• A
  • A
  • A
  • АБВ
  • АБВ
  • АБВ
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта

Мнение

OPEC.RU. 2005. № 12:34. 25 марта

Государственная собственность, частное управление

Андрей Александрович, государство планирует привлечь в инфраструктурные проекты миллиарды долларов на условиях концессий. В МЭРТ разработан закон о концессиях, делающий более осязаемым такое понятие, как ЧГП. С Вашей точки зрения, какие выгоды от концессионного договора получит государство, а какие частный бизнес, и почему государство решило воспользоваться именно механизмом концессии, а не оставить инфраструктурные проекты за собой, либо, напротив, отдать полностью на откуп частному бизнесу?
Концессии традиционно используются именно в инфраструктурных проектах, поэтому особых противоречий с мировой практикой в том, что в данном случае делает Минэкономразвития и правительство в целом, нет. В отношении выгод, которые получает государство и бизнес – бизнес очевидным образом заинтересован в получении коммерческого дохода от таких проектов. В связи с тем, что они длительны, существуют большие неопределенности и риски на длинном временном горизонте. Это является барьером для участия в такого рода проектах. Государство в рамках концессионных соглашений фактически берет на себя часть рисков, предоставляя те или иные гарантии или условия своего участия в реализации этих проектах. В результате интерес бизнеса может более полно реализовываться, поскольку он получает возможность зарабатывать деньги, уменьшая риски, что сводится к тому, что возникают те или иные общественные блага, которые вряд ли могли быть созданы только за счет государственного финансирования.

Потому что у государства недостаточно денег?
У государства нет денег, с одной стороны. С другой стороны, эффективность использования этих ресурсов в тех случаях, когда к управлению проектами реально привлекается бизнес (а концессия это обеспечивает), оказывается выше, чем в случае чисто государственного управления такими проектами и такими ресурсами. При этом для государства первичным является не финансовая выгода, а выгода содержательная, социальная, политическая, когда, вкладывая определенные ресурсы в реализацию таких проектов и предоставляя те или иные возможности и гарантии для бизнеса, государство обеспечивает общественные услуги для граждан и для того же бизнеса, для развития экономики.

С Вашей точки зрения, оправданы ли надежды государства на то, что после принятия закона «О концессиях» в инфраструктурные проекты придет большой объем инвестиций?
Каждый конкретный проект надо рассматривать отдельно. Этой работой сейчас много занимается Министерство транспорта, и недавно была презентация их проектов в ЦСР на совместном семинаре со Всемирным банком. На самом деле здесь есть определенные риски, связанные с тем, что государство, формулируя, какие проблемы ему нужно решить, недостаточно полно учитывает интересы бизнеса и не очень четко понимает, какой бизнес и почему будет вкладывать деньги в проекты, которые предлагает государство. Я думаю, что это не проблема концессий, это проблема общего подхода к организации подобных проектов: исходить из того, что государство должно в них лидировать, не совсем верно. Должны быть равноправные проекты, которые не могут формулироваться без активного участия и вовлечения в этот процесс самого бизнеса.

Еще одна проблема состоит в том, что инфраструктурные проекты не только имеют длительную окупаемость, но и требуют существенных затрат. Такие затраты по карману только очень крупным корпорациям, а в России дороги для наших крупных корпораций – непрофильный бизнес. Захотят ли они вкладываться?
Дело не только в самих дорогах. Если бизнес будет видеть, что возникновение той или иной дороги дает возможности для развития профильных подразделений крупной компании, это может быть стимулом для участия данной бизнес-группы в подобном проекте. Эта проблема может рассматриваться и обсуждаться с разных сторон. Она несколько шире, чем просто финансирование конкретных инфраструктурных проектов. Безусловно, нужно с самого начала четко понимать, в чем возможные интересы бизнеса и почему люди из бизнеса будут приходить и приносить свои деньги в эти проекты.

Что должно происходить по истечению концессионного договора?
Оптимальным является сохранение механизмов управления подобными объектами на контрактной основе теми или иными частными компаниями. Концессия предполагает, как правило, достаточно существенные инвестиции в развитие этого объекта. В этом есть своя специфика на той стадии, которую мы сейчас проходим. Далее объем инвестиций будет меньше, более значимой станет управленческая компонента, но в любом случае эффективность управления такими объектами со стороны частного сектора будет выше, чем со стороны государственных чиновников.
Собственность может быть государственная, но управление целесообразно сохранять в руках частных компаний, которые могут выбираться на конкурсной основе и при этом могут учитываться результаты их деятельности на других подобных объектах, а также результаты управления этими объектами с их стороны в предшествующий период.