• A
  • A
  • A
  • АБВ
  • АБВ
  • АБВ
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта

«Модель госуправления не должна быть статичной»

9 октября гостем проекта ВШЭ «“Весенний” диалог: политики и студенты» стал министр по связям с «Открытым правительством» Михаил Абызов.

Видеозапись

Цикл встреч политиков и студентов был запущен в Высшей школе экономики весной 2012 года, отсюда и название — «Весенний диалог». За прошедшие месяцы его участниками стали несколько депутатов, экс-министр финансов Алексей Кудрин, бывший губернатор Пермского края Олег Чиркунов и вовсе даже не политики, а разработчики «Стратегии-2020». Невзирая на смену времен года, от набравшего популярность «бренда» решено было не отказываться, а потому название цикла осталось «весенним».

Открывать его новый сезон выпало Михаилу Абызову — известному предпринимателю, для многих неожиданно решившему сменить бизнес на государственную службу и заняться на ней налаживанием того самого диалога, но только между властью и обществом. Зачем бизнесмену становиться чиновником и что такое «Открытое правительство» на самом деле — эти два вопроса задал, открывая дискуссию, ректор ВШЭ Ярослав Кузьминов. «К сожалению, мы видели массу попыток построения интерфейса между властью и обществом, которые в подавляющем большинстве случаев вырождались в некую постановку, — заметил ректор. — Вот не получалось. Почему на сей раз получится?».

Ответ Михаила Абызова на первый вопрос был предельно лаконичным: в правительство он пришел, чтобы потом, по достижении поставленных целей, из него уйти. А вот про появление идеи «Открытого правительства», о его функциях, механизмах работы и перспективах министр рассказал куда подробнее. Он напомнил, что точкой отсчета стала осень 2011 года, когда, перед выборным циклом, был сформирован общественный комитет сторонников Дмитрия Медведева (его координатором был сам Михаил Абызов). В недрах комитета и началось обсуждение концепции нового формата взаимодействия государства и общества. Предлагалось, в частности, организовать «Большое правительство» с участием губернаторов и мэров крупнейших городов. Эта идея была переосмыслена, к работе над ней подключилось экспертное сообщество (в том числе представители ВШЭ и Российской академии народного хозяйства и государственной службы).

Тремя главными темами, вокруг которых шло обсуждение, были развитие конкуренции, противодействие коррупции и новые кадры (речь шла не только о привлечении «свежей крови» на государственную службу, но и о функционировании социальных лифтов и развитии человеческого капитала в целом). Наконец, после нескольких переосмыслений концепция «Открытого правительства» приняла свой нынешний вид.

«Я считаю работу, которую мы сделали, качественной, востребованной и актуальной», — сказал Михаил Абызов, добавив, что нынешнее правительство в своей деятельности во многом отталкивается от предложений, высказанных «открытой» рабочей группой. «Эти решения меняют ландшафт, характер работы правительства, направленной на создание институтов взаимодействия общества и власти», — уверен министр.

В качестве примера реализации «открытых» механизмов правительства Михаил Абызов привел деятельность общественных советов при министерствах и ведомствах. Были введены новые принципы их формирования. Одним из первых советов, сформированных на новых началах, стал общественный совет при Минобрнауки. Половина его членов была выбрана по итогам рейтингового голосования на сайте радиостанции «Эхо Москвы». «Это люди, которые ничем не обязаны министерству, а имеют собственную позицию», — полагает Михаил Абызов.

Но может ли общественность влиять на фактические решения, принимаемые в правительстве? Михаил Абызов считает, что может. С августа все инициативы и проекты ключевых решений министерств и ведомств «предъявляются для публичного обсуждения». В августе же было принято решение, согласно которому все государственные закупки на сумму свыше миллиарда рублей также подлежат предварительному общественному обсуждению, причем не только в интернете, но и на публичных слушаниях.

Кстати, такую практику уже реализует Высшая школа экономики — всего два месяца назад на общественные слушания были вынесены масштабные проекты реконструкции двух учебных комплексов университета в Москве (на Покровском бульваре) и Санкт-Петербурге (на Васильевском острове). По словам Ярослава Кузьминова, ход слушаний выявил одну серьезную проблему — в обсуждении закупок меньше всего оказываются заинтересованными участники рынка. «В слушаниях по нашим контрактам участвовало множество компаний, все они делали презентации, но на сами конкурсы пришли всего по две компании, — заметил ректор ВШЭ. — Мы довольны тем, кто выиграл, это достойные фирмы, но цена контракта особо не снизилась, конкуренции ценовой не было. А это значит, что реальные торги, вероятно, состоялись не у нас, то есть участники рынка между собой решили, кто из них пойдет на конкурс. Это к вопросу о том, чего можно ожидать от такого рода слушаний, а чего — нет. Нужно понимать, что всех наших проблем механизмы «Открытого правительства» не решат».

Схожую проблему обозначил и Михаил Абызов, заметивший, что многие из решений, которые выносились в последние месяцы на общественное обсуждение, широкой публикой игнорировались — замечаний и предложений по ним практически не поступало.

В целом же министр сформулировал четыре принципа построения системы «Открытого правительства». Во-первых, это открытость информации, ее доступность и «понятность» как для экспертов, так и для потребителей госуслуг. Во-вторых, вовлеченность — общество должно активно пользоваться новыми возможностями взаимодействия с властью. В-третьих, взаимная ответственность (как государства перед обществом, так и наоборот). Наконец, это повышение качества государственного управления и предоставления госуслуг.

В то же время Михаил Абызов признает, что реализация этих принципов может быть затруднена. «Система госуправления достаточно консервативна, и нагрузка на нее действительно высокая, — сказал министр. — Дополнительная нагрузка, которая бы обязывала и мотивировала госаппарат на взаимодействие с обществом, требует дополнительных усилий и регламентов. С другой стороны, само общество не всегда готово к активному взаимодействию с властью в части выработки важных решений».

«Открытое правительство» — это не российская «придумка» и не бюрократическая «надстройка» над Белым домом, уточнил Михаил Абызов. Департамент, курирующий «Открытое правительство», будет насчитывать всего 35 человек. При этом механизмы «Открытого правительства» должны быть распространены на все структуры исполнительной власти, в том числе на региональном уровне. «Этот проект — долгий, мы пришли, чтобы его реализовать, а потом уйдем, — отметил министр. — А что успеем сделать за это время — об этом уже вам предстоит судить».

Отвечая на вопросы студентов Вышки, Михаил Абызов рассказал о создаваемом при правительстве большом экспертном совете. В его первоначальный состав вошли 200 экспертов, еще 200 человек будут отобраны из числа кандидатов, представленных регионами, академическим и общественными организациями. Экспертный совет станет «одним из основных органов «Открытого правительства», однако он будет выполнять функцию площадки для «диалога и выработки оптимальных решений», а не иметь права реального голоса. Иными словами, правительство вольно как прислушиваться, так и отвергать заключения экспертного совета, мотивируя причину согласия или несогласия с ним.

Целый блок вопросов касался проблем рынка труда, карьерных перспектив нынешних студентов и оплаты труда чиновников. По словам Михаила Абызова, обеспеченность бюджетными местами в вузах в ближайшие пять лет уменьшаться не будет (при этом абсолютное число бюджетных мест может сокращаться в силу демографических причин). Однако нужно думать о том, чему и как студентов учить и насколько востребованы их профессии и компетенции будут на рынке. По целому ряду направлений рынок труда сейчас «перегрет», в одних секторах экономики спрос на кадры превышает предложение, в других наблюдается переизбыток специалистов, о профессиональной компетенции которых ничего, кроме подчас сомнительных дипломов, не свидетельствует.

Что касается чиновников, то их зарплата должна регулироваться эффективным контрактом. Сейчас официальные зарплаты специалистов министерств и ведомств в Москве на 30%, а во многих случаях — в разы ниже, чем у их коллег на рынке. Простое увеличение зарплат чиновников до среднерыночных потребовало бы 430 миллиардов рублей в год, но такие расходы бюджет себе позволить не может.

В рамках эффективного контракта, на взгляд Михаила Абызова, зарплаты квалифицированных специалистов в исполнительной власти должны быть сопоставимыми с коммерческим сектором, но все же немного уступать им, чтобы с рынка «не отвлекались специалисты, производящие добавочную стоимость».

Ординарный профессор ВШЭ Елена Шомина поинтересовалась у министра, как «Открытое правительство» планирует взаимодействовать с «самой близкой к народу властью», то есть с муниципалитетами. По словам Михаила Абызова, правительство поддерживает расширение полномочий органов местного самоуправления и вовлечение граждан в работу муниципалитетов. В частности, разработан механизм электронных петиций, с помощью которых местное население сможет напрямую влиять на решение многих повседневных вопросов (от обустройства территорий до графика движения общественного транспорта).

«Госуправление не должно быть статичной моделью, — считает Михаил Абызов. — На дворе XXI век, технологии, скорость и принципы принятия решений меняются. Чтобы быть адекватным новым вызовам и задачам, чиновникам требуются новые компетенции и квалификации».

Ответил министр и на несколько вопросов личного характера, например, о том, приходилось ли ему давать взятки. «Проще было бы, если бы вы спросили, приходилось ли мне брать взятки — на это ответ короткий: «Нет», — сказал Михаил Абызов. — В чемоданах мы взяток никому не давали. Но были ли идеальны те хозяйственные отношения, в которых принимали участие мои компании? Нет, не всегда».

Студенты Вышки также узнали, что даже самые бурные дискуссии, разворачивающиеся на заседаниях правительства, не мешают министрам поддерживать хорошие личные отношения, а сам Михаил Абызов не прочь прокатиться на мотоцикле по ночной Москве.

Министр готов смириться с тем, что проект «Открытого правительства» кто-то посчитает исключительно конъюнктурным. «Для меня как для человека, пришедшего туда не за конъюнктурой, вопрос заключается в другом — это правильно или неправильно, нужно или ненужно? Я уверен, что этот проект — правильный, благой и качественный, и его нужно довести до конкретных результатов», — сказал Михаил Абызов.

«У меня нет партийных пристрастий, для меня важны принципы, а они у меня с переходом на госслужбу не изменились — что я считал ценным раньше, то для меня остается ценностью и сейчас», — добавил Михаил Абызов, заметив, что нынешнее правительство вообще объединило людей с «либеральными, открытыми взглядами и принципами».

 

Олег Серегин, Новостная служба портала ВШЭ

Вам также может быть интересно:

Демократия не для всех. Россияне принимают западные ценности, но видят их по-своему

Европа хочет жить при демократии. Больше всего желающих в северных странах, меньше — в бывших социалистических, особенно в России. Положительно к «народовластию» относятся практически все, но понимают его по-разному. Взаимосвязь отношения и понимания Алла Салмина изучила на данных 28 государств — участников European Social Survey (ESS). Результаты работы представил журнал «ПОЛИС. Политические исследования».

Альтруизм в наследство. Как семья поддерживает культуру волонтерства

В России главный канал передачи ценностей добровольчества — от родителей к детям, показали исследователи НИУ ВШЭ. Младшие поколения семьи с возрастом начинают помогать людям по примеру старших.

Жизненные цели россиян. Создать семью, заняться музыкой, построить дачу

Опрос показал, что 48% населения России живут повседневными делами и заботами, не ставя перед собой никаких задач на перспективу. В то время как другая часть общества трудится над реализацией своих краткосрочных и долгосрочных планов. Исследователи НИУ ВШЭ проанализировали основные цели и желания россиян и пришли к выводу, что в основном они отражают нерешенность социально-бытовых проблем страны.

Кавказский перелом. Как и почему меняется семейный уклад в регионе

Модели семейных отношений в Дагестане, Чечне, Ингушетии и других республиках Северного Кавказа модернизируются. Авторитет рода, старших родственников ослабевает. Патриархальные гендерные установки размываются. При этом в ряде сообществ, напротив, нарастает консерватизм. Эти перемены проанализированы в статье, опубликованной в Журнале исследований социальной политики НИУ ВШЭ.

Требуем. Заставим. Помогите. Население и власть в зеркале онлайн-петиций

Свыше 40% интернет-петиций, созданных жителями Центральной России, достигают результата. На Дальнем Востоке — лишь 2%, в регионах Северного Кавказа и того меньше. Готовность власти и бизнеса реагировать на цифровую активность граждан Надежда Радина и Дарья Крупная изучили на материалах платформы Change.org. Статья по результатам работы появится в одном из ближайших номеров журнала «ПОЛИС. Политические исследования».

Средний класс. Кто он и на что тратит деньги

Динамику российского среднего класса и его поведение в сфере платных услуг изучили в Центре анализа доходов и уровня жизни НИУ ВШЭ. Исследование на данных RLMS-HSE охватывает 2000-2017 годы. Результаты представили на XX Апрельской международной научной конференции.

Реинкарнация периферии

В мегаполисах большинство горожан живут не в центре, а на периферийных территориях. Если мягко и тактично, с учетом опыта самих жителей трансформировать окраины столицы, она станет уютнее и удобнее. Вариант органичного обновления спальных районов Москвы предложен в статье журнала НИУ ВШЭ «Городские исследования и практики».

Самодур при исполнении

В США компании ежегодно теряют $24 миллиарда от так называемого «враждебного» поведения руководителей — постоянных практик унижения и подавления подчиненных. Проблему в России впервые исследовали Евгения Балабанова, Мария Боровик и Вероника Деминская.

Пармезан vs Пошехонский

Доцент НИУ ВШЭ в Перми совместно с коллегами из Дании и Канады проанализировал отношение покупателей пермских супермаркетов к твердым сырам российского и иностранного производства с точки зрения цены, качества и вкуса. Исследование показало, что 70% респондентов по качеству и вкусу российские сыры оценивают ниже импортных, однако считают правильным поддерживать отечественных производителей.

Обучены для бизнеса

Программы предпринимательского образования в депрессивных регионах дают обратный эффект: чем больше населения обучается бизнесу, тем хуже он развивается. Почему это происходит, выяснили исследователи ВШЭ, МГУ и Российской ассоциации статистиков.