить даже серьезным финансовым стимулированием. Но это, что называется, мнение с "асфальта". Несколько оптимистичнее оценили перспективу проекта по АПК сельские жители. И их аргументы не лишены логики. Большинство из них считают, что долгое время государство сельскому хозяйству вообще не помогало, тем не менее оно "как-то где-то" все-таки выжило. Если же селу будет оказана реальная помощь, можно будет рассчитывать на результаты. Названы и наиболее очевидные недостатки проекта. Во-первых, считают участники опроса, не предусмотрены серьезные дотации, без которых сельское производство остается убыточным: "Мы потратили на удобрения 1,5 миллиона, нам через полгода компенсировали 150 тысяч..." Во-вторых, не разработаны меры по борьбе с перекупщиками, стоящими между потребителями сельхозпродукции и производителями и присваивающими львиную долю дохода от сделок. В-третьих, проект уделяет недостаточно внимания земельному вопросу, тогда как сейчас идет скупка пахотных земель, мелкие производители вытесняются с территории. И, наконец, в-четвертых, не предусматривается кредитование малых сельских предпринимателей и личных подсобных хозяйств. Кроме того, проект не рассчитан на работу "с нуля", хотя именно такой вариант наиболее востребован в современных условиях. Именно поэтому около трети участников исследования затруднились оценить сроки выполнения сельскохозяйственного проекта. Участники сельских групп чаще называли 10 лет: "Развитие крупного животноводства требует около 8 лет. Чтобы корова "заработала", надо 4 года впустую кормить ее, пока она первое молоко даст". Что касается других проектов, то большинство участников исследования предполагают увидеть первые результаты проектов по образованию и медицине через 3-5 лет, а через 10 - окончательные.
Любопытно, что жилищный проект поначалу оценивался участниками опроса как наиболее простой для выполнения. Но после обдумывания большинство признали свою точку зрения опрометчивой. Во-первых, вспоминают о том, что в стране все еще сохраняется низкий уровень жизни большинства населения. Во-вторых, предусмотренные в проекте жесткие ограничения по возрасту и уровню доходов ограничивают массовость участия в проекте. Например, участники групп в Москве и Петербурге часто говорили о том, что проект стал бы значительно более реалистичным, если бы ипотечное кредитование сделали неограниченным по срокам: "Пусть человек хоть всю жизнь платит и детям передает свой долг, если захочет". Увеличение объемов ипотечного жилищного кредитования тоже не рассматривается как реальное направление: "Это сладкий пирожок, который лежит слишком высоко". Участники опроса полагают, что увеличить объемы ипотечного кредитования, сохраняя существующие невыгодные условия, невозможно. А бюрократические проволочки при оформлении ипотеки приводят к потере уже подобранного варианта жилья.
Молодые люди, имевшие опыт "примерки на себя" условий субсидирования молодых семей и специалистов, а также получения ипотечных кредитов, рассказывали о многочисленных нестыковках и препятствиях, с которыми им пришлось столкнуться. Например, обязательным условием участия в программе молодых семей является отсутствие жилья площадью более 10 кв. метров на человека, что "сокращает круг участников до единиц". Кроме того, проект предполагает, что молодые семьи имеют средства на первый взнос в размере 30 процентов от стоимости жилья. На деле же к моменту накопления таких денег "многие семьи перестают быть молодыми". То же самое относится и к субсидиям на строительство жилья. Существенная часть опрошенных отмечали непродуманность мер по обеспечению жильем молодых специалистов на селе. Многие считают, что они не заинтересованы строить здесь дома на собственные средства. По мнению этих участников опроса, было бы правильнее использовать нечто вроде системы ведомственного жилья: "Построить три дома для медика, учителя, участкового, и будет это ведомственное жилье для молодого специалиста. Приехали - зацепились..."
Серьезно различались и мнения участников исследования по поводу сил, тормозящих выполнение национальных проектов. Так, одни полагали, что национальные проекты реализуются "медленно и криво" из-за разворовывания выделяемых на них средств. А другие участники придерживались противоположной точки зрения: национальные проекты невыгодны исполнителям на местах, так как средства на их реализацию поступают под строгую отчетность, что сокращает возможность злоупотреблений и снижает интерес чиновников к их "освоению". Примерно с одинаковой частотой во всех регионах называли еще одно препятствие для национальных проектов - бюрократизм системы управления в стране. Многие участники отмечали, что в проектах более продуманной выглядит "отчетная стадия, а не стадия выполнения". Например, были и такие упреки: деньги выделены и потрачены на методические новые разработки, а до учителей это не дошло ни в форме книги, ни в форме диска.
Таким образом, исследование показало, что программы нацпроектов следует не только скорректировать, но и более активно пропагандировать, чтобы люди четко понимали, что лично они могут получить в конечном итоге и что для этого им необходимо сделать самим. Как выяснилось, граждане достаточно пассивно относятся к своему участию в начатой работе. И личная инициатива пока серьезно отстает от усилий власти, что не делает эти проекты истинно национальными.