• A
  • A
  • A
  • АБВ
  • АБВ
  • АБВ
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта

Умственный труд в России не гарантирует благополучия

Около 45% от общего числа работающих бедных россиян – это низко- и среднеквалифицированные рабочие. Еще около 20% бедных – это низко- и среднеквалифицированные служащие. Такие цифры приводят в своей научной статье «Бедность в России на фоне других стран» доцент Василий Аникин и профессор Наталья Тихоноваиз Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики»

Исследователи называют такой тип бедности индустриальным. Индустриальная бедность превалирует практически во всех развивающихся странах. Её причина – избыточное предложение рабочей силы невысокой квалификации, которое влечёт за собой низкие зарплаты в этой сфере. В то же время среди низкоквалифицированных рабочих крайне мало безработных: все бедные трудоустроены, хотя и получают очень небольшие зарплаты.

 

Как утверждают Василий Аникин и Наталья Тихонова, для стран, находящихся на различных этапах исторического развития, должны применяться разные варианты понимания феномена бедности и разные методики выделения бедных. Применительно к развитым странам речь обычно идет об относительной бедности, т.е. в качестве бедных в них рассматриваются те, кто находится в неблагоприятном положении по обеспеченности их ресурсами, распространённости среди них лишений и располагаемым возможностям относительно большинства членов данного общества.

 

В развивающихся же странах бедность обычно трактуется через призму так называемой  абсолютной бедности , и бедными считаются те, чей доход ниже прожиточного минимума («черты бедности»), который должен обеспечить элементарное выживание человека. При расчете этой национальной черты бедности правительством каждой развивающейся страны также учитываются характерные для неё климатические условия, культурные традиции, толерантность населения к глубокому социальному неравенству и т.д.

 

Несмотря на близость России по базовым показателям социально-экономического развития скорее к развитым, чем к развивающимся странам, в нашей стране бедность интерпретируется так же, как в заметно отстающих от неё развивающихся странах, т.е. через категории абсолютной бедности. Соответственно, для выделения бедных используется понятие прожиточного минимума, призванного обеспечить простое физическое выживание здорового человека без учёта его культурных, рекреационных и т.п. потребностей, хотя это означает занижение доли бедного населения в несколько раз.

 

В настоящее время международные организации всё шире используют в своих статистических обзорах методику  MPI (многомерный индекс бедности) , хотя применимость её для наиболее продвинутых развивающихся стран типа России вызывает большие сомнения. В расчет MPI входит 10 индикаторов, объединённых в три большие группы:  образование ,  здоровье ,  стандарты жизни .

 

Наиболее крупная группа индикаторов ‒ стандарты жизни ‒ включает в себя такие виды лишения благ, как отсутствие электричества, отсутствие доступа к чистой питьевой воде, земляной пол в жилище, использование навоза, дерева или угля для приготовления пищи, наличие в собственности не более одного предмета из следующего их набора: радио, телевизор, телефон, велосипед, мотоцикл, холодильник. Люди, которые находятся «на грани бедности», испытывают депривацию (психическое состояние, вызванное лишением возможности удовлетворения самых необходимых жизненных потребностей или лишением привычных благ) по 20–33% из 10 индикаторов, в то время как испытывающие «тяжелую бедность» депривированы по 50% и более индикаторам.

 

В России хотя и присутствует глубокая бедность, но распространена она сравнительно мало. В то же время не стоит забывать, что каждый процент российского населения – это около 1,5 млн. человек, и, следовательно, сегодня в нашей стране около  2 млн. человек   находятсяв тяжёлой бедности , что можно рассматривать как свидетельство крайней неэффективности российской социально-экономической политики.

 

Основной тип российской бедности – индустриальная бедность. Она характерна для всех стран, находящихся на этапе индустриального развития, и обусловлена избыточным предложением низко- и среднеквалифицированного труда. Отсюда вытекают низкие зарплаты этой части рабочей силы, независимо от того, относятся ли её обладатели к представителям физического (разнорабочие) или нефизического (торговля, сфера услуг и т.п.) труда.

При этом часть соответствующего типа работников с учётом их зарплаты заранее обречена на бедность, а другие оказываются в бедности при малейшем ухудшении их семейной ситуации и росте иждивенческой нагрузки (рождение ребенка, особенно второго, потеря работы супругом или развод, болезнь кого-то из членов семьи и т.д.).

В составе работающих бедных в России очень высока доля низко- и среднеквалифицированных рабочих, составляющих 45% всех работающих бедных, а также низко- и среднеквалифицированных работников нефизического труда, составляющих еще почти 20%. В небедных слоях российского населения доля этих профессиональных групп вдвое меньше.

При этом если для неквалифицированных работников нефизического труда вероятность оказаться в бедности «по доходам» заметно выше, чем для россиян в целом, но всё же менее 30%, то разнорабочие и рабочие 1-2 разряда уже почти в 60% случаев оказываются в числе бедных.

Избыточное предложение низкоквалифицированной рабочей силы в России в последние годы очень активно подпитывалось миграцией из ряда бывших советских республик и некоторых азиатских стран, в то время как в других странах БРИК (Бразилия, Индия, Китай), как и в своё время в Европе, источником его была, прежде всего, миграция из сельской местности в города с одновременным резким сокращением доли сельского населения. Это избыточное предложение рабочей силы автоматически увеличивает падение стоимости рабочей силы низкой и даже средней квалификации и способствует усугублению консервации бедности работников, занятых на соответствующих рабочих местах. В итоге сейчас в России существует парадоксальная ситуация, когда минимальная заработная плата по стране в целом ниже, чем прожиточный минимум.

С бедностью индустриального типа стратегически принято бороться за счёт стимулирования создания высокоэффективных рабочих мест методами инвестиционной и налоговой политики, развития общедоступных систем образования и получения квалификации. Тактически же хорошо зарекомендовали себя очень жёсткий контроль миграции извне, особенно – миграции неквалифицированной рабочей силы, детальная проработка трудового законодательства и усиление контроля за его соблюдением, а также установление обеспечивающей социально приемлемый образ жизни минимальной почасовой оплаты труда.

Ещё одной характерной особенностью бедности в России выступает то, что в составе бедных, в том числе и хронически бедных, оказывается весьма заметная часть населения с высоким образовательным уровнем, в том числе профессионалов. Основным работодателем для профессионалов является государство, которое, несмотря на повышение зарплат бюджетникам, оплачивает труд специалистов более скупо, чем частные организации. В условиях сильных региональных неравенств в стоимости жизни и разницы доходов профессионалов в разных регионах, материальное положение их дифференцируется ещё сильнее.

Более того, из-за роста незанятости среди молодёжи бедность в России молодеет. Судя по данным общероссийских исследований Института социологии РАН «Богатые и бедные в современной России» (2004) и «Бедность и бедные в современной России» (2014), в период с 2003 г. по 2013 г. доля молодёжи в возрасте 18-30 лет выросла с 25% до 27%, а доля лиц старше 40 лет сократилась с 54% до 49% при одновременном росте незанятости в молодых возрастах.

Бедность из-за неблагоприятных семейных обстоятельств (болезнь кого-то из членов семьи, развод в семье с несовершеннолетними детьми, высокая иждивенческая нагрузка, смерть кормильца и т.п.) представлена в России достаточно широко. Борьба с бедностью этого типа в развитых странах предполагает активную помощь таким семьям со стороны государства и местных сообществ. Но в России ситуация иная. На распространённости бедности сказывается то, что при в среднем низких зарплатах и слабой семейной политике под угрозой бедности многие семьи оказываются уже в силу простого наличия в них несовершеннолетних детей и тем более – при каких-либо семейных несчастьях (в частности, при тяжёлом заболевании или даже просто плохом здоровье кого-то из членов семьи). Плохое здоровье увеличивает риск попадания в бедность «по доходам» втрое, а риск нахождения в хронической бедности – более чем в пять раз. Более чем вдвое возрастает и риск бедности в случае наличия в семье несовершеннолетних детей. Причём тенденция усиления значимости этих факторов бедности в России с годами просматривается всё более наглядно.

Бедность маргинализирующейся и люмпенизирующейся части населения вызвана ослаблением механизмов социального контроля и усложнением жизни общества при переходе к постиндустриальному этапу развития. Учитывая рост числа социально дезадаптированных людей в условиях усложнения общественной жизни, этот тип бедности особенно сложен для борьбы с ним. Наиболее активно для помощи представителям этого типа бедности используются различные программы социальной интеграции (для мигрантов) и реинтеграции для всех остальных. Другие индивидуальные причины бедности (нежелание включаться в трудовую деятельность на условиях, предлагаемых рынком труда, алкоголизм, наркомания и другие причины добровольной незанятости, часто приводящие к бродяжничеству и попрошайничеству с последующей «профессионализацией» этой сферы) по-разному воспринимаются в развитых странах в зависимости от особенностей их предшествующего исторического развития и национальной культуры, что непосредственно влияет и на признание в них права на поддержку со стороны общества для такого рода бедных.

В России этот тип бедности распространен достаточно широко: в 2013 г. каждый двадцатый бедный сам признавал, что оказался в бедности з-за алкоголизма или наркомании– собственной или кого-то из членов своей семьи. Если же говорить о том, как оценивают роль этого фактора россияне в целом, то среди имевших, по их оценкам, бедных в своем ближайшем окружении, треть назвали причиной бедности хорошо им знакомых людей алкоголизм или наркоманию, и каждый пятый – лень и неприспособленность к жизни.

Гетерогенность (разнородность) бедности в России отражает особенности переживаемого российским обществом этапа социально-экономического развития и обуславливается сохраняющейся до сих пор многоукладностью российской экономики и колоссальными различиями в уровне социально-экономического развития разных регионов. Именно эта ярко выраженная гетерогенность, при которой в отдельных регионах и типах поселений разные типы бедности, характерные для, казалось бы, взаимоисключающих эпох, не просто наличествуют, но присутствуют в подчас диаметрально противоположных пропорциях, и составляет основную специфику «бедности по-российски».

По мнению ученых НИУ ВШЭ, эта специфика сильно затрудняет борьбу с бедностью в России. При такой гетерогенности бедности те меры, которые будут эффективными для борьбы с ней, например, в Москве, могут не дать никакого эффекта в Ингушетии и наоборот. При этом передавать борьбу с бедностью полностью на уровень регионов сейчас тоже нецелесообразно: у многих из них отсутствуют не только ресурсы, но и чёткое понимание того, как должна выглядеть эта борьба в их конкретных условиях. Кроме того, ключевые «рычаги» борьбы с бедностью (инвестиционная политика, политика занятости, миграционная политика, налоговая политика, социальная политика) находятся сегодня преимущественно в распоряжении центральных органов власти, и именно федеральные структуры власти должны максимально задействовать эти «рычаги» для борьбы с бедностью в России.