• A
  • A
  • A
  • АБВ
  • АБВ
  • АБВ
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта

Мы пытаемся использовать методологию Гарвардской школы бизнеса

О том, как создавался Банковский институт ГУ-ВШЭ, каких специалистов он выпускает, рассказывает основатель и бессменный директор Института Василий Солодков.

Вам хотелось бы обучаться в России по программам, основанным на методологии Гарвардской школы бизнеса? Или освоить программу МВА "Финансы и Банки", сертифицированную крупнейшим голландским университетом — Inholland University, имеющим высокую репутацию в странах Бенилюкс, и иметь при этом возможность слушать лекции выдающегося российского экономиста, ученого с мировым именем академика Револьда Энтова? Слушатели Банковского института ГУ-ВШЭ могут реализовать все эти возможности одновременно — и учиться с использованием новейших кейсов, и консультироваться у ведущих российских ученых и успешных специалистов-практиков, и получить голландские сертификаты соответствия. О том, как создавался Банковский институт, каких специалистов он выпускает, рассказывает основатель и бессменный директор Института Василий Солодков.

Василий Михайлович, как вы пришли в Вышку?

— Я профессиональный преподаватель, кандидат экономических наук. В начале 1990-х мне посчастливилось попасть в число тех сотрудников Академии народного хозяйства, которые были направлены на учебу в Гарвардскую школу бизнеса (HBS) на программу Executive MBA. После окончания HBS поработал год в Институте экономического развития Всемирного банка в Вашингтоне, и, когда вернулся, пришел в Международную финансово-банковскую школу при Финансовой академии, созданную в Москве на базе совместного гранта Всемирного банка и Европейского банка реконструкции и развития. Там работали и наши, и иностранцы. Я и преподавал, и подбирал преподавателей. Но эта школа так и не получила, к сожалению, лицензию на длительные программы и организовывала только короткие семинары. Волей-неволей мы должны были работать, по сути дела, попугаями: говорить одно и то же с интервалом раз в неделю. Захотелось чего-то более интересного. Вот таким образом я и оказался в ВШЭ.

В каком году это было?

— В 1995-ом. Ярослав Кузьминов тогда сказал: "Очень хорошо, у нас как раз бродит идея создания совместного проекта с Банком России". Предполагалось, что будет создан совместный учебный институт типа joint venture Высшей школы экономики и Банка России, который станет, с одной стороны, обучать сотрудников Банка России, и, с другой стороны, "дуплицировать" получаемые опыт и знания на студентов Вышки. И мы вчетвером — Ярослав Кузьминов, Лев Любимов, я и Юрий Шараев, на тот момент он был директором Департамента персонала Банка России, строили большие-большие планы. Но выяснилось, что по действующему законодательству Банк России совместных предприятий ни с кем создавать не может. А поскольку уже был разработан учебный материал, то решили открыть Банковский институт без Банка России. Хотя неформальная "связка" с ним, тем не менее, сохранилась — Банк России остается одним из основных заказчиков наших учебных программ. Институт, таким образом, был создан и стал работать, хотя года три "скрывался" под названием Дирекция по созданию Банковского института со статусом структурного подразделения Вышки. А в 1998 году, когда уже шли совместные проекты, в том числе по линии Всемирного банка, решили все формализовать, и Банковский институт получил официальный статус.

Вышка на тот момент уже была "устойчивым" университетом, или ее перспективы были еще непонятны?

— Надо помнить ту экономическую ситуацию, реальный уровень зарплат преподавателей, то, что происходило с материально-техническим обеспечением университетов… На тот момент ни один из вузов "устойчивым" не являлся. Да и сейчас основная проблема вузов — это проблема воспроизводства кадров. Зачастую бывает так, что выпускники уходят работать на значительно большую стартовую заработную плату, чем та, которую получает даже ординарный профессор в ВШЭ. Пока эта проблема не решится, у нас устойчивости не будет нигде.

Кто были первые слушатели Банковского института? Те, кого "поставлял" Банк России?

— Нет. Самый первый семинар мы провели во Внешэкономбанке по вопросам подлинности денежных купюр. Пригласили специалистов из МВД.

Рынок тогда рос экспоненциально, в банках было огромное количество людей, имеющих непрофильное образование, и их нужно было буквально "натаскивать" на конкретные дисциплины, чтобы они могли адекватно работать. Сначала очень удачно развивались короткие семинары и корпоративные тренинги для банков, например, отдельные программы были связаны с переходом банков на новые планы счетов. Была создана и длинная международная программа "Банковский менеджер" совместно с Амстердамской финансово-банковской академией — это структурное подразделение Hogeschool, которая после слияния с другим университетом сейчас называется Inholland University.

Но в августе 1998 года произошел дефолт, и банки стали неплатежеспособными. Ситуация была чудовищная. Даже Банк России рассчитался с нами лишь через 9 месяцев после завершения семинара. У нас целевая аудитория, по факту, исчезла — на рынке появилось огромное количество безработных специалистов, которых после дефолта просто вышвырнули на улицу и которых банкам стало проще вернуть, причем за смешные деньги, чем кого-то заново учить.

Реальный рост банковской системы начался в 2001 году, и с этого момента стал расти и развиваться и Банковский институт. Сейчас ситуация на рынке кардинальным образом изменилась: идет драка за наших выпускников, их не хватает. И я очень часто встречаю претензию со стороны серьезных банков: почему наш выпускник не идет к ним работать, ему же предоставляют конкурентную заработную плату? А вот ему неинтересно! Или он идет на еще бОльшие деньги.

Какие программы предлагает Банковский институт?

— Мы пришли к тому, что наиболее рационально и наиболее востребовано проведение а) "длинных" программ, поскольку только в их рамках можно вести серьезное системное обучение, и б) "корпоративных программ" для компаний, которые испытывают потребность в хороших специалистах, знающих структуру организации, в которой будут работать.

У нас сейчас есть, по сути, весь спектр. Две программы МВА — "Управление инвестициями" и "Финансы и банки", в рамках последней мы делаем выездную программу для Центрального банка. Есть программа второго высшего — очень многие люди в какой-то момент понимают, что необходимо получить другое образование. Те, кто хочет получить реальные знания, приходят к нам: у нас жесткая система обучения — человек постоянно сдает экзамены, различные тесты…

Плюс программы профпереподготовки, их мы делаем для Банка России по двум направлениям.

Почему вы решили не делать программу Executive MBA?

— Расскажу, какой режим работы на программе Executive MBA в Гарвардской школе. Вы просыпаетесь в 7 утра, завтрак до 8-ми часов. С 8-ми до 9-ти вы обсуждаете какой-нибудь кейс. С 9-ти до половины 3-го у вас обсуждение этого кейса с профессором. Затем вы получаете 200 страниц мелким шрифтом, причем с финансами, с расчетами, для прочтения к следующему утру. В 11 часов вечера у вас начинается обсуждение этого кейса с группой студентов, с которыми вы живете. И продолжается до 2-х ночи. Потом вы, уже "никакой", ложитесь спать, просыпаетесь в 7 утра и выходите на новый цикл. И так 6 дней в неделю. Это называется Executive MBA.

Я готов подписаться, что ни одна школа бизнеса не предлагает у нас Executive MBA в этом формате. У нас собираются некие начальники, и им рассказывают, что нового есть в той или иной области. Начальники слушают, после чего идут выпивать и закусывать. С другой стороны, я прекрасно понимаю, что руководителям банка, корпорации не хочется по понятным причинам учиться с подчиненными. Но, как показывает мой опыт, заставить российского руководителя работать в том режиме, о котором я сказал, практически невозможно. Должно смениться поколение и должна появиться культура обучения, чего в принципе нет. Культура обучения должна включать представления о том, что стыдно приходить на занятия, не прочитав всего учебного материала, который вам задали. Я прекрасно помню, как профессор спросил вице-президента IBM, который прогулял где-то всю ночь и ничего по поводу заданного материала не имел сказать. 120 голов просто-напросто "ржало": вот она — культура IBM! А если вы спросите российского руководителя, и он скажет, что ничего не прочитал, то никто смеяться не будет — ну, это норма, занятой ведь человек, в отличие от вице-президента IBM, он работает над серьезными проблемами. Другой элемент культуры обучения, который тоже у нас отсутствует, — то, что не принято списывать. Ребенка, посещающего детский сад в Америке, называют студентом и объясняют ему, что cheating — это страшный грех. В этом плане мы и Америка — параллельные цивилизации, поэтому не все элементы из тех, которые есть у них, можно нам привить.

В чем особенность ваших учебных программ, чем они отличаются от программ других институтов?

— Во-первых, мы пытаемся использовать методологию Гарвардской школы бизнеса. Программа строится не только исходя из названий дисциплин, но и исходя из взаимосвязи кейсов. Это достаточно сложно.

Во-вторых, мы пытаемся объединить высокую науку и практику. У нас преподает академик Револьд Михайлович Энтов — звезда мировой величины в экономической науке. У нас специалистов такого уровня, по большому счету, просто нет. Мы пытаемся привлечь лучший преподавательский состав ГУ-ВШЭ, и там, где по той или иной причине специалистов нет, мы приглашаем лучших практиков с тем, чтобы они могли поделиться своим опытом. Например, Николая Владимировича Сидорова — руководителя "Абсолют-банка" — серьезного, большого банка.

Институт ведет научную работу, сотрудники регулярно участвуют в международных банковских конгрессах и конференциях в России и за рубежом, в частности, в 2004 году мы с профессором Фуадом Алескеровым выступали на пленарном заседании банковской конференции в Чили; вели секции на Международных банковских конгрессах в Санкт-Петербурге. Ведутся в Институте и прикладные разработки для российских финансовых структур.

В-третьих, приглашаем зарубежных специалистов. Среди них — Эрик Кёбе, возглавлявший BNP PARIBAS, ЗАО "Дрезднер Банк", а сейчас являющийся президентом "КАЛИОН РУСБАНК". Это человек, который великолепно может рассказать, как работает инвестиционный банк на российском рынке.

В Банковском институте есть уникальная структура для института дополнительного образования — Ученый совет. Какова его функция?

— У нас не просто "институт дополнительного образования"! Я пытаюсь всем объяснить, что я — "Змей Горыныч": и заведующий кафедрой банковского дела ГУ-ВШЭ, и директор Банковского института. Т.е. я и детей учу, и взрослых. Там, где я учу детей, какие-то вещи использую из обучения взрослых, и там, где я учу взрослых — наоборот. И многие преподаватели Банковского института являются преподавателями кафедры банковского дела ГУ-ВШЭ.

А Ученый совет определяет, прежде всего, стратегию развития, т.е. куда нам двигаться, что в данный момент может быть интересно. В 2007 году Ученый совет был переизбран, и в его состав, помимо преподавателей и сотрудников ГУ-ВШЭ, вошли два первых заместителя председателя Банка России: Геннадий Меликьян и Григорий Лунтовский; президент Ассоциации "Россия" Анатолий Аксаков; заместитель председателя Комитета по кредитным организациям и финансовым рынкам ГД РФ Павел Медведев; генеральный директор ГК "Агентство по страхованию вкладов" Александр Турбанов; президент Российского союза промышленников и предпринимателей Александр Шохин.

Расскажите о международных связях Банковского института.

— У нас много зарубежных партнеров. Самый первый наш партнер — это Inholland University, с которым мы делаем программу МВА. Планируем использовать наше сотрудничество с Inholland'ом для программ уровня бакалавров и магистров.

Другой наш давний партнер — Rollins College (США), который является лучшим университетом юга США по рейтингу 2006 года. Я преподавал в этом университете год по программе Фулбрайт в 2000 году. Преподаватели Rollins College читали лекции у нас на программах МВА, на курсах кафедры банковского дела.

Научное сотрудничество развивается и с американским The Microfinance Management Institute.

Вы поддерживаете связи с выпускниками?

— У нас есть клуб выпускников. Встречаемся, приглашаем экспертов, обмениваемся мнениями. Наши выпускники выросли и хорошо представляют себе, что и как развивается и как этим нужно управлять. Кроме того, Клуб помогает найти новую работу, если это необходимо.

Как вам представляются ближайшие перспективы вашего Института?

— У нас огромное количество планов. Хотелось бы, чтобы наши студенты могли часть времени учиться здесь, часть — за границей, а большая часть курсов читалась бы на английском языке, поскольку это язык международного общения, на котором должна говорить бизнес-элита.

Татьяна Фомичева

Вам также может быть интересно:

Выпускников бакалавриата научат управлять бизнесом на новой программе МВА

Высшая школа менеджмента НИУ ВШЭ открывает программу МВА «Управление бизнесом», созданную специально для бакалавров, не имеющих опыта работы в бизнесе. О ее особенностях и преимуществах рассказывает декан школы Сергей Филонович. А получить еще больше информации можно будет 26 апреля на презентации программы в Вышке.

Как выбрать программу MBA

О том, как и кого в Вышке обучают деловому администрированию и как разобраться в различных программах MBA, рассказывает директор Высшей школы менеджмента НИУ ВШЭ Лев Татарченко.

Кто управляет российскими банками

Большинство топ-менеджеров кредитных организаций в РФ — специалисты без международного опыта работы, получившие два высших образования и отдавшие банковскому делу не менее десяти лет, выяснили ученые НИУ ВШЭ.

Российская банковская система отличается высокой адаптивностью

Как кризис отразился на банковском секторе? Почему Центробанк ужесточает требования к банкирам? Сколько банков нужно экономике в целом? Об этом директор департамента надзора за системно значимыми кредитными организациями Банка России Михаил Ковригин говорил на встрече со слушателями Банковского института ВШЭ.

«Количество банков сокращается, но банковская жизнь продолжается»

Как изучать банки без абстрактного теоретизирования и нормативного дискурса? Узнать об этом можно на постоянном научном семинаре ВШЭ «Эмпирические исследования банковской деятельности», который отмечает свое пятилетие. Семинар открыт для студентов, аспирантов и преподавателей не только Вышки, но и других университетов.

На «Открытой дискуссии» обсудили денежно-кредитную политику государства

27 ноября в Высшей школе экономики состоялась «Открытая дискуссия», организованная Ассоциацией российских банков совместно с Банковским институтом ВШЭ. Встреча была посвящена денежно-кредитной политике государства на ближайшие три года.

Замдиректора Банковского института ВШЭ рассказал, где растут деньги будущего

12 ноября прошла третья конференция «Деньги будущего», посвященная инновациям в финансовой сфере. Партнером форума стала Высшая школа экономики, а одним из докладчиков — заместитель директора Банковского института ВШЭ Александр Пушко. В своем выступлении он рассмотрел возможности современных банков в выборе стратегических «точек роста».

Высокое неравенство снижает кредитную нагрузку

Домохозяйства с низкими доходами чаще имеют большие долги, отмечают зарубежные исследователи. Евгений Лугачев в докладе «Влияние уровня доходов на перекредитованность домохозяйств в городах России», представленном на XV Апрельской международной научной конференции «Модернизация экономики и общества» в НИУ ВШЭ, попытался установить связь между неравенством доходов российских домохозяйств и их кредитной нагрузкой.

41%

жителей малых городов России имели в 2013 году невыплаченные кредиты банкам.

«В Вышке я попал в среду целеустремленных и амбициозных людей»

Дмитрий Васильев, выпускник факультета мировой экономики и мировой политики ВШЭ 2008 года, работает кредитным аналитиком по банкам в международном рейтинговом агентстве «Fitch»; главная задача агентства — предоставление мировым кредитным рынкам независимой оценочной информации о компаниях.