• A
  • A
  • A
  • АБВ
  • АБВ
  • АБВ
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта

«Я никогда не уходил из МИЭМ»

Научным руководителем МИЭМ в составе НИУ ВШЭ назначен Александр Тихонов, директор Государственного научно-исследовательского института информационных технологий и телекоммуникаций «Информика», в 1998 году — министр общего и профессионального образования РФ. О том, что изменится, а что не изменится в МИЭМ в ближайшие годы, он рассказал в интервью корпоративному порталу.

— Александр Николаевич, причина вашего назначения понятна: на рубеже 1980-1990-х годов, перед уходом на государственную службу, вы были ректором МИЭМ. С тех пор сохраняете с ним связь?

— Я никогда не уходил из МИЭМ, где бы ни работал, знаком там со многими коллегами, и, честно скажу, мы легко находим общий язык. Сейчас по совместительству заведую кафедрой космического и радиационного материаловедения на факультете электроники — я выпускник этой кафедры, когда-то начинал на ней работать. Хорошо знаю, что представляют собой выпускники МИЭМ, как работодатель: в «Информике» их более ста, почти половина всех сотрудников.

— Чем вы будете заниматься как научный руководитель МИЭМ в составе ВШЭ?

— Основной задачей будет организация работы по тем научным направлениям, на которых будут сосредоточены наши усилия, для ее решения нам сначала предстоит совместно выбрать приоритеты. Один из приоритетов уже определен: создание магистратуры — в этом году мы планируем резко увеличить набор. МИЭМ набирал в магистратуру лишь 13 человек, всерьез разработкой магистерских программ там не занимались, а мы планируем набрать 70.

Нам предстоит найти своего абитуриента и для магистратуры, и для бакалавриата: если не считать московские олимпиады МИЭМ, системы их поиска не было. В работе по привлечению абитуриентов из разных регионов поможет «Информика» — у нас во всех региональных центрах есть представительства.

— А преподавательских кадров должного уровня для организации магистратуры достаточно?

— В дополнение к тем коллегам из МИЭМ, которые готовы и способны работать на уровне магистратуры, нужно привлекать кадры со стороны. Вышка готова взять на себя решение вопроса с жильем, которое предоставляется преподавателям на время работы, так что мы вполне можем пригласить на работу перспективных доцентов даже из регионов. Ярослав Иванович Кузьминов меня в этом поддерживает — нужно привлекать на работу молодых, перспективных коллег. Вырастить доцента самим — долгий процесс, времени у нас нет.

— Почему решено сделать акцент именно на магистратуру? Ведь фактически ее приходится создавать с нуля. Откуда возьмется современная материально-техническая база?

— Акцент на магистратуру обусловлен тем, что для работы с наукоемкими технологиями нужны именно магистры. Бакалавр — это низшее звено в иерархии, его подготовить проще, это могут сделать многие другие вузы.

Что касается лабораторной базы для подготовки магистров, то, по большому счету, нет необходимости полностью создавать ее в вузе. Мы делаем ставку на базовые кафедры в корпорациях. Известно, что в советские годы базовые кафедры создавали ведущие инженерные вузы, работающие с «оборонкой». У МИЭМ было около 30 базовых кафедр — на производственных предприятиях, в конструкторских бюро, в академических институтах. Когда я сам был студентом МИЭМ, с третьего курса работал в НПО «Орион» (разработка и производство фотоприемников).

— Сложно предположить, что современные студенты сплошь и рядом мечтают работать на оборонных предприятиях…

— Сейчас уже почти не осталось предприятий, которые работали бы исключительно для нужд обороны, — и в России, и во всем мире. «Боинг» выпускает гражданские самолеты, но это не мешает ему делать двигатели для ракет. Конечно, та или иная перспективная технология может быть создана в рамках оборонного заказа, но это не мешает потом использовать ее в других сферах.

Раньше у выпускника МИЭМ было три основных варианта трудоустройства: отличники шли в аспирантуру, у кого поменьше средний балл — в академические институты, остальные — на производственные предприятия. А сейчас работа на предприятиях становится наиболее престижной и высокооплачиваемой, потому что в России будет бурными темпами развиваться промышленность. Страна не должна зависеть от топливно-энергетического комплекса, это все понимают, нужно разрабатывать альтернативные источники энергии, в том числе атомной — проектировать безопасные реакторы, нормально их строить. Известны планы государства по развитию нанотехнологий, биотехнологий, робототехники. И речь идет не только о фундаментальных исследованиях, но именно о практике.

— Как доказать абитуриентам, что у профессии инженера в современной России есть перспективы? Минобрнауки пытается сделать это в течение трех последних лет, но средний балл ЕГЭ поступающих в инженерные вузы почему-то не растет.

— Пусть абитуриенты почитают первую программную статью Владимира Путина. Президентом и премьером продекларирована серьезная цель — модернизация, обновление производства в стране. Никто не скрывает колоссальный объем оборонного заказа — 20 триллионов рублей, а это инструмент модернизации промышленности. Но сегодня на предприятиях не только технологии не модернизированы, но и специалистов нужного уровня нет. «Провал» — это сотрудники 30-45 лет, такой же «провал» мы наблюдаем в профессорско-преподавательском составе инженерных вузов.

В СССР инженерное образование было конкурентоспособным по мировым меркам, потому что инженерные вузы вели научные исследования. В МИЭМ на 1 рубль бюджетных затрат было 4-5 рублей от хоздоговоров — заказов промышленности. Группа вузов, работавшая на военно-промышленный комплекс, в том числе МИЭМ, получала очень большие заказы. Сейчас эта тема тоже становится актуальной — нет речи о милитаризации, но современная армия, оснащенная современной техникой, в стране должна быть.

— Как МИЭМ должен развиваться в составе Высшей школы экономики, чтобы восстановить конкурентоспособность?

— Та структура МИЭМ, которая сейчас создается в Вышке, конечно, будет промежуточной. Нельзя утверждать, что те или иные подразделения, кафедры сохранятся без изменений. Постепенно будут проводиться корректировки. При объединении, конечно, возможно «капсулирование» — присоединить структуру и сохранить ее в первозданном виде, разве что сотрудников в другое здание перевести. А мы выбрали другой путь — интеграцию. Блок социально-гуманитарных дисциплин, языковые кафедры, кафедра физического воспитания — все это должно адаптироваться на основных кафедрах Вышки. Зачем в одном вузе две кафедры физического воспитания?

Что касается инженерных кафедр, то в Вышке объединять их не с кем, и они, очевидно, сохранятся в новой структуре. Даже если какие-то инженерные кафедры перестанут быть выпускающими, их преподаватели все равно будут вести общеинженерные дисциплины. Можно не готовить, например, материаловедов в специальных системах или метрологов, но курсы материаловедения и метрологии все равно будут читаться.

Главное — что институт не может оставаться на том уровне, на котором он работал до сегодняшнего дня, иначе слияние бессмысленно. Если бы МИЭМ и дальше оставался таким, каким он был, то, скорее всего, перестал бы существовать через пару лет. Когда я в 1991 году уходил с должности ректора, прием был около тысячи человек, сейчас — менее 400. Качество приема ухудшалось, даже контрольные цифры не удавалось выполнить. Если исходить из того, что бакалавров и техникумы могут готовить, МИЭМ имел все шансы постепенно превратиться в большой техникум…

— Вы общаетесь с коллегами, друзьями из МИЭМ. Люди нервничают?

— Да. Даже если человек прекрасно понимает, что останется работать в объединенном вузе, у него возникают сомнения. И студенты нервничают, и деканы. Из деканов практически никто не бывал в Вышке — вот они пришли на совещание первый раз. И один декан меня спросил, найдут ли общий язык наши студенты со студентами Вышки. Ведь в Вышке студенты вообще другие. Он так решил после того, как услышал их разговоры в коридоре…

Сейчас в МИЭМ приходят письма от студентов, их родителей — все волнуются. Мамы, папы пишут, что теперь будет с их детьми, доучатся ли они по выбранным специальностям. Мы повторяем, что все получат возможность доучиться по тем же учебным планам, с теми же преподавателями и в ближайшие как минимум два года — в тех же зданиях. Если МИЭМ все-таки решит переехать в новое здание в Строгино, сначала нужно его достроить (окончательный срок сдачи — конец этого года), а потом еще сам процесс переезда.

Кстати, решение о строительстве этого здания было принято в самом конце советской власти — я тогда был ректором, и мне удалось добиться выхода постановления правительства о начале строительства. Получили площадку, поставили забор, но на этом все закончилось, а строительство началось только полтора года назад. Вообще в Строгино можно и вторую очередь строительства начать — земля есть, да и место, по-моему, очень удобное. Метро в ста метрах, от комплекса общежитий Вышки в Одинцове добраться очень просто: на электричке — до станции Кунцево, а оттуда три остановки на метро.

— Говорят, здания МИЭМ в центре Москвы находятся не в лучшем состоянии.

— Они давно построены, там проблемы с инженерными коммуникациями, к тому же они захламлены старым оборудованием. В корпусе рядом с метро Павелецкая пожарные разрешили эксплуатировать только два этажа — с капитальным ремонтом тянуть нельзя. Общая площадь в двух корпусах, которая используется для организации учебного процесса, примерно равна площади здания в Строгино.

— Обсуждение причин присоединения МИЭМ к Вышке не утихает спустя месяц после распоряжения правительства. Почему, на ваш взгляд, все-таки был выбран именно этот институт? Ведь много вокруг технических вузов, даже со словом «электронный» в названии: МИЭТ, МИРЭА.

— Ответ простой: математика. В МИЭМ самый сильный блок прикладной математики среди других технических вузов. В МИРЭА, кстати, работает много выпускников МИЭМ разных лет, а в МИЭМ выпускников МИРЭА нет. Высокий уровень математики — это как раз основа для подготовки магистров экстра-класса.

Математики разрабатывают модели и для экономики, и для микроэлектроники. Без математиков не обойтись при разработке моделей новых материалов, а это одно из самых перспективных направлений в науке. До сих пор мир работал с материалами, которые существуют в природе, их модифицировали, переделывали, создавали сплавы. Сейчас в материаловедении произошла революция — появились принципиально новые материалы. Человек способен передвигать атомы, помещать одни атомы между другими, то есть менять свойства материалов.

— Может быть, МИЭМ был выбран еще и потому, что он развивался в последние годы не так успешно, как аналогичные вузы?

— Спад действительно был, но, к счастью, это не привело к потере научных школ. В МИЭМ 12 докторских диссертационных советов, все физико-математические, все действующие, ни один из них ВАК не закрыл. Издается 8 ваковских журналов — это очень много, особенно после всех сокращений, которые проводились в этой сфере. Есть реальные коллективы, которые серьезно работают. Есть особенно успешно развивающиеся направления — например, информационная безопасность, здесь мы точно можем составить конкуренцию другим вузам.

— Социально-экономический университет и технический университет: не возникают аналогии с известной присказкой про ужа и ежа?

— Когда Вышка открывала отделения программной инженерии, прикладной математики и информатики, кто-нибудь эту присказку вспоминал? Все понимали, что это в порядке вещей. Очевидно, выпускники этих отделений ориентированы на работу в международных корпорациях, управление которыми осуществляется в виртуальной среде, у которых тысячи предприятий (подрядчиков), расположенных где угодно, но главное в их структуре — научные центры. Когда открывались эти отделения, на уровне власти еще не велись разговоры, например, об электронном правительстве — это казалось делом далекого будущего. Руководство Вышки смотрело далеко вперед. И сейчас мы тоже руководствуемся перспективным видением, предлагая развивать инженерную подготовку не так, как это делает большинство вузов.

Мало кто знает, что в Массачусетском технологическом институте, который знаменит во всем мире подготовкой инженеров, социально-экономический блок составляет около 30-40 процентов. Для нас это может показаться необычным, поскольку в России структура высшей школы исторически складывалась по-другому. Но в этом есть своя логика, потому что международные корпорации требуют, чтобы и технологии, и научно-инженерные решения, и экономика работали вместе. Мы и раньше пытались инженеров экономике обучать…

— И в 1990-е годы даже стали массово открывать в технических вузах экономические факультеты. Уж сколько критики обрушилось на головы ректоров, которые этим злоупотребляли. Или это другая история?

— Совсем другая. Это была попытка заработать деньги за счет платных студентов, и в МИЭМ тут не стал исключением: открыли факультет с маленьким бюджетным приемом и большим — коммерческим. На такие факультеты спрос был больше, чем на инженерные. И нужно понять ректоров: господдержка сокращалась, падали объемы НИР, оборудование покупать было не на что, и государственные деньги надо было чем-то замещать. О качестве подготовки студентов на экономических и прочих непрофильных факультетах вопрос не стоял.

Другое дело, если экономическое образование человек получает в таких вузах, как Вышка, Российская академия народного хозяйства и госслужбы, Финансовый университет. Там созданы научные школы, работают преподаватели высокого уровня, и экономисты оттуда выходят отнюдь не на биржу труда. Если экономический вуз такого уровня объединяется с инженерным вузом, где также есть научные школы и хорошие преподаватели, эффект будет совершенно иным.

 

Борис Старцев, специально для новостной службы портала ВШЭ

Вам также может быть интересно:

«День открытых дверей»: где учатся инженеры

Как попасть в виртуальную реальность? Сколько часов печатается на 3D-принтере бюст Ван Гога? И правда ли, что в одной из университетских лабораторий можно в реальном времени следить за спутниками в космосе? Рассказываем и показываем в нашей виртуальной экскурсии по МИЭМ НИУ ВШЭ.

ВШЭ и Сбербанк подготовят новое поколение специалистов по анализу финансовых данных

Факультет компьютерных наук НИУ ВШЭ и Сбербанк открывают новую магистерскую программу «Финансовые технологии и анализ данных». 30 лучших абитуриентов, поступивших на программу, смогут обучаться на ней за счет Сбербанка.

«Если ты не владеешь "скрытой" частью программного стека, ты не владеешь ничем»

В 2017 году в Вышке пройдет набор на новую магистерскую программу «Системное программирование». Там будут готовить специалистов, которые занимаются самым сложным и самым важным уровнем программирования. Кого и как будут учить на этой программе,  рассказывает ее руководитель Александр Петренко.

Студенты Вышки стали победителями кейс-чемпионата Oliver Wyman Impact 2017

Команда из четырех студентов магистерской программы «Стратегическое управление финансами фирмы» была признана победителем из более чем сотни команд.

МИЭМ НИУ ВШЭ будет носить имя Александра Тихонова

Решение об этом 23 декабря принял Ученый совет Высшей школы экономики. Также решено учредить стипендию имени А.Н. Тихонова.

«Наши студенты должны осуществить научный прорыв на стыке математики и компьютерных наук»

В 2017 году факультет компьютерных наук НИУ ВШЭ и Сколтех будут вести совместный прием на магистерскую программу «Статистическая теория обучения», которая станет правопреемницей программы «Математические методы оптимизации и стохастики». О научной составляющей новой программы и о возможностях, которые она предоставляет студентам не только магистратуры, но и бакалавриата, рассказывает академический руководитель программы, профессор математических наук университета Гумбольдта в Берлине, Владимир Спокойный.

5 лет МИЭМ НИУ ВШЭ: чего удалось добиться?

Переезд в новое здание, оснащенное современным научным оборудованием, рост проходного балла зачисленных абитуриентов, увеличение числа публикаций сотрудников в международных журналах — таковы лишь некоторые результаты работы МИЭМ НИУ ВШЭ за прошедшие пять лет. Всё это время им руководил Александр Тихонов, скончавшийся 9 декабря 2016 года.

«Наша программа близка к аналогичным программам ведущих американских университетов, в первую очередь, MIT»

В 2017 году в Вышке открывается магистерская программа «Материалы. Приборы. Нанотехнологии». Ее студенты будут не просто изучать новейшие материалы и технологии, но и самостоятельно конструировать высокотехнологичные приборы. Подробнее о программе рассказывает ее научный руководитель, профессор НИУ ВШЭ, член-корреспондент РАН Максим Каган.

В Вышке открывается магистерская программа для подготовки профессиональных литераторов

В 2017 году начнется набор на новую магистерскую программу «Литературное мастерство», академическим руководителем которой будет писатель и филолог Майя Кучерская. О том, как учить творчеству и ремеслу в рамках академической программы и где будут работать ее выпускники, она рассказала новостной службе ВШЭ.

Новая магистерская программа предлагает изучать Европу в контексте двух культур

Студенты новой магистерской программы факультета гуманитарных наук НИУ ВШЭ «Культурная и интеллектуальная история: между Востоком и Западом» изучат историю, культуру, традиции Восточной и Западной Европы от средневековья до современности. Набор начнется в 2017 году. Программа предполагает также получение диплома зарубежного университета-партнера.