• A
  • A
  • A
  • АБВ
  • АБВ
  • АБВ
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта

Патернализм или либерализм?

Наша власть: дела и лица. 2005. № 7-8. 25 июля

...И. Ю. Юргенс, вице-президент Российского союза промышленников и предпринимателей
Каждый человек выбирает себе свободы и опеки столько, сколько он может, к чему он генетически предрасположен. Есть люди военные, которые хотят всю жизнь подчиняться приказу. Есть предприниматели, которым приказ смертелен. Они хотят воевать за свою свободу сами, рисковать своим благосостоянием, своей жизнью семейной ради того, чтобы создавать рабочие места, чтобы растить экономику. Соответственно, если государство хочет на каком-то историческом этапе защищаться, оно увеличивает армию и государственные расходы. Если государство хочет развивать экономику, оно дает максимальную свободу предпринимательству, уходит из экономики...

"Модели экономического развития - - патернализм или либерализм?" - - так была обозначена тема одной из дискуссий Петербургского форума, которую вел министр экономического развития и торговли РФ Герман Греф.

Г. О. Греф
На сегодняшний день в экспертном сообществе вновь с особой силой разгораются дискуссии: какая модель экономического развития - патерналистская или либеральная - наиболее эффективна? Эта тема не теоретическая, как может показаться на первый взгляд.
Для России вопрос: какую модель можно выбрать, по-прежнему актуален. Первый шаг мы уже сделали, мы выбрали рыночные отношения и демократию. Следующий этап: какой рынок выбрать?
Сегодня в нашей стране сложилась двойственная ситуация. С одной стороны, мы имеем все, включая финансовые возможности, для проведения реформ, для осуществления масштабных инвестиций, имеем большой профицит бюджета, имеем значительные золотовалютные резервы и стабилизационный фонд. С другой стороны, мы наблюдаем снижение темпов роста экономики. Почему так происходит? Как стимулировать рост, какие инструменты для этого выбрать? Это вопросы, на которые мировой опыт не дает однозначного ответа.
И. Ю. Юргенс, вице-президент Российского союза промышленников и предпринимателей
Каждый человек выбирает себе свободы и опеки столько, сколько он может, к чему он генетически предрасположен. Есть люди военные, которые хотят всю жизнь подчиняться приказу. Есть предприниматели, которым приказ смертелен. Они хотят воевать за свою свободу сами, рисковать своим благосостоянием, своей жизнью семейной ради того, чтобы создавать рабочие места, чтобы растить экономику. Соответственно, если государство хочет на каком-то историческом этапе защищаться, оно увеличивает армию и государственные расходы. Если государство хочет развивать экономику, оно дает максимальную свободу предпринимательству, уходит из экономики.
Есть такой критерий - индекс экономической свободы. Считается, что та экономика, которая перераспределяет через государственный бюджет до 20 % ВВП, - это свободная экономика. А та, которая 40 % и больше - не свободная экономика. Ирландия, когда у нее перераспределялось таким образом 18 % ВВП, развивалась с темпом 8 %. Когда северные европейские страны контролировали 40 % ВВП, темпы их роста составляли 2 %.
Поэтому для меня понятно, что в период мирного развития требуется как можно меньше вмешательства государства в экономику и как можно больше свободы. Это не означает, что государство теряет рычаги управления. Самое либеральное государство обладает бюджетно-налоговой политикой, закупочной политикой и тарифно-таможенной политикой. Это три огромных инструмента в руках любого либерального государства.
Э. Ахо, президент Финского национального фонда исследований и разработок "Ситра"
Когда мы считаем, что главный элемент роста экономики связан с производством, планировать использование ресурсов возможно. Когда вы знаете, что ресурсы будут использоваться как вклад, вы знаете, сколько вы будете вкладывать и можете посчитать достаточно точно, что вы получите. Но теперь мы живем в условиях глобальной экономики, в век информатизации. А в таких условиях только либеральная демократия может создать среду для экономического роста. Эта среда основывается на инновациях, а инновации нельзя запланировать. Открыть двери инновациям возможно, но планировать инновации невозможно.
Н. В. Федоров, президент Чувашской Республики
Если бы я был политиком помоложе лет на 10-15, то смог бы, наверно, более категорично высказаться в пользу либо либеральной, либо патерналистской модели. Но сейчас, с учетом опыта управления в масштабе региона, причем специфического региона России, я должен отметить следующее. Мне кажется, даже убежден в этом, что патерналистская модель развития экономики тоже может быть успешной в благоприятных для этой модели условиях. Есть в какой-то степени основания утверждать, что примерно такая модель оказалась успешной в Китае, Южной Корее, арабских эмиратах, Саудовской Аравии и еще кое-где.
В России во все времена, на любых уровнях власти, государственная активность влечет за собой буйную энергию самовластия чиновников. Причем это всегда смешивается с репрессивным механизмом государства - специфического, традиционного российского государства.
И главная задача, стоящая сегодня перед Россией, - не мешать предпринимателю, гражданину, а создавать благоприятные условия, правовой режим соответствующий, свободу выбора.
Но если вы, уважаемые участники форума, находясь здесь, в роскошном историческом зале европейского города, каковым является Санкт-Петербург, ничего не скажете о селянах - 30 % населения России, которые создают примерно 15 % валового внутреннего продукта российского общества, это будет воспринято этой третью нашего населения с возмущением. А ведь этот сектор, уважаемые промышленники и представители хай-тека, тоже надо поддержать, несмотря на все правила либерализма. Потому что речь идет о поддержке в основном неконкурентного сектора.
Государство в данном случае в рамках патерналистской модели, в силу гуманизма власти, - а это тоже функции государства, - должно обеспечить постепенную адаптацию российского крестьянства к новым условиям. Без поддержки аграрного сектора, без патернализма в отношении этой отрасли мы будем иметь очень серьезные угрозы, - если не революционные, то по крайней мере нравственные.
В. А. May, ректор Академии народного хозяйства при правительстве РФ
Есть два типа патернализма и либерализма.
Есть мировоззренческое или философское различие, это различие абсолютно: или человек для государства, как говорят либералы. Или государство для человека.
Это вечное противоречие, оно как вера в Бога: вы верите в ту или иную модель.
Совершенно по-другому все выглядит, когда мы переходим на экономический уровень, где можно измерить, что выгоднее, что эффективнее. И здесь мы обнаруживаем, что на разных этапах экономического и исторического развития более выгодна, более рациональна с точки зрения стимулирования роста может быть как либеральная, так и патерналистская модель. Скажем, в начале XX века на индустриальной фазе экономического развития, когда были понятны долгосрочные, охватывающие десятилетия, приоритеты развития техники, развития производительных сил, был расцвет патернализма. Для этого периода характерна традиционная промышленная политика, которую нам предлагают вести и сейчас. Для этого периода характерно масштабное вмешательство государства в процесс аккумулирования и перераспределения капитала. И. напротив, экономический либерализм оказывается эффективным тогда, когда усиливается неопределенность путей дальнейшего развития, когда происходит резкий рост динамико-технологических изменений. Сейчас мы не можем объективно, даже собрав всех ученых мира, сказать, где реальные точки прорыва, где эти приоритеты. Кстати, так было на рубеже XVIII-XIX веков. В этих условиях либеральная точка зрения, либеральный подход, на мой взгляд, является доминирующим, поскольку только он позволяет обеспечить инновационность.
Конечно, и сейчас государство может принять решение о приоритете, сказать, что мы должны производить больше всех в мире компьютеров на душу населения.Мы можем это сделать. Но к тому моменту, когда мы решим эту задачу, выяснится, что компьютеры уже никому не нужны. В этом смысле патерналисты - генералы, которые готовятся к сражениям прошлого. Они знают, как был достигнут успех в прошлой войне, но почти никогда не знают, как достичь нового успеха.
Речь идет, конечно, не в полной и окончательной победе либерализма. Речь идет о том, что на нынешнем этапе развития производства, технологий, инноваций подходы, которые стимулируют развитие человеческой личности, стимулируют поиск, оказываются более эффективными. А государство в этих условиях должно обеспечить очень жесткое соблюдение законодательства и активно инвестировать в человека, прежде всего в образование и здравоохранение.
Г. О. Греф
Г-н Ахо, мы сейчас услышали от Игоря Юргенса, что мерилом свободной экономики является уровень государственных изъятий ВВП. Что 20 % ВВП - это свободная экономика, а 30 % и более - это экономика не свободная. Насколько мне известно, сейчас государственные изъятия из экономики Финляндии превышают 40 % ВВП.
Э. Ахо
Думаю, что процентное отношение не столь важно. Важнее говорить о том, в какой форме проводится вмешательство со стороны правительства. Правительство всегда должно быть нейтральным игроком в рыночной экономике. Государственное вмешательство должно быть использовано только для того, чтобы создать равные возможности для всех. Например, в области образования. Это как раз та область, где государственное вмешательство следует рассматривать как позитивное.
Во-вторых, я считаю, что государственные усилия нужны также в области НИОКР. Но и в этом секторе такое вмешательство должно быть нейтральным. Конечно, наилучшим вариантом было бы, если государственные усилия отражали усилия частного сектора в области НИОКР, потому что государство не может сказать, какие технологические сектора наиболее важны, какие системы нужно строить для будущего. А рынок это знает. Но государственные усилия нужны для того, чтобы создать благоприятные условия для развития национальной экономики, чтобы она могла выжить.
Г. О. Греф
Я хотел бы завершить нашу дискуссию одним известным примером.
Когда Англия завоевывала Индию, она столкнулась со страшной напастью: ядовитые кобры почему-то не трогали местное население, в то время как армия Ее Величества несла от их укусов огромные потери. Тогда британское правительство решило объявить награду для местного населения за каждую сданную голову кобры. Последствием такого решения было то, что через два года поголовье кобр удвоилось, потому что местное население попросту стало их разводить.
Я хочу пожелать всем нашим и иностранным участникам этой дискуссии таких правительств, решения которых никогда бы не оборачивались "эффектом кобры".