• A
  • A
  • A
  • АБВ
  • АБВ
  • АБВ
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта

Преподавать советскую литературу научит Тынянов

Традиционные литературоведческие концепции не годятся для изучения и преподавания советской литературы. Создать хороший учебник помогут формалисты. Доклад Олега Лекманова на конгрессе «100 лет русского формализма»

Структура и содержание учебников по русской литературе XX века, в том числе выпущенных после 1991 года, «демонстрируют упорное нежелание или неумение их авторов концептуализировать излагаемый материал», полагает профессор факультета филологии ВШЭ Олег Лекманов. Доминирует «добрый старый принцип: Державин породил Пушкина, Пушкин породил Лермонтова и так далее». Разве что имена «прародителей» и «наследников» варьируются в зависимости от эстетической и идеологической ангажированности того или иного автора учебника.

Между тем еще в 1924 году Юрий Тынянов опубликовал статью «Литературный факт», в которой предложил концепцию литературной эволюции, способную, на взгляд Олега Лекманова, «послужить прочной основой для курса истории российской словесности XX века». Концепция выстроена вокруг, казалось бы, простого и очевидного факта: в новое (советское) время «периферийные» жанры выплывают с задворок в центр литературного процесса. Происходит, добавляет уже Лекманов, «взаимообмен макрожанровыми признаками»: «мелкие» жанры вбирают в себя определенные черты жанров центральных, формируя новые, совершенно не маргинальные литературные явления. На этот процесс и нужно обращать внимание при рассказе об истории советской литературы.

Происходит «взаимообмен макрожанровыми признаками»: «мелкие» жанры вбирают в себя определенные черты жанров центральных, формируя новые, совершенно не маргинальные литературные явления. На этот процесс и нужно обращать внимание при рассказе об истории советской литературы.

Проще всего (теорией литературы, признаем, интересуются не все) этот процесс можно проиллюстрировать на примере кино и даже вполне конкретного фильма — «Криминального чтива» Квентина Тарантино. Создавая эту ленту, Тарантино явно использовал возможности жанров, считавшихся в кино периферийными, комбинировал их и создал вполне самодостаточное, скоро ставшее новой классикой произведение. Примечательно, что в борьбе за «Золотую пальмовую ветвь» Каннского кинофестиваля «Криминальное чтиво» победило «Утомленных солнцем» Никиты Михалкова — сделанную по всем законам традиционного жанра киноэпопею.

Но яркие и всем понятные примеры комбинирования периферийных жанров легко можно найти и в русской (советской) литературе. Лекманов напомнил о «Василии Теркине» Твардовского. Первоначально полуфельетоны-полузарисовки, почти что комиксы, придуманные коллективом литераторов и художников для солдат, участвовавших в советско-финской войне, выросли в полноценное произведение нового литературного жанра. Определить этот жанр Твардовский смог не сразу. Он признавался, что сначала думал о нем как о поэме, но это была не поэма, и не повесть, и не роман в стихах. Наконец, в подзаголовке «Теркина» появилась пояснение: «Книга для бойца».

Другой пример «синтеза» крупных и «мелочных» поэтических форм — «Поэма без героя» Ахматовой. Здесь, наряду с «высокой» поэзией, Ахматова применяет жанр интимного домашнего письма, пародирует жанр научного комментария и использует прием литературного монтажа, очень популярный в двадцатых-тридцатых годах.

Но главным «комбинатором» высоких и низких жанров в советской литературе, безусловно, был Михаил Зощенко. Среди освоенных им «мелких» жанров: газетный фельетон и документальный очерк, детский рассказ и историческая повесть для юношества, водевиль и киносценарий, — даже тексты эстрадных и цирковых обозрений не были обойдены его вниманием.

Почему Зощенко обратился к «неуважаемым» жанрам? Это был своего рода социальный заказ, единственный способ воспитать нового читателя — такого, который до революции книг в руки не брал.

Почему Зощенко обратился к «неуважаемым» жанрам? Это был своего рода социальный заказ, единственный способ воспитать нового читателя — такого, который до революции книг в руки не брал. Но, отмечает Олег Лекманов, выполняя этот заказ, Зощенко «не опускался с высот великой литературы до уровня массового читателя», напротив — поднял читателя до этих высот, «незаметно преобразив «мелочные» жанры».

«Если говорить о заказе, то заказана вещь столь неуважаемая, столь мелкой формы, с которой, по крайней мере раньше, были связаны самые плохие литературные традиции», — вспоминал сам Зощенко. А, объясняя успех своих книг, добавлял: «Я пишу очень сжато, фраза у меня короткая, доступная бедным. Может быть, поэтому у меня много читателей».

Зощенко дружил с Тыняновым, и эти его слова, считает Олег Лекманов, можно рассматривать как «прямой комментарий писателя-практика к теоретическим выкладкам Тынянова».

Олег Серегин, новостная служба портала ВШЭ

Вам также может быть интересно:

Средневековье в кинематографе. Киномедиевализм как рефлексия о современности

Европа, пережившая в ХХ веке тяжелейшие травмы — две мировые войны, — во второй половине столетия остро заинтересовалась собственной историей, в частности — Средневековьем. Это относится как к науке, так и к культуре в целом. Серьезные киноленты таких мастеров, как Пазолини, Бергман, Росселлини, Бунюэль, Тарковский, Герман, формально посвященные средневековым сюжетам или героям, поднимали вечные вопросы и были попыткой с помощью прошлого понять настоящее. Об этом в новой колонке рассказывает доктор исторических наук, ординарный профессор НИУ ВШЭ Олег Воскобойников.

Тест: что вы знаете о российском дореволю­ционном кино?

В 1900-1910 гг. кинематограф быстро становился важной частью русской культуры и повседневной жизни. За это время было снято более 2500 фильмов, пригороды Москвы превратились в съемочную площадку, по всей стране открывались кинотеатры. Вы можете узнать об этом больше на сайте «Раннее русское кино», а в тесте IQ.HSE проверить, насколько вы разбираетесь в дореволюционном кинематографе.

Джармуш, Тарантино, Вышка: премьеры Каннского фестиваля

14 мая фильмом «Мертвые не умирают» Джима Джармуша открывается 72-й Каннский международный кинофестиваль. В официальную российскую делегацию вошли студенты Высшей школы кино «Арка», реализующей совместные программы допобразования с факультетом коммуникации, медиа и дизайна ВШЭ. Короткометражные фильмы студентов покажут в рамках ежегодного альманаха Global Russians.

«Мы все живем в мире токсичности»

В этом году традиционный рождественский киносеминар Лаборатории экономико-социологических исследований ВШЭ был посвящен фильму Александра Горчилина «Кислота». Темой семинара стала цитата из фильма «Что мы можем дать миру, кроме зарядки от айфона?». Участники обсудили, относятся ли показанные в фильме проблемы к определенному поколению или являются универсальными.

«Журналистика и документальное кино не такие уж разные специальности»

Во время учебы на факультете коммуникаций, медиа и дизайна ВШЭ Майя Гимаева сняла несколько документальных фильмов, два из них попали в программы международного фестиваля документального кино «Артдокфест». Фильм «Печать царя Соломона», рассказывающий о русскоязычном художнике из Венеции, можно посмотреть на сайте фестиваля 12 декабря. О том, как стать режиссером-документалистом, окончив журфак, она рассказала новостной службе ВШЭ.

Ученые в кино

Мировой кинематограф каждый год пополняет полку художественных фильмов с персонажами-учеными. В фильмах они или злодеи, или герои, или гении. В жизни все не совсем так. Ко Всемирному дню науки ИСИЭЗ НИУ ВШЭ собрал небольшую подборку фильмов, в которых ученые похожи на настоящих.

Юмористическая энциклопедия Средневековья

Монти Пайтон и публичная история.

В Школе дизайна открывается HSE Film School

HSE Film School — киношкола, которая объединит в себе все уровни образования: бакалаврский профиль «Кино и видеоарт» программы «Современное искусство», дополнительное образование, аспирантуру и в перспективе — магистратуру. Руководитель HSE Film School — известный режиссер и сценарист Александр Зельдович рассказал о том, почему современное кинообразование требует нового подхода, а также как и чему будут учить в киношколе.

«Веселая жизнь» тридцатых годов

Как сталинская смеховая культура отразилась в творчестве Михаила Булгакова.

Два квеста по поиску любви

В Вышке прошел традиционный рождественский киносеминар Лаборатории экономико-социологических исследований. В этот раз участники семинара, по их собственным словам, «замахнулись на святое» — обсудили российские фильмы «Нелюбовь» и «Про любовь» и попытались разобраться в том, как отличить настоящую любовь от ненастоящей, откуда берется нелюбовь и можно ли ее победить.