• A
  • A
  • A
  • АБВ
  • АБВ
  • АБВ
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта

Деньги порохом не пахнут

Новая газета. 4 сентября 2008

Евгений Ясин, научный руководитель Высшей школы экономики:

— А почему, собственно, отношение западных деловых кругов к России должно было измениться? Делать выводы о том, что Медведев — никакой не либерал по крайней мере преждевременно. Я также не думаю, что своими действиями Медведев испортит обстановку настолько, что ничего нельзя будет поправить.

Западный истеблишмент, в том числе деловые круги, рассчитывали увидеть в Медведеве президента либерального толка, и поначалу он их не разочаровывал. Но после того как Дмитрий Анатольевич подписал указ о признании независимости Абхазии и Южной Осетии, отношение к нему изменилось. Естественным образом возникает вопрос: как это может сказаться на настроениях бизнесменов, в первую очередь европейских? Что для них будет важнее: очевидные выгоды ведения бизнеса в России и с Россией либо политическая составляющая? Не возникнут ли проблемы с международной экспансией у отечественных компаний, в том числе с госучастием, таких как "Газпром" и "Роснефть"?

Кроме того, премьер Путин уже принял некоторые меры экономической направленности, мотивированные исключительно политическими соображениями. Например, фактический запрет на импорт куриного мяса из США. Если эта тенденция к изоляционизму окажется устойчивой, то придется понять, насколько отечественная экономика готова к тому, чтобы замещать все большую долю импорта на внутреннем рынке, насколько долгим и болезненным может быть этот процесс. Впору задуматься и о том, возрастет ли в связи с этим вмешательство государства в экономику — ведь оно должно будет замещать рыночные механизмы там, где само мешает их работе (например, после обвала фондовых рынков государство вынуждено было провести интервенцию для того, чтобы спасти акции ведущих компаний от окончательного коллапса). И можно ли в целом говорить о том, что в условиях глобализации изоляционизм ведет к все большему административному вмешательству в экономику?

"Новая" задала эти вопросы ряду ведущих экономистов.

Евгений ЯСИН, научный руководитель Высшей школы экономики:

— А почему, собственно, отношение западных деловых кругов к России должно было измениться? Делать выводы о том, что Медведев — никакой не либерал по крайней мере преждевременно. Я также не думаю, что своими действиями Медведев испортит обстановку настолько, что ничего нельзя будет поправить.

У бизнесменов, в том числе и европейских, главная задача — прибыль. Разве после событий с ЮКОСом, например, вы заметили, что им меньше стало нравиться работать в России, что они стали менее склонны вкладывать? Я — нет. Выгоды ведения бизнеса в России определенно представляются более важными, нежели политическая составляющая.

Не должно быть новых проблем и с международной экспансией у отечественных компаний — все остается примерно без изменений. Их и раньше не пускали, да они и не хотели.

Наталья ОРЛОВА, главный экономист Альфа-Банка:

— То, что сейчас происходит, находится больше в политической плоскости, а не в экономической. Мы, конечно, видели реакцию рынков, но ведь рынки на то и рынки, чтобы быстро реагировать. Однако сейчас нет еще никакой определенности — разве что некоторая настороженность, которая, естественно, возникла. Мне кажется, что если ситуация на политическом уровне не будет сейчас нагнетаться, ухудшаться, то вполне возможно, что приток капиталов месяцев через 6—8 восстановится.

Нельзя однозначно сказать, какая составляющая — политическая или экономическая — важнее. Важны обе. Я думаю, что если на политическом уровне позиции очень жесткие и четкие, то на уровне бизнеса люди скорее ищут возможности для какого-то диалога.

Неоднозначен вопрос с экспансией российских компаний. Дело не только в настроениях России или, скажем, в южноосетинском конфликте, а еще и в том, что с американской и европейской экономикой, насколько они будут нуждаться в капиталах и насколько их потребности смогут удовлетворить инвесторы с Ближнего Востока. Не надо так жестко говорить: "Они закрыли свои рынки, мы закрыли свои".

Мы совершенно не можем говорить о том, чтобы перейти с импорта на какое-то внутренне производство. Если будут какие-то ограничения по импорту, то импорт просто будет стоить дороже. Я не считаю, что в этом можно усматривать какую-то возможность для развития внутреннего производства. Впрочем, в ближайшие полгода-год мы, несомненно, увидим активный рост государственных расходов — государство должно будет компенсировать недостаток финансовых средств, это достаточно очевидно и даже не обсуждается.

Евгений НАДОРШИН, экономист банка "Траст":

— Реакция рынка на признание Абхазии и Южной Осетии независимыми была гораздо менее резкой, чем на события 8 августа. Умеренность реакции подтверждает, что большая часть участников была готова к такому развитию событий.

С высокой степенью вероятности ожидаются проблемы с экспансией крупных отечественных компаний — добавилось негативных красок в восприятие России иностранными инвесторами.

Российская экономика не готова к тому, чтобы замещать все большую долю импорта на внутреннем рынке. Вообще. Почти вся электроника, например, либо по частям импортируется в Россию и здесь уже собирается, либо и собирается тоже за рубежом. У нас нет технологий, чтобы заменить импорт, в том числе и продовольственный.

Я все-таки надеюсь, что изоляции, особенно экономической, нам удастся избежать. Было бы очень плохо такими вещами заниматься. Однако если рассматривать текущую ситуацию, то с высокой долей вероятности влияние государства на экономику будет нарастать.

Стойкий суверенный рейтинг

Одним из главных экономических достижений путинской эпохи было превращение России из хронического и недисциплинированного должника в страну с впечатляющими финансовыми резервами и, как следствие, высоким суверенным рейтингом. Напомним, что суверенный рейтинг — это оценка платежеспособности, которую выставляют государству специализированные агентства (их три: Standart & Poors, Moody's, Fitch). Чем выше рейтинг, тем больше денег государство может занять и тем лучше условия, на которых оно может это сделать. При этом суверенный рейтинг в значительной степени влияет на кредитные рейтинги компаний из этой страны, как государственных, так и частных.

Одна из переменных, которая используется при расчете рейтингов, — так называемые страновые риски. (В это понятие, грубо говоря, входят все внеэкономические факторы, которые могут существенно влиять на способность страны платить по долгам, в том числе политическая составляющая.) После военной операции в Грузии и фактического начала второй холодной войны возникли опасения: не приведут ли все эти неприятности к пересмотру суверенного рейтинга России, не ограничат ли доступ государства и частного сектора к заемным средствам из-за рубежа?

Наши сомнения постарался развеять Фрэнк ГИЛЛ — директор направления "Суверенные рейтинги" Standard & Poor's:

— Могут ли военные операции России в Грузии как-то повлиять на суверенный рейтинг Российской Федерации?

— Непосредственное влияние военных операций на территории Грузии и ее сепаратистских регионов на экономику России минимально. Позитивный прогноз по суверенному рейтингу (по обязательствам в иностранной валюте) определяется главным образом хорошим состоянием бюджета России, на которое продолжают благоприятно влиять рекордно высокие цены на нефть и газ и генерируемые вследствие этого налоговые поступления. Недавно Standard & Poor's пересмотрело свой прогноз профицита по счету текущих операций России. Ранее мы ожидали, что его величина составит 3,2% ВВП в 2008 г. и 1,7% ВВП в 2009 г., а теперь полагаем, что она достигнет, соответственно, 7,4 и 3,5% ВВП.

— Повлияет ли ухудшение отношений с Западом на суверенный рейтинг России, и если да, то каким образом?

— Чисто дипломатические споры между Россией и НАТО, скорее всего, не окажут существенного прямого влияния на российскую экономику, которая продолжает расти благодаря высоким ценам на сырье и большой инвестиционной активности. Но поскольку чуть больше четверти общего объема кредитов, выдаваемых в России, финансируется из внешних источников, можно предположить, что любая причина, приводящая к повышению стоимости заимствований для российских банков, может стать причиной замедления роста. Ухудшение доступа корпоративного сектора к иностранному капиталу может ударить в том числе и по инвестиционной активности, а это не замедлит сказаться на долгосрочном потенциале экономического роста.

— Как влияет на рейтинг политический прогноз?

— При составлении суверенного рейтинга Standard & Poor's оценивает вероятность дефолта правительства по его обязательствам. Бывают случаи, когда платежеспособность очень высока, а готовность платить снижается. В таких случаях Standard & Poor's, изучая вопрос кредитной культуры данной страны, старается понять, насколько устойчивы ее институты по отношению к изменениям в политической сфере. Если говорить о России, то ее институты недостаточно сильны; ей не хватает системы сдержек и противовесов. Небольшой круг лиц оказывает огромное влияние на политику. С другой стороны, после случившегося в 1998 г. дефолта по внутренним обязательствам Россия досрочно расплатилась по большей части своих двусторонних и коммерческих долгов, а также предусмотрительно создала резервные фонды, величина которых уже достигает 163 млрд долл., или 9,3% ВВП России.