• A
  • A
  • A
  • АБВ
  • АБВ
  • АБВ
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта

Верите ли вы в то, что российской экономике действительно грозит "бархатная реприватизация"?

КоммерсантЪ. 2007. № 227. 10 декабря

Евгений Ясин, научный руководитель ГУ-ВШЭ

Процесс освобождения капиталистов от их капитала со стороны Кремля стал у нас довольно распространенной практикой. Мне лично известны такие случаи. Называть их здесь не буду. Шварцман называет этот процесс понижением рыночной стоимости.

Проще говоря, это выглядит так: вы когда-то приватизировали свой бизнес незаконным путем, так что мы его у вас забираем и оставляем только часть, которую вы заслужили. Если после этого заключается договор, где все стороны подписывают бумаги и дают согласие, то, по сути, вопиющее беззаконие приобретает законный характер. Такое давление на бизнес приводит к снижению деловой активности. Предприниматели чувствуют риски и отказываются от проектов, рассчитанных на большой срок, предпочитают не высовываться. Приток денег в страну становится намного больше, чем экономика может "переварить", отсюда рост инфляции и другие проблемы.

Cовладелец и президент компании "Финансгрупп" Олег Шварцман дал скандальное интервью газете "Коммерсантъ".

В этой публикации бизнесмен пространно рассуждает о начавшейся в России "бархатной реприватизации" — концентрации многочисленных бизнес-активов под крылом неких государственно ориентированных структур, близких к силовикам. При этом г-н Шварцман делает акцент на добровольно-принудительном характере этой самой реприватизации и на широком использовании административного ресурса.

От +5 ("да, верю") до -5 ("полный бред")

+4

Евгений Ясин, научный руководитель ГУ-ВШЭ

Процесс освобождения капиталистов от их капитала со стороны Кремля стал у нас довольно распространенной практикой. Мне лично известны такие случаи. Называть их здесь не буду. Шварцман называет этот процесс понижением рыночной стоимости.

Проще говоря, это выглядит так: вы когда-то приватизировали свой бизнес незаконным путем, так что мы его у вас забираем и оставляем только часть, которую вы заслужили. Если после этого заключается договор, где все стороны подписывают бумаги и дают согласие, то, по сути, вопиющее беззаконие приобретает законный характер. Такое давление на бизнес приводит к снижению деловой активности. Предприниматели чувствуют риски и отказываются от проектов, рассчитанных на большой срок, предпочитают не высовываться. Приток денег в страну становится намного больше, чем экономика может "переварить", отсюда рост инфляции и другие проблемы.

+3

Юрий Кобаладзе, управляющий директор компании X5 Retail Group

Могу отшутиться: "Я так напуган интервью Шварцмана, что не только говорить — думать на эту тему боюсь". А если серьезно, то процесс реприватизации идет, и это очевидный факт.

+3

Александр Мурычев, председатель совета Ассоциации региональных банков России

Концентрация интеллектуальных, финансовых и производственных ресурсов, избежание избыточной конкуренции между компаниями из России на внешних рынках — все это говорит в пользу создания госкорпораций. Однако сама схема формирования таких структур должна быть ограничена стратегическими — для обеспечения безопасности России — отраслями. Государство не должно вытеснять частный бизнес из экономики и расширительно толковать понятие "обеспечение безопасности страны".

Список отраслей, где государству следует проявить себя в качестве монополиста, не должен расти. В то же время государству следует контролировать некоммерческие организации в виде госкорпораций. При этом Счетной палате не следует терять присущие ей контрольные функции. Здесь приветствуется принцип разумного баланса.

+5

Павел Толмачев, член совета директоров УК "ЦЕРИХ"

Процесс реприватизации начался уже достаточно давно, с 2004 года, с "ЮКОСа". Концентрация основных ресурсных компаний в руки государства идет полным ходом, и замедлять темп не собирается. Это однозначно плохо для экономики.

-2

Владимир Головнев, президент Ассоциации предприятий текстильной и легкой промышленности "Восток-Сервис"

По ключевым отраслям все уже сделано. Что касается текстильной и легкой промышленности, которые я представляю, то реприватизация нам не грозит. Государство прекрасно понимает, что легкая промышленность "легка" только по названию, и только бизнес-ресурсами можно поднять такую непростую отрасль.

+5

Евгений Гавриленков, главный экономист ИК "Тройка Диалог"

Это вопрос не веры, а статистики. Все зависит от того, какие масштабы примет явление и какие отрасли будут затронуты. То, что процесс идет, ни у кого не вызывает сомнения. Это видно на примере нефтяных компаний. Что будет дальше, сказать трудно.

-4

Игорь Николаев, директор департамента стратегического анализа компании ФБК

Сегодня процесс наращивания государственного присутствия в экономике можно назвать "бархатным квазиогосударствлением". По форме получается так: вроде бы идет огосударствление, но на самом деле в этом году в частную собственность было переведено имущество стоимостью свыше триллиона рублей. Реприватизацией этот процесс не назовешь.

+5

Алексей Логвин, главный экономист УК "Русь-Капитал" Наступит тот момент, когда экономика столкнется с рецессией — общим ухудшением ситуации, которую невозможно исправить административными мерами. Никаких других возможностей остановить реприватизацию не существует.

+5

Дмитрий Александров, аналитик по нефтегазовому сектору ИК Financial Bridge

В нашей отрасли "бархатная реприватизация" началась с "ЮКОСа", "Сибнефти". Стало вполне очевидно, что государство получает крупную долю в нефтегазовых активах. Следующим этапом может быть консолидация ТНК-BP. Очень интересная ситуация с "ЛУКОЙЛом": являясь независимым, он участвует в совместных мероприятиях с госкомпаниями. Это единственная возможность участвовать в разработке ряда месторождений, которые входят в список стратегических.

Вероятность продолжения реприватизации в нефтегазовом секторе весьма высока. Вопрос состоит лишь в том, насколько глубоко она пойдет.

-4

Антон Данилов-Данильян, председатель экспертного совета объединения "Деловая Россия"

Скорость развития бизнеса явно превышает скорость выкупа государством и подконтрольными ему структурами частных активов. В основном госкорпорации вбирают в себя те активы, которые и так являются государственными: отдельные пакеты акций (недоприватизированные); отдельные имущественные комплексы, находящиеся на балансе ФГУПов. Другими словами, реприватизации не происходит. Есть только отдельные, всем известные фрагменты. Да, они крупные по своему масштабу, но, несмотря на это, темпы роста нового бизнеса: открытие предприятий, расширение их деятельности в разные сектора — это внушает гораздо больше доверия. На мой взгляд, российские властные элиты ведут себя чрезвычайно аккуратно.

Скупка частных активов "под лупой" у бизнес-сообщества как российского, так и зарубежного. Легкий, залихватский стиль этого интервью вызывает сомнения в правдоподобности. На практике все не так: более мягко и доброжелательно. Не так все просто. Мир вообще сложный, он не черно-белый.