• A
  • A
  • A
  • АБВ
  • АБВ
  • АБВ
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта

Щедрость российских банков В России платят топ-менеджерам гораздо больше, чем в Америке

Газета. 2007. № 213. 14 ноября

По мнению главы банковского института при Высшей школе экономики Василия Солодкова, хотя банкиры — по определению высокооплачиваемая профессия, в России высшее звено сильно переоценено. Главное объяснение — кадровый рынок сильно перегрет, то есть спрос превышает предложение.

Аксиома о том, что уровень зарплат в Америке существенно выше, чем в России, не вполне справедлива в отношении банкиров. Исследования показывают, что зарубежные коллеги могут только позавидовать заработкам российских финансистов. Правда, речь, разумеется, идет о менеджерах высшей касты.

Вообще, тема о зарплатах топ-менеджеров — тайна за семью печатями. Например, из ведущих российских банков только Сбербанк раскрывает критерии определения вознаграждения своих топ-менеджеров.

Другие крупнейшие игроки — Газпромбанк, ВТБ, Банк Москвы, Альфа-банк, Райффайзенбанк, "Уралсиб", ММБ — такой информацией не делятся. Далеко не все раскрывают и размеры вознаграждений. Среди банков топ-10 прозрачными можно назвать только Сбербанк, ВТБ, Райффайзен, ММБ и Росбанк.


КОСМИЧЕСКИЕ ЦИФРЫ

По данным исследования Московской финансово-промышленной академии, годовое вознаграждение члена совета директоров Юниаструм банка в среднем составляет 8 млн рублей, "Русского стандарта" — 16,4 млн рублей в год, Промсвязьбанка — 29 млн рублей. А вот Газпромбанк почти вдвое щедрее — 47,3 млн рублей.

Вознаграждения членов правления — поистине космические суммы.

Здесь, кстати, "Русский стандарт" уверенно обогнал и Промсвязьбанк, и Газпромбанк. В "Русском стандарте" годовой доход члена правления в среднем — 141,8 млн рублей.

В МДМ-банке — 105,6 млн рублей, а в Сбербанке — 46,9 млн.

Гораздо скромнее суммы у членов правления банков ВТБ, "Зенит", Промсвязьбанка: 24 млн, 22,9 млн и 20,4 млн рублей соответственно.

По словам партнера TopContact Executive Search Артура Шамилова, если зампреды бизнес-подразделений банков из топ-10 зарабатывают $1,5—5 млн в год, то в банках топ30 — от $500 тысяч до $1,5 млн.

Любопытный нюанс: западные банки в России платят топ-менеджерам в два-три раза меньше, чем крупные российские. "У иностранцев есть внутренняя глобальная политика компенсаций, и Россия для них — всего лишь один из многочисленных филиалов. Есть банки, которые могут платить и платят выше, чем в среднем по рынку: Альфа-банк, МДМбанк, Росбанк. Крупнейшие банки с госучастием платят несколько меньше", — говорит он.

По мнению главы банковского института при Высшей школе экономики Василия Солодкова, хотя банкиры — по определению высокооплачиваемая профессия, в России высшее звено сильно переоценено. Главное объяснение — кадровый рынок сильно перегрет, то есть спрос превышает предложение. Артур Шамилов уверен, что такая ситуация будет сохраняться еще несколько лет. "Хотя номинально зарплата топ-менеджера из банка топ-10 несравнима с зарплатой топа из Goldman Sachs или Bank of New York, российские топ-менеджеры зарабатывают больше их зарубежных коллег из аналогичных по размеру бизнес-структур", — говорит он.

Однако Василий Солодков отмечает, что нехватка высококвалифицированных специалистов — не единственная причина.

"Осталось большое количество банков, которые зарабатывают не на банковской деятельности, а на чем-то другом, и зарабатывают много, — объясняет он. — Кроме того, нужно учитывать компонент серой зарплаты, который позволяет платить много".


СИСТЕМА РАСЧЕТОВ

Если по уровню зарплаты мы уверенно обгоняем западных коллег, то по системе расчета мы далеко не на высоте. По мнению главы Российского института директоров Игоря Беликова, необходима адекватная система показателей, по которым оценивается работа топ-менеджеров.

"Нужно учитывать объем привлеченных активов в банк, степень их эффективности, состояние риска по кредитам — иными словами, показатели, характеризующие финансово-экономическую устойчивость банка. От этого должно зависеть вознаграждение сотрудников высшего звена", — подчеркивает он.

По его оценкам, зависимость вознаграждения от финансовых показателей банка существует в 70% банках. Однако текущие показатели — это еще не все. "У банков есть стратегия на среднесрочную, а у некоторых и на долгосрочную перспективу, — говорит Игорь Беликов. — От ее исполнения также должно зависеть вознаграждение".

Немаловажны и такие нюансы, как мошенничество внутри банка и со стороны клиентов. В оценочной системе должно учитываться количество мошенничеств, убыток от них и меры, которые были приняты.

Исторически вознаграждение и у нас, и на Западе состоит из двух частей: фиксированная зарплата и годовая премия, привязанная к результату деятельности. Кроме того, в последнее время стали очень популярны опционы на небольшой пакет акций, стимулирующие сотрудников работать на повышение капитализации банка в интересах мажоритарных акционеров.


АМЕРИКАНСКИЙ ПРИМЕР

Российской щедрости можно противопоставить вдумчивую рассудительность Америки. Там чрезвычайно озабочены отсутствием верхнего предела для вознаграждения руководителя. В апреле законопроект на эту тему уже был одобрен палатой представителей. Закон позволит акционерам компаний проводить голосование по вопросу выплат компенсаций топ-менеджерам. О необходимости такого закона заговорили после феерического увольнения экс-главы торговой сети Home Depot Inc. Роберта Нарделли, который получил выходное пособие в размере $210 млн.

На днях страсти по поводу нерегулируемых зарплат разгорелись с новой силой. Глава Merrill Lynch Стэнли О’Нил, благодаря которому инвестбанк закончил третий квартал с катастрофической отчетностью, получил при увольнении $161,5 млн.

Председатель банковского комитета сената США Кристофер Додд заявил, что слишком щедрое выходное пособие Стэнли О’Нила может стать поводом для нового обсуждения закона. По мнению Кристофера Додда, за списание в размере $8,4 млрд О’Нила при увольнении вообще стоило оставить без выходного пособия.

Кстати, зарплаты инвестиционных банкиров в России вызывают зависть у зарубежных коллег. "Те специалисты, кого не пугает Россия, охотно приезжают сюда, ведь у нас платят гораздо больше", — говорит Василий Солодков. А есть и те, кто, работая в российских "дочках", соблазняется на большие зарплаты и уходит работать на российских собственников. Например, из Merrill Lynch в инвестиционный банк "Траст" ушел Майк Эглтон, а его предшественник Аллен Вайн променял Merrill Lynch на инвестиционную фирму "Нафта-Москва". По разным оценкам, инвестбанкиры в крупных московских банках получают от $7 млн до 10 млн в год, и это в два раза больше, чем получают их коллеги в США.