• A
  • A
  • A
  • АБВ
  • АБВ
  • АБВ
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта

Конструирование прошлого и формы исторической культуры в современных городских пространствах

Приоритетные направления развития: гуманитарные науки
2014

Цель работы: теоретическое осмысление и изучение особенностей функционирования исторической культуры в современной городской среде.

Достижение поставленной цели предусматривало:

  1. анализ существующих концепций «исторической культуры» и роли городской проблематики в этих концепциях; 
  2. выявление потенциала различных областей современного гуманитарного знания (городских исследований, публичной истории, социологии культуры, культурной географии, этнографии и археологии современности, архитектурной истории, исследований туризма и т.д.) для анализа исторической культуры современного города, а также для концептуализации темпоральной и исторической неоднородности городской среды и для классификации разных типов исторических объектов и способов их сохранения, присвоения и т.д.; 
  3. осмысление форм исторического воображения и коммеморативной культуры, задействованных в обживании городского пространства и формировании идентичности современного человека; 
  4. анализ особенностей институционализации исторической культуры и формирования локальной идентичности в современных городах в контексте взаимодействия различных образовательных и культурных институций (архивов, музеев, университетов и т.д.), с одной стороны, и неформальных сообществ, с другой; 
  5. изучение влияния процессов глобализации на историческую культуру современного города; изучение новых возможностей использования городского наследия для развития городов; исследование практик менеджмента культурных ресурсов и маркетинга территорий, места истории и исторического в деятельности креативных индустрий, и т.д. 

Используемые методы: В методологическом дизайне проекта соединены не только множественные научные области, формирующие современное знание о городе (история, археология, социологически фундированные городские исследования, культурная география, теория культуры, визуальные исследования, исследования медиа и т.д.), но также задействовано многообразие эмпирических возможностей анализа исторической культуры, сформированных в различных дисциплинах. В результате исследование имеет ярко выраженный междисциплинарный характер, объединяя подходы более традиционных дисциплин с перспективами, сформировавшимися в новых научных полях, и сочетает в себе различные уровни анализа, от теоретико-методологических проблемных вопросов до разборов кейсов, выполненных на практическом материале с помощью «теорий среднего уровня». В частности, в проекте использованы подходы социальной истории, современной социологии и антропологии города, связанные с анализом организации городских сообществ и образа жизни обитателей различных городов и пригородов; методы анализа городского пространства и визуального анализа городской среды, разработанные в культурной географии и городских исследованиях; методы полевого исследования (включенное наблюдение, глубинные интервью и т.д.), используемые в этнографии и антропологии; подходы к изучению культурных ресурсов, разработанные в рамках теорий культурного менеджмента; подходы к коммуникативному анализу различных форм репрезентации прошлого и исторических объектов, сформировавшиеся в поле исследований исторической культуры и публичной истории; разработки исследований медиа, позволяющие проанализировать особенности различных средств и ситуаций коммуникации, в частности, коммуникации по поводу прошлого; подходы к анализу различных стратегий формирования коллективной памяти, разработанные в современной социологии культуры; методы герменевтического анализа текстов, используемые специалистами по средневековой и античной культуре, и т.д.

Эмпирическую базу исследования составили:

  1. полевые наблюдения и различные визуальные источники, отражающие изменения городской среды и практики работы институтов, деятельность которых связана с формированием исторической культуры; 
  2. архитектурные сооружения и памятники, представляющие собой формы фиксации исторического опыта; 
  3. архивные материалы, фиксирующие изменения городской повседневности и форм регламентации городской жизни; 
  4. нормативные акты, регламентирующие практику охраны исторического наследия; 
  5. Материалы СМИ и Интернет-формы, отражающее восприятие темпоральности и историчности городской среды в массовом сознании и популярной культуре; 
  6. воспоминания, интервью и архивные документы, отражающие деятельность городских сообществ в области сохранения исторического наследия; 
  7. травелоги, путеводители, записи экскурсий, отражающие восприятие города в рамках туристических практик. 

Результаты работы: Основной новацией проекта стало рассмотрение прошлого как одного из временных режимов в рамках конкретного контекста – городской среды, и постановка результатов этого анализа  в широкую теоретическую рамку, связанную с проблемой темпоральности в модерную и постмодерную эпоху. Подобная аналитическая стратегия максимально соответствует наиболее актуальным направлениям социальных и гуманитарных наук, которые настаивают на необходимости развития чувствительности к множественным формам и логикам существования феноменов в пространстве и времени, к их локальным особенностям. В представленном отчете обосновывается значение городской среды как одной из наиболее важных арен модерного и постмодерного общества, формирующих и проявляющих временные политики и различные режимы темпоральности. Не менее значимой новацией является использование в проекте аналитических ресурсов различных дисциплин и предметных полей для создания междисциплинарной перспективы рассмотрения прошлого и исторических культурных форм в городской среде. Таким образом, проект создает модель сборки различных перспектив исследования прошлого в городской среде, обозначая как эвристические возможности, так и зоны дисциплинарных конфликтов и противостояний. Основными результатами методологической ревизии и разработки концептуальных оснований исследования прошлого и форм исторической культуры в городской среде можно считать следующие теоретические положения.

Во-первых, к числу методологических новаций следует отнести обозначение различий концептов «город» и «городской феномен» (А. Лефевр), их новое прочтение и содержательное насыщение применительно к исследованию модерного и постмодерного города. В отчете показано, что использование концепта «урбанистический феномен» крайне продуктивно для анализа модерной и постмодерной городской жизни, поскольку он и связанные с ним категории дают возможность описать нюансированность, множественность, изменчивость и внутреннюю противоречивость современного города, ускользающего от фиксированных схем и однозначных категорий.

Во-вторых, город исследован как пространство производства и легитимации особых временных режимов. Изменение экономической основы городской жизни (создание промышленных производств с их четкими режимами работы), технологизация города (развитие транспорта и средств коммуникации), изменение архитектурной среды (создание стандартизированных масштабных городских объектов) создает основания для доминирования презентизма в городской жизни эпохи модерна, для ее особой чувствительности к сложно устроенному настоящему, а также увлеченности будущим (футуризма). Прошлое в модерном городе становится объектом тщательного контроля и особых городских политик, регламентирующих его присутствие. Изменение городских временных политик во многом связано с обозначением новых оснований постсовременной городской жизни, нормализующих асинхронность, множественность ритмов, создающих ценность разности.

В-третьих, города рассматриваются как плотные семиотические и материальные среды, инспирирующие появление особых символических и материальных форм, в том числе проявляющих и устанавливающих отношения с прошлым (городское планирование и городское наследие). Именно с их помощью закрепляется и получает материальное воплощение идея модерного города как связанного, масштабного, унифицированного, с действенной системой контроля. Прошлое означивается преимущественно сквозь призму этих временных векторов, его значение во многом выступает производной прагматических интересов настоящего или планов будущего.

Эволюция современного города от модерна к постмодерну характеризуется целым рядом важных изменений в самом понимании составляющих городской среды: архитектуры, наследия, мемориалов. В архитектуре торжествуют принципы локальности и полистилистичности в противовес унифицирующим и историзирующим стратегиям архитектуры модерна. Расширение представлений о наследии, позволяющее охватить многообразие его форм и типов (в том числе связанных с недавно созданными объектами, которым придается новый культурный статус), сочетается с выработкой новых представлений об аутентичности. Изменяется и характер мемориальных объектов, которые теперь не только становятся более разнообразными с материальной и эстетической точки зрения, но меняют отношение с реципиентом, реализуя идею «другой истории», вводя локальные и повседневные образы в противовес национальным и героическим, и идею «другой памяти», объектом которой может быть неудобное и травматическое прошлое.

Другое направление изменения временных политик связано с эволюцией городской агентскости – расширением участия и, что не менее важно – легитимацией действий и признания права городских сообществ, инициативных групп участвовать в городском управлении. Это – кардинальное изменение, частью которого является установление множественных отношений с прошлым, постоянная конкуренция различных групп в соревновании за реализацию своего права на прошлое в городской среде, возрастание ценности локальности. Подобная демократизация поддерживается общими изменениями современной культуры – формированием культуры участия вследствие активной медиатизации общества и повышения уровня экспертности обывателей. Последние превращаются в «сильные публики», декларирующие и отстаивающие свои интересы на разнообразных общественных аренах, включая городские.

В-четвертых, значимый для эпохи модерна процесс формирования институтов и сообществ, специализирующихся на создании образов прошлого и сохранении наследия, находит свое выражение и в городской культуре, реализуясь как в конструировании новых пространств исторической репрезентации (музеи, мемориалы, юбилейные торжества и т.д.), так в формировании локального знания о прошлом (краеведения) и практик градозащиты, которые со временем начинают реализовываться во все большем количестве типов и форм. Вместе с тем, все большее значение с течением времени начинают приобретать туристические практики посещения и созерцания исторически и культурно значимых мест, чем обусловлена дифференциация типов туристического опыта (массовый, романтический и т.д.). В конце ХХ – начале ХХI века практики туризма приобретают ключевое значение для структуры современного общества и формирования культурного опыта горожанина. Становясь не только массовой практикой, но и приобретая дифференцированный характер, туризм оказывается важнейшим фактором описанных выше трансформаций историчности. 

Эти аналитические положения были проиллюстрированы набором исследовательских кейсов, описывающих различные аспекты трансформации историчности в мегаполисах и малых городах. В рамках кейсов предметом анализа выступило городское пространство в его реальном и виртуальном измерении, его различные локусы (жилые кварталы, парки, дачные поселки, и т.д.), а также деятельность различных сообществ и институтов (городские власти, музеи, церковь, краеведческие организации, сообщества любителей популярной музыки, паломники, и т.д.), культурные практики (культурный туризм, рекреационные практики, деятельность субкультурных сообществ, и т.д.). Сочетание анализа зарубежных примеров с изучением сюжетов, взятых из российской городской повседневности, обладает потенциалом не только с точки зрения сравнительного анализа, но также и с точки зрения актуальных проблем, возникающих в российской городской культуре. В методологическом плане изучение жизни современных городов сквозь призму исторической культуры представило собой веер разнообразных исследовательских стратегий: от изучения трансформаций городской среды и построения «биографии места» до анализа туристического опыта и практик использования культурных ресурсов.

Анализ кейсов подтвердил общую гипотезу об ускорении темпов модернизации, которое становится особенно заметным на примере малых городов, пытающихся реализовать свои исторические шансы через вхождение в структуру глобального туризма. Вместе с тем, перед нами предстало многообразие современных урбанистических феноменов, которые могут быть обнаружены не только в самих городах, но также и в субурбанистических пространствах (таких, как дачные поселки), и в деревнях. Исследовательские кейсы продемонстрировали характерный для современной культуры внутренне противоречивый процесс экспансии наследия. Этот процесс не сводится к расширению направлений тематизации прошлого и увеличению модусов актуализации и форм конструирования прошлого. Изменяется само представление о памятниках, ландшафтах и исторических объектах: значимым становится не только то прошлое, к которому они отсылают, но и те условия, в которых они приобрели свою форму и статус объекта наследия. Наряду с ценностью самих объектов, значимыми становятся и разнообразные практики их освоения и использования, которые придают им новое качество историчности. Особое значение для поддержания интереса к истории и прошлому имеет их событийная актуализация (например, в случае с ландшафтами – в форме привлекающих туристов тематических фестивалей).

Еще один важный сюжет для анализа был связан с взаимоотношениями пространств, формирующих образ прошлого в городе (например, таких, как музеи) с изменениями городской темпоральности и трансформацией городской среды. И наследие в целом, и музеи в частности, как показывают изученные кейсы, так или иначе вписаны в процессы городской трансформации: они могут «втягивать в прошлое» современную городскую среду, а могут сами становится маркером этого прошлого. Наряду со специализированными институтами представления темпорального режима консервации прошлого, такими, как музеи, в формировании наследия и конструировании образов городского прошлого сегодня участвуют и такие традиционные институты, как Церковь.

Степень внедрения, рекомендации по внедрению или итоги внедрения результатов НИР

Основные выводы и содержательные результаты проекта были представлены в многочисленных публикациях сотрудников Института гуманитарных историко-теоретических исследований им. А. В. Полетаева (ИГИТИ) в международных и российских изданиях. Ряд новых положений и реализованных исследований были представлены на международных конференциях и симпозиумах. Наиболее значительной в этом отношении можно назвать международную конференцию «HistoryCity: Urban Space and Changing Historical Culture», организованную в НИУ ВШЭ 23–24 мая 2014 г. в рамках проекта. Итоги работы авторов исследования, методологические инновации и новый массив эмпирических знаний уже активно используются в десятках учебных курсов, читаемых сотрудниками ИГИТИ в Высшей школе экономики. Практические результаты исследования могут быть использованы в интересах множества разноуровневых культурных институций, организующих работу с историческим наследием в городской среде и культурную жизнь города в целом.

Публикации по проекту:


Руткевич А. М. Философия в истории высшего образования / Высшая школа экономики. Серия WP6 "Гуманитарные исследования". 2014. № 02.
Степанов Б. Е. Улица Советская в постсоветском городском ландшафте // В кн.: Историческая разметка пространства и времени / Под общ. ред.: И. И. Курилла. Волгоград : ВолГУ, 2014. С. 43-53.
Степанов Б. Е. “Держаться корней”: старожилы и краеведы Царицыно в новом веке. // В кн.: Царицыно: аттракцион с историей / Отв. ред.: Н. В. Самутина, Б. Е. Степанов. М. : Новое литературное обозрение, 2014. С. 366-397.
Колесник А. С. The Beatles Story Museum: конструирование локальной истории Ливерпуля // В кн.: Память в культуре/культура памяти: Материалы конференции студентов и аспирантов 16–17 мая 2014. М. : Издательский дом НИУ ВШЭ, 2015.
Савельева И. М. Профессиональные историки в «публичной истории» // Новая и новейшая история. 2014. № 3. С. 141-155.
Vishlenkova E. A. To Invent Or Copy: Ethnic And Spatial Images Of The Pre-Photographical Epoch / Basic Research Programme. Series HUM "Humanities". 2014. No. WP BRP 77/HUM/2014.
Бредникова О. Е., Запорожец О. Н. Микроурбанизм. Ловушка для города // В кн.: Микроурбанизм. Город в деталях / Отв. ред.: О. Н. Запорожец, О. Е. Бредникова. М. : Новое литературное обозрение, 2014. С. 13-39.
Makhov A. Popular Knowledge Of The Past In Discussions On A City Online Forum / Издательский дом НИУ ВШЭ. Series WP "Working Papers of Humanities". 2014. No. 78/HUM/2014.
Микроурбанизм. Город в деталях / Отв. ред.: О. Н. Запорожец, О. Е. Бредникова. М. : Новое литературное обозрение, 2014.
Ecologies of Seeing: Images and Space, Images in Space. Cambridge Scholars Publishing, 2015.
Каспэ И. М. Место будущего: Советская научная фантастика между «сталинизмом» и «оттепелью»
Махов А. С. Повседневное знание о прошлом в дискуссиях на веб-форуме // Новая и новейшая история. 2015. № 1. С. 141-154.
Матвеев С. Р. Сетевой подход как метод исследования интеллектуальной коммуникации // Общественные науки и современность. 2014. № 6. С. 141-148.
Каспэ И. М. Тайна тёмной планеты, или Как уверовать в будущее (О «Туманности Андромеды» Ивана Ефремова) // Неприкосновенный запас. Дебаты о политике и культуре. 2015. № 99. С. 191-208.
Степанов Б. Е. О старом и новом: музей царицы на руинах романтической легенды // В кн.: Царицыно: аттракцион с историей / Отв. ред.: Н. В. Самутина, Б. Е. Степанов. М. : Новое литературное обозрение, 2014. С. 54-85.
Kolesnik A. Popular Culture And History: Representations Of The Past In British Popular Music Of The 2000s / Издательский дом НИУ ВШЭ. Series WP "Working Papers of Humanities". 2014. No. 54.
Колесник А. С. Репрезентация прошлого в популярной музыке: междисциплинарный подход popular music studies // В кн.: Стены и мосты - III: История возникновения и развития идеи междисциплинарности / Отв. ред.: Г.Г. Ершова. М. : Гаудеамус, Академический Проект, 2015. С. 172-180.
Матвеев С. Р. Либеральный консерватизм Франсуа Гизо: о суверенитете // В кн.: Философия. Язык. Культура / Отв. ред.: В. В. Горбатов. Вып. 5. СПб. : Алетейя, 2014. С. 373-387.
Абрамов Р. Н., Запорожец О. Н. Пространство любви и пространство заботы: практики народного освоения Царицыно // В кн.: Царицыно: аттракцион с историей / Отв. ред.: Н. В. Самутина, Б. Е. Степанов. М. : Новое литературное обозрение, 2014. Гл. 3. С. 273-302.
Samutina N. Street Art as “Exerciser for Vision”: Hamburg Graffiti Writer Oz and the Community of Smileys Ch. 4. P. 63-100.
Samutina N. Street art as "Exerciser for Vision": Hamburg Graffiti Writer Oz and the Community of Smileys, in: Seeing Whole: Toward an Ethics and Ecology of Sight. Newcastle upon Tyne : Cambridge Scholars Publishing, 2016. Ch. 4. P. 63-100.