• A
  • A
  • A
  • АБВ
  • АБВ
  • АБВ
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта

Химия кино: как возникает культ

Почему тот или иной кинофильм, зачастую не самый успешный в прокате, становится культовым? В рамках лекционного проекта «Университет, открытый городу: Вышка в Парке Горького» доцент Школы философии ВШЭ Александр Павлов рассказал о том, как распознать культовую картину и из каких «химических элементов» складывается собственно культ фильма.

 

Предыстория

В его современном понимании культовое кино возникло на Западе на рубеже 1950-х и 1960-х годов — в кинотеатрах-«грайндхаусах» и кинотеатрах под открытым небом для автомобилистов («драйв-инах») показывались малобюджетные коммерческие фильмы, ставшие по тем или иным причинам важными в маргинальных обществах или молодежных субкультурах. Впрочем, это не означает, что до этого времени культовых фильмов не было: просто большей частью они становились таковыми пост фактум, спустя какое-то время. Позднее, с появлением в конце 1960-х и начале 1970-х годов феномена «полночного кино» сложилась особая культура просмотра фильмов, включавшая неоднократный просмотр сеансов конкретной ленты, посещение кинотеатров в самодельных костюмах, громкое обсуждение происходящего на экране и многие другие способы вовлечения зрителей. Именно благодаря «полуночным кинотеатрам» картины «Ночь живых мертвецов» Джорджа Ромео, «Розовые фламинго» Джона Уотерса, «Голова-ластик» Дэвида Линча и некоторые другие получили статус культового кино. Фильм Джима Шармена «Шоу ужасов Роки Хоррора», вокруг которого сложилась собственная субкультура, обеспечил невероятную популярность феномену «полуночного кино».

Долгое время культовые картины ассоциировались именно с полуночным кино, порой слишком странным, которое почему-то «цепляло» аудиторию, но при этом не всегда относились к категории «артхаус». В начале 1980-х два знаменитых кинокритика Джей Хоберман и Джонатан Розенбаум зафиксировали это явление в среде интеллектуальных дискуссий, написав книгу «Полночное кино». В 1990 году на феномен культового кино обратили внимания ученые, решив, что отныне изучать его должны не только кинокритики, но и киноведы. Таким образом, увидел свет сборник статей «Опыт культового кино» под редакцией Джей Пи Толетта, в котором впервые о феномене высказались исследователи. Сборник содержал в себе три раздела: общий теоретический блок, старые картины категории «В» 1950-1960-х (нуар, научная фантастика, малобюджетные фильмы) и «полуночное кино». Нередко в категорию культового кино попадали фильмы, в которых освещались табуированные темы — секс и насилие. Например, картина Стэнли Кубрика «Заводной апельсин».

Многие исследователи или критики называют Квентина Тарантино, с одной стороны, «культовым режиссером», но с другой — некоторые ропщут на то, что его последние фильмы — это уже не тот культ, который мир знал раньше

«Современный кинематограф, а особенно культовое кино, содержит многочисленные аллюзии на старые образцы культового кино. В этом смысле мы сталкиваемся с более новыми феноменами в кино, которые можно описать через понятие «культа». Раньше я был убежден, что у «культового кино» есть жесткие границы, четкое определение и что многие фильмы культовыми быть не могут. Особенно современные и особенно блокбастеры. Но сейчас я думаю, что понятие «культовый» должно быть расширено, и некоторые мейстримные или артхаусные картины, могут быть одновременно и культовыми», — отметил Александр Павлов.

Сегодня многие современные картины считаются культовыми, потому что отсылают зрителя к доброй традиции старого культового кинематографа. Например, многие исследователи или критики называют Квентина Тарантино, с одной стороны, «культовым режиссером», но с другой — некоторые ропщут на то, что его последние фильмы — это уже не тот культ, который мир знал раньше, «неклассический». Эти авторы считают, что в лучшем случае работы Тарантино можно назвать «посткультовыми». В этих рассуждениях может быть своя правда: не стоит забывать, что далеко не всегда культовый режиссер снимает исключительно культовое кино. Например, «Бешеные псы» и «Криминальное чтиво» многие признают «культовыми фильмами», но можно ли к таковым причислять более поздние работы режиссера, например, «Джанго освобожденный» и «Бесславные ублюдки»?

Для того чтобы как-то сегментировать режиссеров, которые, с одной стороны, не однозначно культовые, а с другой — их творчество пользуется устойчивой популярностью, современные киноведы предложили ряд новых терминов, которые можно было бы обсуждать в рамках культового кино. Так, патриарх американского киноведения Дэвид Бордуэлл в книге «Кристофер Нолан: лабиринт сцеплений» называет своего героя «midcult auteur» — «междукультовым автором». Фильмы Нолана кому-то нравятся, а кто-то считает его картины скучными и претенциозными, но полемика вокруг его творчества свидетельствует о неизменном интересе к этому режиссеру.

Любимый прием культового кинематографа — лишение тела человека какой-нибудь части тела — уха, глаза, руки, полового органа

Еще один термин — «метакульт» — употребляется в книге Эрнеста Матиса и Джеми Секстона «Введение в культовый кинематограф». Авторы относят к этому понятию фильмы, которые имеют отношение к «старой» традиции, но показывают ее оригинальным способом — обращаясь к интертексутальности и мешапу. Например, к метакультовому авторы относят картину «Амазонки на Луне» Джона Лэндиса. Фильм подобен увлекательной книге, на каждой новой странице которой находишь забавный комикс.

Как определить культовое кино?

Культовым кино может стать по разным основаниям (критериям) и именно поэтому под понятие «культовое» могут попасть и современные блокбастеры, и артхаусные фильмы, и многое другое. Например, никто не спорит с тем, что картины британского авангардного режиссера Дерека Джармена — артхаусное кино, но некоторые его фильмы, к примеру «Юбилей», стали предметом культа среди британских панков. Таким образом, фильм может стать культовым для той социальной категории людей, для которой предназначался или же которая его себе присвоила.

Еще один критерий — принадлежность фильма к определенной культурной индустрии. Если фильм показывают в определенном кинотеатре и в определенное время (как то было с первыми «полуночными картинами»), у фильма есть все шансы стать культовым. Иными словами, фильм можно поместить в определенную нишу, привлекая к нему, таким образом, внимание «культистов», как на Западе называют зрителей «культового кино».

Культовый фильм можно сделать таковым, закладывая в него некоторые элементы на уровне содержания. В классическом понимании культового кино в картине должны быть такие вещи, которые, с одной стороны, могут оттолкнуть от просмотра большую часть аудитории, но, с другой — привлекут меньшую часть аудитории, но именно она сделает фильм предметом поклонения. Любимый прием культового кинематографа — лишение тела человека какой-нибудь части тела — уха, глаза, руки, полового органа. «Криминальное чтиво», «Зловещие мертвецы», «Большой Лебовски», «Синий бархат», «Триллер: жестокое кино», — во всех этих фильмах можно наблюдать отчуждение от человеческого тела того или иного органа. Стоит ли говорить, что все эти фильмы культовые?

Я бы представил весь кинематограф как таблицу Менделеева, где в каждую клеточку мы можем поместить определенный жанр, категорию или «элемент» кино. Культовому кино в этой таблице места нет

Культовым фильм может стать благодаря авторитету, который говорит об этом фильме. Например, всем известно, что титул «худшего режиссера всех времен» закрепился за Эдом Вудом после книги американских кинокритиков «Премия “Золотая индюшка”». Она же положила начало формированию культа Эда Вуда как родоначальника трэш-кинематографа и человека, безустанно стремившегося к своей мечте вопреки ударам судьбы, в числе которых было полное отсутствие таланта. Режиссер может стать культовым, потому что он делает качественное кино, как Квентин Тарантино. Одновременно автор может стать культовым благодаря невероятно плохому качеству своего творчества, как Тим Кинкейд. Однако не стоит забывать, что «плохое» — понятие относительное и неоднозначное.

«“Культовый фильм — тот фильм, который ты будешь ждать до трех часов ночи по телевизору, хотя у тебя дома есть видеокассета”. Это определение я нашел в интернете, и оно мне очень понравилось, — отметил Александр Павлов. — Но вообще я бы представил весь кинематограф как таблицу Менделеева, где в каждую клеточку мы можем поместить определенный жанр, категорию или “элемент“ кино. Например, “американская комедия“, фильмы ужасов, американские фильмы ужасов, американский триллер, эротическая комедия и так далее. Каждый “элемент“ будет иметь свою цифру в этой таблице. Культовому кино в этой таблице места нет: оно (не только оно, но оно — прежде всего) с этими “элементами“ может работать, всячески смешивать их, порождая всякий раз что-то новое. Именно этим культовое кино и интересно, оно обращает наше внимание на многие жанры, темы, которые до того нам были не интересны или неизвестны.

«В этом смысле один из самых ярких фильмов 1990-х, на мой взгляд, фильм братьев Фаррелли “Кое-что о Мэри”. Лично для меня это культовый фильм и благодаря этому слову «культовый» я в качестве, скажем, критика обращаю ваше внимание на него и, надеюсь, что вам захочется посмотреть, — сказал Александр Павлов. — Чем он так важен? Фильм объединяет в себе две несопоставимые темы — сортирный юмор (который должен оттолкнуть большую часть женщин) и романтическая история (которая должна оттолкнуть мужскую половину аудитории). Возникает вопрос: кто в таком случае зритель этой картины? Именно идеальное сочетание (в театральной версии, а не режиссерской) романтики и сортирного юмора реабилитирует это кино для мужчин и привлечет к просмотру некоторых женщин. Не говоря уже о том, что в этом фильме есть блестящая аллюзия на культовую картину Хэла Эшби “Гарольд и Мод”».

Далеко не всегда дорогостоящие ремейки культовых фильмов также становятся культовыми. У нового «Безумного Макса» это скорее получилось

Как считает Александр Павлов, ранее культовое кино определялось по гендерному признаку, но сегодня не должно так определяться. Некоторые ученые обратили внимание, что культовое кино довольно маскулинное, в нем часто присутствуют элементы насилия и унижения женщин. Именно поэтому не многие представительницы прекрасного пола любят культовое кино. В этом смысле культовое кино долгое время было неким заповедником — зоной, в которую вход женщинам часто был запрещен. Несмотря на то, что, например, «Титаник» по многим основаниям мог считаться культовым фильмом, долгое время «мужской зритель» отказывался пускать его на территорию заповедника «культового кино». Пару лет назад ученые обратили внимание, что многие «женские фильмы», не относящиеся к культовому кино, имеют все атрибуты культового фильма и поэтому должны иметь культовый статус. Так, в топ-100 лучших культовых фильмов по версию Британского института кинематографа попала картина «Грязные танцы» с Патриком Суэйзи, предназначенная скорее для женской аудитории.

Чтобы создать культовое кино, необходимо придерживаться главного правила: не пытаться снять культовое кино. Если это делать намеренно, вряд ли что-то получится. Хотя режиссер «Донни Дарко» этим правилом пренебрег, в целом это лишь то самое исключение, которое общее правило доказывает.

Какие фильмы могут стать культовыми сегодня?

К примеру, все шансы стать культовым кино имеет картина «Отличница легкого поведения» с Эммой Стоун. С одной стороны, этот фильм дань уважения американским молодежным комедиям 1980-х годов. С другой — картина не навязывает старые представления о культе, а заимствует лучшее, показывая старое в новом ракурсе. Или блокбастер, который недавно прошел в мировом прокате, «Безумный Макс: Дорога ярости». Фильм эксплуатирует все темы, которые были затронуты в предыдущих картинах о Безумном Максе и в целом жанр старых австралийских эксплуатационных фильмов. Некоторые критики невысоко оценили ремейк, но зрителям он понравился. И это очень важно: часто именно зритель определяет культовость фильма. Надо сказать, что далеко не всегда дорогостоящие ремейки культовых фильмов также становятся культовыми. У нового «Безумного Макса» это скорее получилось (хотя, чтобы судить наверняка, должно пройти время), а у ремейка, к примеру, «Зловещих мертвецов», — нет.

Если говорить о русском культовом кинематографе, то это, конечно, «Игла» с Виктором Цоем, «Брат» Алексея Балабанова, «Зеленый слоник» Светланы Басковой

По словам Александра Павлова, через призму понятия «культовое» можно рассматривать не только фильмы, но и сериалы, а также короткометражные картины. В качестве примера культовых сериалов можно назвать «Твин Пикс» и «Байки из склепа». Пример короткометражного фильма — «Кунг Фьюри». Цель этой картины — осмеять жанры, популярные в 1980-х годах. «Лично мне фильм не очень понравился, но он важен, — подчеркнул Павлов, — потому что его автор первым заявил о необходимости переосмыслить наследие 1980-х годов».

«Ну, а если говорить о русском культовом кинематографе, то это, конечно, «Игла» с Виктором Цоем, «Брат» Алексея Балабанова, «Зеленый слоник» Светланы Басковой и другие. Последний часто вспоминается в дискуссиях о плохом кино, хотя не все из тех, кто его обсуждают, его видели. Точно такой же репутацией пользуется и «Человеческая многоножка» Тома Сикса. Вот почему сегодня я бы сказал о культовом кино так: о нем больше говорят, чем смотрят», — подытожил Александр Павлов.

Анастасия Чумак, новостная служба ВШЭ

Вам также может быть интересно:

Кинематограф разрушает Москву, чтобы она развивалась

В Музее Москвы в рамках проекта «Университет, открытый городу: лекционные четверги в музеях Москвы» профессор факультета гуманитарных наук Школы культорологии НИУ ВШЭ Ян Левченко рассказал, как кинематограф на протяжении XX столетия менял облик столицы, навязывая (вменяя) городу различные, порой неожиданные роли.

«Дракула» Брэма Стокера отражает страхи современного общества

Роман Брэма Стокера о кровожадном графе Дракула, написанный в конце XIX века, вот уже второе столетие вдохновляет культуру и кинематограф. Недавно в прокат вышла новая экранизация «Дракулы». О том, почему истории о вампирах так популярны в наше время, рассказал доцент факультета филологии НИУ ВШЭ Алексей Вдовин в рамках проекта «Университет, открытый городу: лекции молодых ученых Вышки в Культурном центре ЗИЛ».

От «причудливого кино» до Шварценеггера: обсуждаем кинематограф без снобизма

Артхаус и большое голливудское кино не исчерпывают собой понятие «кинематограф». Что смотреть тем, кого не устраивает ни то, ни другое, на лекции в Парке Горького рассказал доцент кафедры практической философии факультета философии НИУ ВШЭ Александр Павлов.