• A
  • A
  • A
  • АБВ
  • АБВ
  • АБВ
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта

Сергей Шаталов, заместитель министра финансов России: "Растут и прибыли, и взятки — это же сообщающиеся сосуды"

Комсомольская правда. 16 июля 2008

Евгений Ясин, научный руководитель Высшей школы экономики:

— Хотелось бы верить в то, что удастся избавить малый бизнес от гнета бюрократов. Но как будут реагировать службы, у которых до сих пор был карт-бланш на проверки, — налоговая и милиция? Если принять конкретные меры, чтобы оградить от них малый бизнес, то его жизнь действительно станет легче.

Почему затянулась налоговая реформа, скоро ли введут рыночный налог на недвижимость и почему бизнесмены-иностранцы хотят жить в России? Об этом "Комсомолке" рассказал замминистра финансов России Сергей Шаталов.

Личное дело

Сергей Шаталов, заместитель министра финансов России. Доктор экономических наук. На высших должностях в Минфине трудится с 1995 года. Женат, имеет сына и дочь.

13% — это надолго

— Сергей Дмитриевич, вы не первый год курируете налоги в Минфине. Почему в России то и дело меняется налоговое законодательство?

— Убежден, что самая лучшая налоговая система — стабильная и предсказуемая. Это важно как для государства, несущего расходные обязательства, так и для предпринимателей, имеющих возможность строить бизнес-планы на перспективу.

— Что же мешает сделать налоговую систему стабильной?

— Во-первых, Россия все больше интегрируется в быстро меняющуюся мировую экономику, и это ставит новые задачи, в том числе в налоговой сфере. Во-вторых, необходимо исправить недоработки законодательства и создать новые инструменты, внедрение которых по разным причинам идет с большим трудом.

Россия сейчас достаточно богатая: и с долгами расплачиваемся, и бюджет растет. Не пора ли на бизнесе ослабить налоговую "удавку"?

— Грех жаловаться — налоговая нагрузка невысока. Налог на доходы физлиц вообще один из самых низких в мире. Многие иностранные бизнесмены говорят, что хотели бы жить и работать в России.

— Но даже официальные лица заявляют о необходимости возвращения прогрессивной шкалы.

— Минфин такие идеи не поддерживает. Считаем, что 13% — это наше достижение.

— Но согласитесь, платить 13% с зарплаты в 5 тысяч рублей и столько же со 100 тысяч — несправедливо.

— Вопрос о справедливости неочевиден, поскольку с 5 тысяч гражданин заплатит 650 рублей, а со 100 тысяч — 13 тысяч рублей, то есть богатые платят больше. Проблема еще и в том, что по максимальным ставкам налог практически не платили. Состоятельные люди находят возможность минимизировать налоги.

— Может, тогда стоит правительству задуматься, как прикрыть такие лазейки?

— Думаем постоянно. Например, работаем над проблемой, как остановить безналоговый перевод доходов в оффшоры. Да и внутри России он позволяет добиваться впечатляющих результатов по минимизации налогов. Жесткое сопротивление проекту на протяжении многих лет свидетельствуют о том, что наше предложение не всем нравится.

Амнистии капиталов больше не будет

— Одна из возможностей возвращения капиталов в страну — налоговая амнистия. Но даже в Казахстане она прошла более успешно, чем в России...

— Конечно, амнистию можно было провести более эффективно. Сказались и недостаток информации, и слабая пропагандистская кампания. А если сравнивать с Казахстаном, то там наиболее эффективными оказались последние дни проведения амнистии. Свою роль сыграл административный ресурс.

— А что нам мешало включить административный ресурс?

— В Казахстане можно было внести деньги на счет, а потом их забрать без уплаты налогов. Наша конструкция предполагала, что 13% платить все-таки надо. Это более честный, но менее привлекательный подход. Мы дали возможность чувствующим за собой грехи получить индульгенцию. Но одни посчитали, что и так пронесет, другие при действующей ставке 13% легализовали доходы раньше без всякой амнистии.

— Правительство планирует повторить налоговую амнистию?

— Нет. Это разовая акция, которая хороша лишь при определенных обстоятельствах. Государство говорит: мы снижаем налоги, упрощаем правила игры, но с этого момента налоговый контроль становится более жестким, а чтобы граждане не боялись, проводим амнистию. Кроме того, по закону глубина налоговой проверки не может превысить 3 лет. Поэтому самые темные годы российской истории фактически уже закрыты для налоговых органов.

— Налоговые "скелеты из шкафа" уже точно не вывалятся?

— Разве что в рамках уголовного преследования, где сроки давности составляют до 10 лет.

Потери от снижения НДС сопоставимы с бюджетом оборонки

— Налоговые инспекции отпугивают россиян очередями, постоянно меняющимися формами бланков...

— Изменение бланков налоговых деклараций обусловлено изменениями законодательства, пока с этим придется мириться. Но в организации работы многое корректируется. Опросы среди предпринимателей показывают, что уровень доверия повышается. Правда, он не вышел пока даже на уровень 40%, но уже не 5—10%, как было десять лет назад. Это внушает оптимизм. Внедряются административные регламенты для налоговых органов по каждому виду деятельности, которой она занимается. Правительство уже в прошлом году установило критерии, на основании которых производится оценка работы органов ФНС. Они положены в основу премирования налоговых инспекторов. Такой подход, учитывающий и мнение общества, способен достаточно быстро улучшить деловой климат. Но надо понимать, что "титаники" быстро не разворачиваются.

— В России обвести государство считается за доблесть. Наша психология меняется?

— Меняется. Посмотрите, что было лет 15 назад. С исторической точки зрения это ничтожный срок. А с точки зрения того, какие изменения произошли в обществе, да и не только в части налогов, — они глобальные.

— Как найти золотую середину, чтобы налоговая нагрузка устраивала и бизнес, и граждан, и государство?

— Я не знаю ни одной страны, где налогоплательщики считают, что налоги не чрезмерны. Это противоречие существует в любом обществе. И, конечно же, неистребимо желание не платить налоги.

— С приходом нового президента, который считается либералом, вектор налоговой политики останется прежним?

— Основные цели обозначены. Открытым остается вопрос, как снижать налоговую нагрузку. Дискуссия публичная, которая, на мой взгляд, не должна переходить в политическую сферу.

— На днях помощник президента Аркадий Дворкович уверенно рассуждал о снижении НДС. Это решено?

— Для Дворковича — да.

— А для вас?

— В бюджетном послании президента использованы достаточно взвешенные формулировки, которые допускают разные сценарии в отношении снижения налоговой нагрузки. Мы считаем, что НДС не абсолютное зло, а снижение налогов должно давать наибольший эффект для развития экономики. С этих позиций снижение налога на прибыль может оказаться значительно интереснее. Снижение НДС с 18 до 12% приведет к бюджетным потерям порядка 900 миллиардов рублей, это 2% ВВП. Для сравнения: затраты на оборону сейчас составляют 2,4% ВВП. Вряд ли мы можем себе это позволить.

За жилье заплатим по полной?

— Что движет алкогольной реформой и почему нет результата? Рынок спиртного всегда славился огромными теневыми капиталами. ЕГАИС должна была сделать этот рынок прозрачным, но уже дважды приходила к кризису.

— Большие проблемы были в 2006—2007-х годах. Больше кризисов на этом рынке не будет. Если же говорить о ЕГАИС — идея-то хорошая, но претворение в жизнь оказалось не продуманным. Есть у нас национальный спорт — наступать на грабли. В идеале ЕГАИС должна отслеживать движение каждой бутылки от завода до магазина и покупателя. Тогда система давала бы дополнительные возможности для контроля и борьбы с нелегальной продукцией. Но изначально она была сконструирована так, что цепочка обрывалась в звене оптовой торговли, не затрагивая розничные продажи.

— Так если цели ЕГАИС не достигла, может, ее "похоронить"?

— Ее сейчас перенастраивают, и начиная с этого года она должна работать как информационная система для налоговых органов.

— Налог на недвижимость, рассчитываемый из рыночной стоимости, скоро появится?

— Наверное, к 2011 году. Хочу подчеркнуть, что введение этого налога не преследует цели взять дополнительные налоги с граждан. Задача в том, чтобы сделать налогообложение более справедливым. Владельцы дорогих особняков вполне способны заплатить больше, что позволит незащищенные слои населения, может быть, даже и полностью, освободить от налога.

— Одна из больных тем последнего времени — рост цен. Многие предприятия и малый бизнес жалуются, что платежи государству растут и они включают рост затрат в цену товара.

— Налоговая нагрузка снижается, но растут и прибыли, и взятки. Это сообщающиеся сосуды. Налоги на малый бизнес у нас небольшие, для них действуют льготные налоговые режимы. Но и для них в условиях инфляции рост затрат неизбежен.

Вопрос дня: удастся ли избавить малый бизнес от гнета бюрократов?

Альфред Кох, бывший вице-премьер правительства России:

— Боюсь, что бюрократический аппарат вырастет еще больше. Понадобятся чиновники, которые будут отслеживать количество проверок и кому будут жаловаться предприниматели. Начинать нужно по-другому — сокращать количество людей, которые занимаются проверками. Сбрасывать их как балласт.

Александр Проханов, главный редактор газеты "Завтра":

— Россия вполне приспособлена к тому, чтобы командным способом отменить любые препоны и провести в жизнь любое решение. Главное — политическая воля.

Евгений Ясин, научный руководитель Высшей школы экономики:

— Хотелось бы верить в то, что удастся. Но как будут реагировать службы, у которых до сих пор был карт-бланш на проверки, — налоговая и милиция? Если принять конкретные меры, чтобы оградить от них малый бизнес, то его жизнь действительно станет легче.

Сергей Доренко, радиоведущий:

— Нет, не удастся. Если отменить проверки, то куда девать чиновников, которые ими занимаются. Представьте, если сегодня они рассчитывают кредит на новый "Опель", а завтра становятся бомжами, они же станут социально опасными людьми.

Михаил Делягин, директор Института проблем глобализации:

— Если премьер с президентом действительно захотят облегчить жизнь малому бизнесу, то проблем у них с этим не будет.

Сергей Ефремов, предприниматель, Волгоград:

— Нужна программа, которая позволит предпринимателям через Интернет проследить путь любого документа. Тогда бюрократы не будут годами держать бумажки у себя, ожидая поклонов и подношений, а бизнесмены смогут жаловаться чиновничьему начальству на того, кто волокитит дело.

Евгений Поляков, гендиректор турфирмы "Интурист-Чита":

— Чиновники как брали, так и будут брать взятки.

Георгий Ряховский, экономист, Калининград:

— Бюрократия, как и коррупция, — корабли непотопляемые.

Наталья, читательница сайта KP.RU, Санкт-Петербург:

— Жаль только жить в эту пору прекрасную уж не придется ни мне, ни тебе...