• A
  • A
  • A
  • АБВ
  • АБВ
  • АБВ
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта

Будет ли исполнен реквием сельской школе

Крестьянские ведомости. 2006. № 38. 20 сентября

...Ситуацию прояснила Татьяна Абанкина, директор Центра прикладных экономических исследований и разработок Института развития образования.
"Была разработана концепция реструктуризации сети сельских школ, так чтобы, с одной стороны, повысить доступность и качество образования для сельских школьников. И, в то же время, обеспечить приток ресурсов, как со стороны федерального правительства, так и со стороны региональных и местных властей в сельскую школу...

Совсем недавно, в самом начале учебного года, произошло событие, если не эпохальное, то, как принято сейчас говорить - знаковое. Министр сельского хозяйства Алексей Гордеев заложил первый камень в фундамент новой сельской школы в Рязанской области. И хотя сделал это он у себя на родине, сути дела это не меняет. Ведь, известно, в последние годы сельские школы только закрывались.
Вот что утверждает Председатель Совета Федерации Сергей Миронов: "У меня есть конкретные цифры: за 2004-2005 учебные годы было ликвидировано 730 сельских школ".
Для справки. Свыше 70% всех населенных пунктов России расположено в сельской местности. Из 65 тысяч российских школ почти 43 тысячи расположены на селе. В них обучается более 5, 9 млн. мальчиков и девочек и работает 685 тыс. учителей.
Помните первый Указ первого Президента России?
Он был о школе. С тех пор стихли споры о роли и важности образования. Спорят о том, каким ему быть. Оно и понятно. Жизнь страны, народа, в ней обитающего, зависит не от министров и даже не от личности Президента. Она зависит от уровня сознания нации. Иначе говоря - от уровня школы, которую может позволить себе тот или иной народ.
Вот и в России стало совершенно ясно, что изменения в судьбе школы вообще и сельской школы в частности - жизненная необходимость. Изменения коснулись, прежде всего, сельской школы. Возможно потому, что она чересчур затратная?
Ситуацию прояснила Татьяна Абанкина, директор Центра прикладных экономических исследований и разработок Института развития образования.
"Была разработана концепция реструктуризации сети сельских школ, так чтобы, с одной стороны, повысить доступность и качество образования для сельских школьников. И, в то же время, обеспечить приток ресурсов, как со стороны федерального правительства, так и со стороны региональных и местных властей в сельскую школу. В 2000 г. было принято постановление правительства РФ, которое с одной стороны, утверждало такую концепцию реструктуризации, а с другой стороны, предложило провести эксперимент по отработке разных моделей реструктуризации в зависимости от региональных и местных условий".
Однако все-таки главные слова концепции реструктуризации сельской школы - "концентрация" и "кооперация" финансовых и материально-технических ресурсов. "Ориентировочная оценка ожидаемого экономического эффекта от реструктуризации сети сельских школ - до 10-12% экономии бюджетных расходов в течение последующих 3-5 лет". Не случайно видимо и разработчиками концепции были назначены специалисты Высшей школы экономики. В итоге в концепции совершенно явно стала превалировать экономическая составляющая. Вот пример того, как это происходит на местах.
Говорит Виктор Калинин, директор Парахнинской сельской школы Владимирской области: "В настоящее время в школе очень мало детей. С первого сентября всего 12 человек будет. Поэтому обучение одного ученика обходится, ну, где-то 54 тысячи в год. Район и область хотят школу закрыть".
И действительно, на селе обучение одного ученика стоит до 12 тысяч в год. В городе - около 2 тысяч. Это в среднем по стране.
Есть комментарий и от Ольги Беляевой, заместителя директора департамента образования Владимирской области. Он в русле концепции реструктуризации: "Это оптимизация расходов, которые отпущены на сельскую школу. Мы стараемся оптимизировать эти расходы за счет того, что формируем новые на сегодня модели образовательных учреждений".
А что же педагогическая общественность, педагогическая наука, были ли учтены интересы самих сельских школьников? Ведь в противном случае теряется сам смысл реформы.
По утверждению Марины Гурьяновой, доктора педагогических наук института социально-педагогических проблем сельской школы Российской Академии образования: "Инициатива исходила от Правительства РФ. Исполнителем этой инициативы было Минобразования. Нас, сотрудников Академии образования, привлекли к разработке этой концепции. Но, концепция, появившаяся уже в окончательном варианте, утратила те идеи, которые мы пытались вложить в этот документ".
Кстати об экономике. Зачастую она принимает причудливые формы применимо к сельской школе. К примеру, в минувшем году на ремонт школы в поселке Ильинский Погост Орехо-Зуевского района Московской области было выделено 5200 рублей. Этих денег не то, что на ремонт не хватит, их не хватит даже на приобретение пяти стульев для преподавателей.
Есть еще один козырь у идеологов реструктуризации - сельская школа не дает качественных знаний.
Возможно, это так.
Но, чтобы знать, почему это происходит, необходимо понять, какие процессы там идут, какова атмосфера в сельской школе. Надо учитывать, скажем, вот такие данные.
В каждой третьей сельской школе информатика как учебный предмет не преподается.
В каждой шестой сельской школе иностранный язык как учебный предмет не преподается.
В каждой восьмой сельской школе музыка как учебный предмет не преподается.
В современной сельской школе огромные сложности в преподавании обществознания, географии, биологии, химии, истории, черчения, литературы, трудового обучения.
Каждый четвертый директор сельской школы испытывает желание уехать в город.
Каждый пятый сменил бы профессию, если бы была возможность.
Словом, как-то так получилось, что понятие реструктуризация на селе стало ассоциироваться с понятием ликвидация.
Это подтверждает и Председатель совета Федерации Сергей Миронов.
"А здесь такая интересная получается реструктуризация. С глаз долой - из сердца вон. Нет школы - нет проблемы".
А еще зачастую эта самая ликвидация стала называться укрупнением, созданием базовых школ и тому подобное. И потом совершенно не ясно: проблема сельской школы это проблема нравственная или экономическая?
А, может быть, она еще и демографическая и, если хотите, даже политическая? А потому однозначного решения она не имеет. Уж во всяком случае, не за бухгалтером должно быть последнее слово. И нет согласия ни среди педагогов, ни среди людей, принимающих решения. И приходится говорить лишь о том, скольких талантов Россия уже не досчиталась. И есть прямой резон подумать о том, что мы потеряем в будущем. Не станут ли новые наши потери эквивалентом потери самого будущего, потери российской деревни.
"Известная фраза, которую я поддерживаю, зная, что в этом вся суть. Зачастую в нашей деревне школа, где есть только начальные классы, это чуть ли не последний очаг культуры. Уйдет эта школа, закроют ее, ребят будут возить для занятий в райцентр, а потом и родители за ними переберутся. И все, деревня исчезнет. Есть страшная цифра. С 90-го года на территории РФ прекратили свое существование 17 000 деревень и сел. Вдумайтесь в эту цифру! ", - утверждает Сергей Миронов.
Как считает Марина Гурьянова: "Сам факт существования школы в сельской местности жители воспринимают как присутствие государства в их жизни".
Дело еще и в том, что правительственное постановление о реструктуризации сельской школы дает право местным властям самим решать быть или не быть той или иной сельской школе. Анализируя письма, которые приходят из сельских регионов, школ, надо отметить одну особенность: учителя просят и региональные власти, и федеральные не смотреть равнодушно на те процессы, которые у них происходят. Вот ведь как нередко бывает. В местном бюджете нет денег. Денег нет, а вот постановление есть. Постановление, позволяющее самим решить судьбу сельской школы, позволяющее ее ликвидировать. Наши чиновники научились читать между строк. Если дано разрешение на ликвидацию, почему бы им не воспользоваться? Многие и пошли по этому пути.
Дистанцирование Центра от вопроса, который имеет общегосударственное значение и передача этого вопроса на откуп регионов - представляется неправомерным. Все-таки, этой ситуацией надо управлять. К тому же малокомплектные сельские школы можно не только закрывать.
Существуют различные варианты реструктуризации.
Есть мягкие варианты, а есть варианты шоковой терапии.
К примеру, мягкий вариант - объединение детсада и сельской школы, работающих в одном сельском округе. Или объединение двух, находящихся рядом сельских школ.
Но есть варианты довольно жесткие.
Они связаны с укрупнением школ и созданием, допустим, одной школы в райцентре, куда дети из сельских школ района свозятся на автобусе. Есть варианты, о которых уже говорилось, связанные с закрытием школ.Причем, закрывают школы всех типов: и начальные, и основные, и средние. Одни по естественным причинам: в связи с убылью населения и отсутствием детей. Другие волевым усилием глав администрации. Во многих регионах это привело к тому, что дети, фактически, оказались вне образования. Увеличилось число правонарушений. Увеличилось количество детей, которые не посещают школу. Ясно, что судьба сельских школ во многих регионах сегодня зависит от позиции губернатора и позиции главы администрации. А еще от активности профессионального сообщества в отстаивании своих интересов и своих прав, и, самое главное, - в отстаивании интересов детей.
Теперь о деньгах.
В стоимость обучения одного ученика входят и коммунальные услуги.
И стоимость этих услуг в регионах разная. Тем не менее, малокомплектная сельская школа финансово затратна. Но это не только российская проблема. Эта проблема очень остро стоит, к примеру, и в Англии, и во Франции, да и вообще в Европе. Но там не думают о том, закрывать или нет малочисленную сельскую школу.
Там решают проблему повышения эффективности ее работы. А если говорить о США, то в последнее время курс на создание малых школ рассматривается как положительная тенденция в образовании, потому как малочисленная школа помогает преодолеть многие проблемы, с которыми дети сталкиваются в крупных школах. Это проблемы, связанные с психологическим дискомфортом, с увеличением числа суицидов в подростковой среде, с одиночеством детей в большой школе.
Даже не специалисту видно неоспоримое воспитательное преимущество малокомплектной школы.
Хотя бы потому, что ребенок имеет большую возможность личного общения с учителем. Фактически, каждого ребенка учитель малочисленной школы знает по имени, знает его семью, знает условия его воспитания. И, что очень важно, на сегодня именно малочисленная школа создает обстановку психологического комфорта, в которой дети, многие из них к сожалению не совсем здоровы, находятся в атмосфере доброжелательности. Это очень важно.
Положение нередко усугубляется еще и тем, что не всегда местной администрации удается противостоять напору бизнеса. Речь идет, прежде всего, о зданиях, где расположены сельские школы.
Вот какая история произошла в Подмосковном поселке Полушкино, рассказанная людьми, непосредственно в нее вовлеченными.
Валентина Бобрик, начальник управления Рузского района Московской области, рассказывает: "Полушкинская школа арендует спальный корпус в течение уже 20 лет у оздоровительного комплекса. В школе обучается 51 ученик и работает 12 педагогов. Государственный стандарт школа осуществляет. В настоящее время помещение готовится к приватизации, а, значит, под вопросом существование полушкинской школы. Ближайшее образовательное учреждение в 20 километрах. Если перевозить учащихся в другие школы, по пути - железнодорожные переезды. Да и возить их туда сегодня не на чем".
Светлана Ефременко, директор полушкинской сельской школы, отмечает: "В связи со сменой собственника в оздоровительном комплексе "Чайка", наступила угроза закрытия школы. А школа является единственным центром развития личности, образования, воспитания молодежи. И, когда праздники, весь поселок сходится к нам. Другого места просто нет. Поселок умрет. Без культурного центра это будет просто отстойное место".
Говорит Светлана Курчатова, мать ученика полушкинской сельской школы: "Живем, работаем здесь. Старший сын уже закончил школу. Младший учится. До Тучкова, Кубинки далеко, никакого транспорта нет. Теперь дома будет сидеть".
Татьяна Калмыкова, мать ученицы Полушкинской сельской школы, жалуется: "Как нам говорят, школу хотят продать новому хозяину. Все жители против этого. Детей здесь много. Дети в основном маленькие. У меня девочка перешла во второй класс. Одну я ее не отпущу на электричке до новой школы добираться".
Евгения Медведева, заместитель главы администрации Рузского района Московской области, информирует: "Мы уже как-то обожглись на этом. На территории Рузского района была Брикетская основная школа. И так случилось, что там, фактически, не осталось учеников, всего пятеро. И учитывая, что на территории округа было еще две школы, мы пошли на закрытие. Дети стали учиться в лучшей школе. Но вокруг этой школы жизнь потихоньку стала затухать. И, чтобы исправить, в определенной степени, эту ошибку, это здание, а мы его не передали ни в одну структуру, оставили как образовательное учреждение. Там была основана школа дополнительного образования. Если мы сократим сельские школы, закроем их, в любом случае, мы потеряем село. Чтобы не повторять этот печальный опыт, мы приняли решение сохранять все сельские школы, расположенные на территории Рузского района. Будем бороться и за полушкинскую школу".
Словом, по-разному понимают реструктуризацию на местах.
Что, впрочем, лишь подтверждает тезис о том, что ситуацией надо все-таки управлять. Но для этого должна быть полная ясность в головах тех, кто принимает решения. Пока же наблюдается некоторое шараханье из стороны в сторону. К примеру, в последнее время нередко приходилось слышать о программе "Школьный автобус", которая, как имелось в виду, решит проблему доставки детей из деревень и сел в так называемые укрупненные школы, интернаты, и тем самым, тема будет, как бы закрыта. Но оказывается и тут не так все просто.
Но вот мнение Сергея Миронова, знающего об этом не понаслышке.
"Говорят: у нас целая программа "школьный автобус". А я спрашиваю, а как с дорогами? Что, у вас все автобусы обеспечены ремнями безопасности? А водители у вас все такие дисциплинированные? Есть ли удобные остановки, где дети будут собираться в непогоду? Не будешь же всех по домам собирать. Как все это оборудовано? А то еще - авария. Стоит ли огород городить? Может, все-таки в своем населенном пункте, где малая Родина для детей решать эти проблемы? ".
Вот как видится проблема укрупненных школ Марине Гурьяновой: "Скажем две школы в районе, которые и материально лучше оснащены и имеют больше квалифицированных кадров. Там легче организовать учебный процесс, там легче организовать кружковую работу. Теоретически, это так. Но на практике получается совершенно иначе. Встает проблема безопасности детей. Известно состояние российских дорог, состояние транспорта. И потом поездки в отдаленную школу связаны, прежде всего, с угрозой здоровью школьников. Шведские специалисты подсчитали, что если ребенок в пути более 40 минут - наступает транспортная усталость. Такие дальние перевозки, неблагоприятно сказываются на здоровье детей. О какой классной работе может идти речь в той базовой школе, когда ребенок знает, есть автобус, нужно сесть, нужно успеть, нужно не опоздать! ".
Об интернатах вообще разговор особый.
Известно, попадая в интернат, после деревенской вольницы, ребенок нередко испытывает стресс. И захотят ли дети, оторванные от своих семей, возвращаться в деревню? К тому же зачастую и родители в селах, оставшись без детей, попросту спиваются. Факт бесспорный.
Более того, если мы ликвидируем школу в том или ином пункте, мы лишимся возможности влияния на сообщество со стороны сельского учителя. Сельский учитель и сегодня остается нравственным авторитетом на селе, на которого равняются, которого уважают, который создает особую среду. Не случайно многие практики говорят: уберите учителя из села, и вы получите деградирующую среду. Село без школы - это все равно, что церковь без креста. А ведь это только верх айсберга, как бы начало разговора о проблемах сельской школы. Сегодня, похоже, получается так, что сельскую школу ликвидируют, а потом думают, что делать дальше. Может, есть смысл попробовать сделать наоборот.
Сельская школа всегда вынуждена была себя строить сама, всегда стремилась при малых возможностях получать максимально возможные результаты. Каждый способный сельский учитель создавал свою собственную школу. Нередко неповторимо талантливую. Если так будет продолжаться и дальше, то будут потеряны не только сельские вундеркинды, но и методики, которые, бесспорно, обогатили бы наше образование. Тем не менее, процесс пошел, сельские школы закрывают методично и последовательно. И вот появилась примета нового времени: школу закрывают, населенный пункт умирает.
Не так давно власть с воодушевлением боролась с неперспективными деревнями. И победила. Правда та власть ушла. Но борцы остались. Теперь они, похоже, начали борьбу с бесперспективным, с их точки зрения, образованием.
Точнее, с так называемыми малокомплектными сельскими школами. И, видимо, опять победят.
К чему привела победа над неперспективными деревнями хорошо известно. К чему приведет победа над сельским образованием, еще предстоит увидеть. Но выход есть. Дело в том, что понятия сельская школа и сельское хозяйство - это понятия взаимосвязанные и взаимозависимые. От работы сельской школы зачастую зависят перспективы работы сельскохозяйственного предприятия. А от работы сельскохозяйственного предприятия во многом зависит состояние сельской школы. И сегодня будущее сельской школы, сельской малочисленной школы напрямую зависит от успешной реализации национальных приоритетных проектов.
На что и остается уповать.
P.S. Администрации Рузского района Московской области удалось договориться с новым владельцем здания, где расположена полушкинская сельская школа. Учебный процесс в этом году в школе пройдет в обычном режиме.