• A
  • A
  • A
  • АБВ
  • АБВ
  • АБВ
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта

Оценка волонтерской деятельности — в фокусе внимания исследователей

Международная летняя школа, организованная Центром исследований гражданского общества и некоммерческого сектора НИУ ВШЭ для исследователей гражданского общества и некоммерческого сектора, состоялась в шестой раз 4–10 сентября 2017 года.

В этом году участники Летней школы обсуждали тему «Оценка волонтерской деятельности: экономическая эффективность, социальные эффекты и вклад в развитие страны, регионов и муниципалитетов». В программу Летней школы вошли доклады российских и зарубежных экспертов из НИУ ВШЭ, Роттердамской школы менеджмента университета Эрасмуса (Роттердам, Нидерланды), Санкт-Петербургского государственного института кино и телевидения (СПбГУКИТ); известных ученых — авторов учебников, книг, научных статей и учебных курсов по тематике программы. Более подробно с программой Летней школы-2017 можно ознакомиться по ссылке.

Волонтерство (добровольчество) практика гражданского общества

Директор Центра исследований гражданского общества и некоммерческого сектора НИУ ВШЭ Ирина Мерсиянова рассказала участникам о деятельности Центра и открыла лекционную программу Летней школы, выступив с докладом «Волонтерство как объект исследований и государственной политики».

Она отметила, что волонтерство является одной из практик гражданского общества, и сформулировала определение этого понятия: «Волонтерство, или добровольческая деятельность, представляет собой общественно полезную деятельность, осуществляемую людьми добровольно на безвозмездной основе в интересах организаций, групп или лиц (не являющихся членами их семьи или близкими родственниками)». История добровольческого движения в постсоветской России насчитывает уже более 20 лет: впервые понятие добровольчества в современном российском законодательстве было введено в 1995 году. При этом уровень вовлеченности в волонтерское движение вырос на фоне организации и проведения Олимпийских игр в Сочи в 2014 году и остается высоким в последние годы. Задача оценки социальных эффектов волонтерства, таким образом, приобретает актуальность и значимость.

Доклад был основан на данных всероссийских опросов населения 2012–2017 гг., проведенных Центром исследований гражданского общества и некоммерческого сектора НИУ ВШЭ в рамках мониторинга состояния гражданского общества при поддержке Программы фундаментальных исследований НИУ ВШЭ.

Если волонтерские движения и оказывают услугу обществу, то она состоит в том, чтобы произошла встреча человека, попавшего в беду, и того, кто хочет ему помочь. Не нанят, а именно сам хочет и помогает

Исследование показало, что в 2017 году 66% НКО использовали труд добровольцев. В то же время 42% россиян за последний год занимались в тех или иных формах добровольной, неоплачиваемой работой. Половина опрошенных занимались благоустройством и очисткой территории населенных пунктов; немного более трети респондентов были вовлечены в социальные работы (36%). В сборе средств на благотворительность и оказании помощи животным принимали участие практически равное количество респондентов (14 и 13% соответственно).

Ирина Мерсиянова сообщила, что государственная политика по отношению к волонтерству реализуется в нескольких направлениях, главным образом в сфере законодательного и налогового регулирования. Среди важных задач — совершенствование государственного статистического учета волонтерского труда, информационная и методическая поддержка, моральное стимулирование, содействие формированию инфраструктуры волонтерской деятельности. Слушатели также узнали, в каких документах в правовом поле отражены задачи в области развития, поддержки добровольчества, содействия волонтерским объединениям и вовлечению граждан в добровольчество.

Участники Летней школы, в свою очередь, подготовили свои проекты и идеи, пользуясь редкой возможностью представить их на профессиональной специализированной площадке и получить обратную связь от российских и европейских коллег. Во время знакомства участники рассказали о своем опыте изучения волонтерства, текущих исследованиях, а также поучаствовали в мозговых штурмах, для которых организаторы специально отвели время в программе.

Так, исследователь волонтерства Мария Певная вместе с Дарьей Телепаевой и Эльвирой Эберт представили доклад, основанный на данных исследований волонтерской деятельности своего региона — Свердловской области. Латиф Парпиев и Куралай Жаркымбаева из Казахстана рассказали о развитии волонтерства в их стране и привели примеры из своего опыта.

Волонтерство в зеркале статистики

Эффективность государственной поддержки волонтерства напрямую зависит от того, насколько точно текущее положение дел отражено в официальной статистике. Статистическому учету волонтерского труда и подходам к оценке эффективности добровольческой деятельности на макроуровне была посвящена лекция ведущего научного сотрудника Центра исследований гражданского общества и некоммерческого сектора НИУ ВШЭ Владимира Беневоленского. Он подчеркнул, что сегодня в мире труд волонтеров признается «ключевым ресурсом для решения социальных и экологических проблем», ресурсом «повышения качества жизни». Макроуровень — это тот уровень, с которого смотрят на явление добровольчества люди, принимающие политически важные решения на уровне страны или региона. Для них важна оценка вклада труда добровольцев в ВВП, доля добровольцев в трудовых ресурсах страны или региона. Такие расчеты необходимо делать на основе данных официальной статистики.

В России существуют три основных массива статистических данных о труде добровольцев. Первые два — это данные форм 1-НКО и 1-СОНКО. Их использование для оценки вклада волонтерского труда в ВВП, однако, затрудняется тем, что они учитывают исключительно данные по негосударственным некоммерческим организациям, тогда как индивидуальные волонтеры остаются вне поля зрения. Намного более надежным подходом является использование информации в составе массива данных статистики труда. Массив собирается Росстатом с 2016 г. с учетом рекомендаций Международной организации труда (МОТ), в его составе есть сведения об общей численности организованных и «неформальных» добровольцев, о количестве часов, посвященных ими волонтерству, о половозрастной структуре, об уровне образования участников добровольческой деятельности. На этой основе можно весьма точно рассчитать вклад добровольческого труда в ВВП методом замещающих затрат, условно приравнивая «стоимость» труда добровольцев к среднеотраслевой заработной плате в социальной сфере. В разных странах, где уже проводились такие расчеты, величина вклада труда добровольцев в ВВП составляет от 0,1% до 2,5%. Теперь, когда российская официальная статистика собирает данные о труде волонтеров по методике МОТ, такие расчеты можно выполнить и по России. Интересным направлением работы по данной методике могут стать и сопоставления российских регионов по величине вклада добровольцев в валовый региональный продукт.

Тема получила продолжение в лекции старшего научного сотрудника Центра Натальи Ивановой «Подходы к оценке эффективности волонтерской деятельности на мезоуровне: зарубежный опыт». Накануне лектор провела небольшой опрос, в котором предложила участникам летней школы ответить на вопрос: кто заинтересован в оценке деятельности волонтеров? По мнению опрошенных, в первую очередь такая заинтересованность свойственна самим волонтерам и привлекающим их организациям, а не донорам и не государству.

В ходе лекции было отмечено, что не существует и не может существовать единственно правильной и объективной методики оценки ценности, создаваемой волонтерским трудом. Соответственно, выбор методики зависит от целей, которые оценка преследует. Многообразие методов оценки можно свести к двум основным подходам. Первый из них — анализ затрат и выгод, в ходе которого сравниваются издержки, связанные с волонтерской деятельностью, и полученные результаты. Второй подход предполагает оценку эффективности на основе полного или частичного анализа логической структуры проекта, включающей в себя вложенные ресурсы (income), непосредственный результат (outputs), опосредованные результаты (outcomes) и долгосрочное воздействие (impact). На базу каждого из этих двух подходов надстраиваются более детальные способы оценки: социальный возврат на инвестиции, расширенный учет добавочной стоимости, аудит инвестиций в волонтерство и создаваемой ценности и другие методы, подробно освещенные в лекции.

Мировые исследователи выделяют разные типы оценки. Например, существует оценка, нацеленная на пользователя, при которой принимает участие конечный пользователь услуги. Есть новый вид развивающей оценки, предназначенный для работы со стартапами, то есть экспериментальными, инновационными проектами, для которых не подходит традиционная, более длительная оценка. Многие стейкхолдеры заинтересованы в прогностической оценке с тем, чтобы понять, как будет развиваться проект.

Неполноту, недостаточность существующей практики оценки можно было увидеть на примере. Лектор привела отрывок из недавно вышедшей книги Юрия Белановского, руководителя Социального движения «Даниловцы»: «Я встречал попытки пересчитать волонтерскую историю в стоимость встреч. Ну, скажем, наше волонтерское движение за год осуществляет более 700 встреч по два часа с подопечными. В среднем, каждый раз это шесть волонтеров и 25 детей. Наш бюджет около трех миллионов в год. Выходит, что стоимость одного часа — около 2000 рублей. На эти деньги можно нанять несколько нянь, которые будут приходить к детям по такому же графику. Вроде все так. Получается, что волонтерство — то же, что и работа неквалифицированных воспитательниц, только организовано иначе. Но за скобками такой логики остается многое. Во-первых, это опыт, квалификация, слаженная команда, креативность, преемственность, технология, авторитет. Все это атрибуты профессиональной деятельности, которая зарождается в благотворительности. Все это и результат работы тех, кто всерьез на годы посвятил себя волонтерству. В нашем случае мы говорим не о дешевой социальной услуге подопечным, чтоб им было не очень скучно. Социальные волонтеры, опять же, не бесплатная рабочая сила, благодаря которой можно снизить стоимость досуга детей. Если волонтерские движения и оказывают услугу обществу, то она состоит в том, чтобы произошла встреча человека, попавшего в беду, и того, кто хочет ему помочь! Не нанят, а именно сам хочет и помогает. Помните, что волонтер — тот, кто свободно отдает себя в дар ребенку или старику, или инвалиду. И именно в этой свободе и кроется вся энергия и вся неповторимость и вся глубина этого дара. Уверяю вас, детишки в больницах и детских домах это знают и чувствуют».

В этот же день состоялась поездка всех участников Летней школы в Ресурсный центр «Мосволонтер». Ирина Мерсиянова заметила: «В очередной раз убедилась — он самый передовой в нашей стране. Приносим от лица участников благодарность директору Ресурсного центра «Мосволонтер» Ирине Швец и всей команде Мосволонтера за гостеприимство и за то, что Москва уже может считаться городом, где волонтерство является важным элементом его повседневной жизни».

Почему люди участвуют в волонтерской деятельности?

Исследователь благотворительной деятельности граждан Памала Випкинг из Роттердамской школы менеджмента университета Эрасмуса (Нидерланды) в лекции «Кто и почему занимается волонтерской деятельностью?» (Which people volunteer and why?) предложила два возможных подхода к вопросу мотивации волонтерства.

Первый подход описан в теории трех типов мотивации (Handy et al., 2010), согласно которой волонтеры могут руководствоваться альтруистическими, утилитарными или социальными мотивами. Утилитарные и социальные мотивы, например, важны в США, где волонтерство дает бонусы при поступлении в колледж или на работу и рассматривается как способ завести новые знакомства. Второй подход известен как функциональная теория мотивации (Musick & Wilson, 2008; Clary et al., 1998). В ней  предполагается, что люди участвуют в волонтерстве, если это исполняет какую-либо из их психологических потребностей: согласуется с их ценностями, помогает саморазвиваться, способствует заведению новых социальных связей, улучшает карьерные перспективы, дает людям решить собственные внутренние конфликты и психологические проблемы, позволяет получить новые знания и умения. Эмпирические исследования показывают, что, действительно, все эти мотивы, кроме карьерных, присутствуют в деятельности волонтеров. Согласно полученным данным, волонтеры, как правило, обладают такими чертами личности, как экстраверсия, уверенность в себе, высокий уровень эмпатии, доверие к другим людям и альтруизм. Кроме того, люди, готовые к волонтерской работе, это, как правило, люди с высоким уровнем образования, работающие (особенно самозанятые, поскольку имеют гибкий график), с высоким уровнем дохода и имеющие широкий круг социальных контактов.

Во второй своей лекции «Фандрайзинг для волонтерской организации: почему люди делают пожертвования?» (Fundraising for volunteer organisations: Why do people give?) Памала Випкинг рассмотрела основные факторы, влияющие на совершение пожертвований. На основании существующих зарубежных исследований в их число вошли: осознание чужой нужды, получение просьбы пожертвовать, положительная оценка соотношения выгоды и издержек от пожертвования, альтруизм, повышение репутации жертвователя, получаемое психологическое вознаграждение, возможность реализовать свои ценности, вера в то, что пожертвование имеет значение и внесет вклад в решение проблемы.

Волонтерство в российских регионах

Одним из мероприятий программы стал круглый стол «Особенности волонтерства в российских регионах». В его рамках Антон Хвостов, из саратовской региональной общественной организации «Центр социально-правовых и природоохранных инициатив», осветил ситуацию в Саратовской области: большая часть волонтерских инициатив в регионе исходит от власти, тогда как низовых акций относительно мало — как правило, это субботники в приютах для животных или инициативы по раздельному сбору мусора. Ирина Антонович рассказала о положении дел в Алтайском крае: НКО в регионе довольно много, однако они в основном разобщены и мало взаимодействуют как друг с другом, так и с властью, поэтому нет почвы для масштабных волонтерских инициатив. Наталья Левочкина поделилась информацией из Омской области о том, что в регионе есть ряд организаций, активно привлекающих волонтеров, но нет четкой системы управления; существует Ресурсный центр для развития и поддержки НКО, однако эффективность его деятельности, по выражению выступающей, оставляет желать лучшего.

В  круглом столе дистанционно приняла участие Алиса Бабина, координатор проекта департамента инвестиций в социальную сферу направления «Социальные проекты» Агентства стратегических инициатив (АСИ), которая рассказала о формировании государственной политики Российской Федерации в области содействия развитию добровольчества. Она напомнила участникам, что в декабре 2016 года в послании Федеральному собранию Президент России Владимир Путин заявил о необходимости «снять все барьеры для развития волонтерства» и призвал АСИ и Общественную палату подготовить план мероприятий по развитию волонтерского движения. Определенные сложности были связаны с тем, что в нашей стране не только исследования, но и сама экспертиза в области добровольчества бывает весьма противоречива.

Алиса Бабина рассказала участникам о Стандарте поддержки волонтерства, разработанном АСИ, который будет внедрен в 40 регионах России. В первую очередь он будет предложен тем регионам, лучшие практики которых легли в его основу. Об этом говорится в плане мероприятий по развитию добровольчества (именно в такой формулировке волонтерство представлено в проектах законов и подзаконных актов) в России, который утвержден Правительством РФ. В основе плана, над созданием которого работали Агентство стратегических инициатив и Общественная палата России, — идея гарантированного равного доступа всех групп населения к добровольческой деятельности. В ходе разработки плана АСИ провело опрос в 85 субъектах РФ с целью выявления лучших практик государственной поддержки волонтерства (добровольчества), организовало серию мероприятий, посвященных различным аспектам добровольчества. На базе АСИ была создана рабочая группа, привлечены региональные эксперты, которые выдвинули более 300 предложений о мерах государственной поддержки волонтерского движения.

Участники круглого стола, в том числе и эксперты, привлеченные Агентством при разработке Плана, ознакомились с сайтом АСИ, где находится массив данных с региональными анкетами, и смогли задать свои вопросы.

Несколько дней Летней Школы ее участники делали индивидуальные презентации об исследовании волонтерства в своих регионах. Многие выступления отражали личный опыт участия в уникальных волонтерских проектах. Так, казахский врач и волонтер Латиф Парпиев представил «Клуб “28 Петель”», охватывающий 18 городов Казахстана и 34 города в России, члены которого вяжут одежду для недоношенных малышей, а ведь эту одежду можно использовать всего несколько раз. Янина Горбачевская выступила с презентацией о волонтерском отряде «Млечный путь». Выступление алтайского психолога Антона Черепанова было посвящено опыту организации музыкального волонтерства на примере оркестра «Импровиз». «Это благотворительный социальный проект, направленный на улучшение качества жизни людей. Цель оркестра — создавать условия для изменения психоэмоционального и физического состояния людей посредством прослушивания и исполнения живой музыки, раскрывать таланты и творческие способности, давать возможность быть вместе. Оркестр объединяет всех, кто любит музыку и хочет делать добрые дела, участвуя в музыкотерапевтических тренингах и концертах на социальных площадках Барнаула», — рассказал о своем волонтерском проекте Антон Черепанов.

Услышать дыхание истории

В программу Летней Школы вошла также лекция ведущего научного сотрудника Центра Анастасии Тумановой на тему «Добровольчество в истории России». Анастасия Туманова рассказала, что первые добровольческие организации начали появляться в конце XIX века и создавались, как правило, при участии дворянства. Постепенно начали формироваться организации в среде интеллигенции: научные общества, профессиональные организации, общества народных чтений, просветительские клубы. В деятельности таких организаций принимали участие как штатные сотрудники, так и большое количество волонтеров. Широкое распространение к началу XX века получили ассоциации филантропии, такие, как, например, городские попечительства о бедных. Состоятельные люди нередко принимали непосредственное участие в добровольческой деятельности, самостоятельно посещая нуждающихся. В ходе мероприятий, проводимых влиятельными феминистскими организациями, особенно активно развивалось «женское» волонтерство.

Благотворительные акции, такие, как день борьбы с чахоткой «Белый цветок», благотворительные шествия и ярмарки отмечались как праздники и приобретали всероссийский размах, привлекая людей из разных сословий и разных возрастов. Среди участников дореволюционного добровольчества были как простые люди, так и известные персоны — члены императорской семьи, ученые, писатели. Широко известен, в частности, пример Льва Толстого: так, великий писатель открыл в Ясной поляне бесплатную школу для крестьянских детей, где трудился в качестве учителя, одно время самостоятельно издавал журнал, для которого специально писал детские рассказы. Кроме того, во время голода 1891–1892 гг. Толстой организовывал в Рязанской губернии учреждения помощи голодающим и нуждающимся, столовые, в том числе для детей, собирал пожертвования на неотложные нужды крестьян.

Исторический опыт благотворительности в России может быть по достоинству оценен и сегодня. Значительная часть современных благотворительных проектов, где участвуют волонтеры, перекликается с дореволюционными аналогами, а некоторые даже продолжают их. (Так, упомянутый выше День Белого Цветка проходит по городам России и в наши дни). И лучшие волонтерские практики тех лет не устарели, поэтому вполне могут применяться в новой российской действительности.

Щедрые люди, щедрые нации

Когда речь идет о благотворительных пожертвованиях, очевидны существенные отличия в объемах пожертвований среди жителей разных стран. Почему жители одной страны жертвуют некоммерческим организациям чаще и больше, чем жители другой страны? Об этом шла речь на научном семинаре «Щедрые люди, щедрые нации: по результатам глобального исследования филантропии», на котором с докладом выступила Памала Випкинг.

Восемь общих факторов, способствующих филантропии в разных странах, были выделены в рамках крупного совместного международного проекта, в котором участвовали исследователи из 26 стран, включая Россию. Результатам данного исследования и был посвящен доклад. В ходе семинара Памала Випкинг презентовала коллективную монографию The Palgrave Handbook of Global Philanthropy, в которой отдельная глава посвящена благотворительности в России. Книга была удостоена награды им. Вирджинии Ходжкинсон — Virginia Hodgkinson Research Book Prize. Эта награда была учреждена в 1998 году и ежегодно присуждается за лучшую книгу о благотворительности и некоммерческом секторе Ассоциацией исследователей некоммерческого сектора и волонтерской деятельности ARNOVA.

В монографии (одним из редакторов которой выступила докладчик) представлены обзоры о состоянии и последних исследованиях третьего сектора и благотворительной деятельности в 26 странах.

Глава о России Giving in Russia: The Difficult Shaping of the New Nonprofit Regime подготовлена учеными Центра исследований гражданского общества и некоммерческого сектора НИУ ВШЭ Ириной Мерсияновой, Львом Якобсоном и Ириной Краснопольской.

Зарубежный опыт волонтерского движения

Булат Нуриев, доцент кафедры истории и политологии Уфимского государственного нефтяного технического университета, старший преподаватель кафедры теории государства и права Института права Башкирского государственного университета, выступил с лекцией «Волонтерские практики и особенности гражданского общества в странах Востока». Гражданское общество в данном случае было определено как «совокупность общественных институтов, оформившихся за рамками государства». Лектор противопоставил гражданское общество западного образца, основанное на индивидуализме и частной собственности, а, следовательно, находящееся в оппозиции государству, и гражданское общество восточного образца, обращенное к идее социальной справедливости и партнерским отношениям с государством (сувереном), в том числе для защиты своих прав и свобод.

В Молдове действует закон, согласно которому гражданин может направить 2% своих налогов в выбранную общественную организацию

После лекции состоялся круглый стол на тему «Особенности волонтерства в зарубежных странах». Булат Нуриев в продолжение поднятой темы рассказал про волонтерские практики в Турции, привел примеры фондов, занимающихся развитием добровольческой деятельности и некоторые статистические данные. Лилит Асоян представляла Армению. В ее докладе указывалось, что организованного волонтерского движения в стране, по сути, нет, волонтеры разобщены и «прикреплены» к конкретным организациям, и большее значение имеют стихийные протестные движения. Кроме того, добровольчество в Армении частично способствует решению проблемы безработицы среди молодежи. Рената Грэдинеру поделилась опытом Молдовы в деле государственного регулирования волонтерства. В Молдове не только производится учет добровольцев и выдаются волонтерские удостоверения, но также действует закон, согласно которому гражданин может направить 2% своих налогов в выбранную общественную организацию. Куралай Жаркинбаева и Латиф Парпиев рассказали о том, как развивалось волонтерство в Казахстане благодаря проведению массовых мероприятий — VII Зимних Азиатских игр, Всемирной зимней Универсиады-2017 и Всемирной выставки ЭКСПО-17.

По завершении круглого стола продолжилось обсуждение индивидуальных проектов участников. Андрей Самодерженков представил проект на тему «Разработка эффективной системы оценки персонала на примере детского реабилитационного центра “Шередарь”». Анастасия Кожевникова и Карина Мифтахутдинова исследовали профессионализацию волонтерства в России на примере медицинской отрасли. Александра Боброва представила проект «Оценка эффективности волонтерской деятельности», посвященный прежде всего оценке воздействия участия в волонтерстве на самих волонтеров.

Труд волонтеров как ресурс развития

В докладе директора Центра Ирины Мерсияновой «Источники финансирования НКО в России: результаты эмпирического исследования» были представлены данные всероссийских опросов руководителей некоммерческих организаций, проведенного Центром, проводимых ежегодно с 2006 года.

Докладчик отметила, что если раньше наиболее популярным источником финансирования НКО были членские взносы, то с 2016 года на первое место вышли частные пожертвования. При этом бюджетное финансирование разных уровней получает не более пятой части организаций. Большинство НКО стараются использовать более одного источника финансирования, чаще всего два или три. Самой распространенной формой пожертвования среди россиян по-прежнему остается милостыня, однако люди стали заметно больше использовать новые технологические возможности: так, доля россиян, жертвующих посредством SMS, увеличилась с 1% в 2010 году до 15% в 2017 году.

Тему продолжила эксперт в сфере привлечения проектного финансирования, автор книг и статей по вопросам экономики, маркетинга и менеджмента в сфере культуры и НКО, доцент факультета управления и медиакоммуникаций СПбГУКИТ Екатерина Шекова с лекцией  «Фандрайзинг и оценка труда волонтеров как ресурса НКО».

На примере исследования 26 негосударственных музеев Санкт-Петербурга, использующих волонтерский труд она рассказала о трех подходах к финансовой оценке волонтерской деятельности. Первый из них — «стоимость замещения» (о нем, как о самом популярном, упоминали и другие лекторы). Второй способ, «затраты упущенных возможностей» — это оценка упущенной выгоды с точки зрения волонтера (сколько бы он заработал, занимаясь оплачиваемым трудом в то время, которое посвятил волонтерству). И третий, «оценка результатов деятельности», применяется только в том случае, когда создается конечный продукт или услуга, имеющие конкретную цену или увеличивающие стоимость активов организации. Кроме того, лектор на примерах подробно рассказала, каким образом государством оценивается волонтерский труд в случае возмещения поставщику расходов на оказание социальных услуг, а также как рассчитать безубыточный объем услуг, при котором получаемые на грантовой основе средства покроют расходы НКО.

Доля россиян, жертвующих посредством SMS, увеличилась с 1% в 2010 году до 15% в 2017 году

В продолжение тематической программы доцент кафедры анализа социальных институтов факультета социальных наук НИУ ВШЭ Иван Климов прочитал лекцию на тему «Корпоративное волонтерство и про-боно услуги: тематическая карта подходов к концептуализации понятий». Существует множество способов взаимодействия коммерческих и некоммерческих организаций: финансовая поддержка, неквалифицированное волонтерство, борд-волонтерство и другие. Трудность определения про-боно услуг заключается в том, что понимание про-боно связано с профессиональным генезисом конкретной деятельности в организации. Кроме того, многие российские компании вообще не осознают, что их деятельность в сфере социальной ответственности — это про-боно.

Также в лекции был представлен обобщенный портрет ценностей корпоративных волонтеров в российских компаниях, составленный на основе методики ценностей личности Шварца. У корпоративных волонтеров проявляется высокая степень индивидуализма и мотивации достижения по сравнению с населением в целом, ценности общности, безопасности и роста также важнее для них; а вот степень конформизма у волонтеров ниже по сравнению со среднем уровнем среди населения.

С парты Летней школы — в жизнь

Заключительный день Летней школы был полностью посвящен итоговой аттестации, которая проходила в форме защиты групповых исследовательских проектов, разработанных участниками за неделю.

Одна из групп представила проект на тему «Мотивация волонтерства как просоциального поведения: кросс-культурный анализ». Следуя теоретическим наработкам консультанта проекта Памалы Випкинг, среди индивидуальных факторов мотивации рассматривались альтруизм, утилитаризм, социальное влияние. Среди контекстуальных (сложившихся в обществе) — такие факторы, как культура филантропии, общественное доверие, законодательство и регулирование. Рената Грэдинару, Жаклин Дуфала, Булат Нуриев, Дарья Резяпова, Евгения Федорова и Антон Черепанов выдвинули гипотезы по поводу значимости (или выраженности) факторов мотивации волонтеров в разных странах (Молдова, Россия, США, Турция) и предложили схему исследования, позволяющего проверить данные гипотезы.

Результаты, полученные участниками за 7 дней Летней школы, могут иметь реальную практическую ценность. Так, в ответ на просьбу «Мосволонтера» о разработке инструментария для комплексной оценки проектов событийного волонтерства свой проект подготовила группа под руководством Натальи Ивановой (Янина Горбачевская, Елена Горбылева, Латиф Парпиев, Андрей Самодерженков, Дарья Телепаева и Эльвира Эберт). По предложенной методике в ходе исследования ведется поиск комбинации методов оценки социальных эффектов и экономической эффективности, создаваемых проектами событийного волонтерства, принимается во внимание специфика барьеров для изучения этих проектов. Исследовались данные по трем проектам: открытие парка «Зарядье» — 204 волонтера; «Московский урбанистический форум» — 250 волонтеров; чемпионат мира по футболу «FIFA 2018» в Москве 1850 волонтеров (2220 с учетом резерва). При разработке инструментария для оценки финансовой эффективности проектов событийного волонтерства использовались два подхода: расчет замещающей стоимости волонтерского труда и анализ затрат и издержек. Исследователи предложили инструмент оценки влияния социальных эффектов проекта и деятельности волонтеров на самих волонтеров, принимающих участие в данных событиях. Можно сказать, что предложенные инструменты позволяют расширить наши представления о возможностях оценки данного специфического типа проектов.

Все слушатели VI международной летней школы успешно прошли обучение и получили соответствующие удостоверения о повышении квалификации государственного образца.

«Школа собрала слушателей от магистрантов до докторов наук, не похожих друг на друга. Потрясающе интересные и пытливые умы, собравшиеся вместе для того, чтобы учиться и учить.   На самом деле, Летнюю школу вообще невозможно описать словами — «ее можно только прожить». Эти семь дней в Вышке дали нам вдохновение для дальнейшей работы. Вернувшись домой, хочется на деле воплотить все лучшие мировые практики работы некоммерческих организаций», — поделилась впечатлениями Кристина Заблодская из города Стаханова.