• A
  • A
  • A
  • АБВ
  • АБВ
  • АБВ
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта
Национальный исследовательский университет «Высшая школа экономики»Исследовательские проектыИдентичность и межкультурное взаимодействие на постсоветском пространстве: опыт России и стран бывшего СССР

Идентичность и межкультурное взаимодействие на постсоветском пространстве: опыт России и стран бывшего СССР

Приоритетные направления развития: гуманитарные науки
2016

Цель работы: выявить социально-психологические факторы (идентичность, межэтнические установки, социальные представления, ценности), способствующие достижению интеграции между этническими меньшинствами и этническим большинством на постсоветском пространстве.

Используемые методы: социально-психологический опрос (письменное анкетирование и устный опрос), глубинные интервью (когнитивные интервью, интервью с экспертами), факторный опрос.

Эмпирическая база исследования:

  • данные изучения взаимосвязи межпоколенной (родители-дети) трансмиссии коллективной идентичности и удовлетворенности жизнью в РСО-А (N=430);
  • данные изучения роли групповой дезидентификации в аккультурационных стратегиях меньшинства (русские) и аккультурационных ожиданиях большинства (кабардинцы и балкарцы) в КБР (N=534);
  • данные изучения влияния мотивации к этнокультурной преемственности (два поколения, родители-дети) на межкультурные установки и субъективное благополучие русских в Латвии и Азебрайджане (N=428);
  • данные изучения влияния восприятия институциональной сферы общества на социальный капитал и этническую толерантность в ЦФО и СКФО (N=2046);
  • данные изучения взаимосвязей политических ценностей россиян с их аккультурационными ожиданиями и принятием идеологии мультикультурализма (N=128);
  • данные исследования психологических факторов социоэкономической дискриминации мигрантов среди жителей Москвы и Ульяновска (N=241);
  • данные исследования ассертивности школьников (мигрантов и принимающего населения) в Ярославской области (N=2003);
  • материалы 8 экспертных интервью и данные участников факторного опроса (N=541) для изучения опосредующей роли воспринимаемого сходства с членом аут-групп во взаимосвязи категоризации представителя аут-группы и установок по отношению к нему;
  • материалы 7 когнитивных интервью и данные участников социально-психологического опроса (N=307) для эмпирического тестирования технологии измерения стратегий поддержания идентичности.

Результаты работы:

В ходе выполнения проекта была проанализирована и эмпирически протестирована роль ряда социально-психологических факторов в интеграции этнических меньшинств с этническим большинством на постсоветском пространстве. Полученные результаты позволяют сделать вывод о том, что наиболее существенными предикторами интеграции являются социальная идентичность; социальная дезидентификация; мотивация к этнокультурной преемственности у старшего и младшего поколений; значимость воспринимаемых характеристик представителя аут-группы для собственной идентичности и воспринимаемое сходство с представителем аут-группы; стратегии поддержания идентичности; возможность влияния на политическую ситуацию, гражданская активность и институциональное доверие; политические ценности; идеологические установки, а также желательность контакта с аут-группой. Далее кратко представлены основные результаты изучения каждого из перечисленных факторов.

  1. Изучение межпоколенной (родители-дети) трансмиссии коллективной идентичности, включающей этническую, региональную, гражданскую, религиозную идентичности, в группах этнического большинства (осетины) и меньшинства (русские) в Республике Северная Осетия-Алания показало, что трансмиссия в группах русских и осетин происходит по-разному. В частности, тогда как в группе русских передаются все идентичности, в группе осетин обнаружена тесная взаимосвязь лишь отдельных видов идентичностей. Коллективная идентичность оказывает положительное влияние на уровень удовлетворенности жизнью (в рамках поколения), причем, выраженность коллективной идентичности родителей оказывает влияние на удовлетворенность жизнью как родителей, так и их детей в обеих группах.
  2. Исследование социальной дезидентификации как предиктора аккультурационных предпочтений меньшинства (русские) и ожиданий большинства (кабардинцы и балкарцы) в Кабардино-Балкарской республике продемонстрировало, что социальная дезидентификация обладает самостоятельным эффектом, наряду с эффектом разных видов социальной идентичности. В группе меньшинства (русских) республиканская дезидентификация способствует сепарации и маргинализации и препятствует интеграции и ассимиляции, а национальная дезидентификация (с Россией) способствует ассимиляции и маргинализации. В титульной этнической группе (кабардинцы и балкарцы) национальная дезидентификация также способствует ожиданию ассимиляции русских, их исключению и сегрегации, и не способствует их интеграции в республике.
  3. Исследование мотивации к этнокультурной преемственности с точки зрения ее межпоколенных (родители-дети) и межстрановых (русские в Латвии и в Азербайджане) особенностей показало, что существуют взаимосвязи как универсальные для двух стран, так и специфические. Среди универсальных взаимосвязей было найдено, что мотивация к этнокультурной преемственности родителей позитивно взаимосвязана с мотивацией к этнокультурной преемственности детей, а также удовлетворенность жизнью родителей и детей позитивно взаимосвязаны. Универсальной является и отрицательная взаимосвязь мотивации к этнокультурной преемственности со стратегией ассимиляции в поколении родителей. При этом, в русских семьях Латвии стратегия интеграции позитивно, а стратегии сепарации, маргинализации и ассимиляции – негативно взаимосвязаны с самоуважением в обоих поколениях, тогда как в Азербайджане данные взаимосвязи незначимы. Стратегии ассимиляции родителей позитивно взаимосвязаны со стратегией ассимиляции детей в русских семьях Латвии, а в русских семьях Азербайджана позитивная взаимосвязь обнаружена между стратегиями интеграции родителей и детей.
  4. Изучение особенностей политической активности как предиктора социального капитала и этнической толерантности, показало, что самая сильная связь наблюдается между воспринимаемой возможностью влияния на политическую ситуацию и гражданской активностью, также данный фактор (восприятие возможностей) позитивно влияет на этническую толерантность. Воспринимаемая возможность была также позитивно связана с институциональным доверием, которое, в свою очередь, оказывает положительное влияние не только на генерализованное доверие, но и на этническую толерантность. Данные взаимосвязи характерны как для Центрального, так и для Северо-Кавказского федерального округа, где проводилось тестирование модели. Помимо универсальных взаимосвязей, были обнаружены специфические для каждого округа. Так, негативная связь воспринимаемой возможности влияния на политику и генерализованного доверия была обнаружена только среди респондентов Центрального федерального округа, а в случае Северного Кавказа ни семейные связи, ни дружеские контакты не ведут к увеличению этнической толерантности.
  5. Оценка связей политических ценностей с аккультурационными ожиданиями и отношением к мультикультурализму показала, что самое заметное влияние на аккультурационые ожидания оказывает «принятие мигрантов». Эта политическая ценность, в свою очередь, позитивно связана с аккультурационным ожиданием «интеграция» и принятием политики мультикультурализма и отрицательно – с аккультурационными ожиданиями «ассимиляция» и «исключение». С аккультурационным ожиданием «интеграция» позитивно связаны такие политические ценности, как «гражданские права» и «право и порядок». Ценность «слепой патриотизм», напротив, не способствует конструктивным ожиданиям, она позитивно связана с аккультурационным ожиданием «исключение».
  6. В исследовании, посвященном влиянию психологических факторов на социоэкономическую дискриминацию мигрантов, оценивался вклад таких факторов, как: идеологические установки (авторитаризм правого толка, ориентация на социальное доминирование, поддержка идеологии мультикультурализма) и желательность контакта с аут-группой (социальная дистанция). Полученные результаты указывают, что тестируемые факторы действительно оказывают ожидаемый эффект. Так, было получено, что дискриминация мигрантов в социоэкономической сфере положительно связана с авторитаризмом правого толка, ориентацией на социальное доминирование и социальной дистанцией, а также отрицательно связана с поддержкой мультикультурной идеологии.
  7. В исследовании, проведенном в Ярославской области, было обнаружено, что группы мигрантов и местных школьников не различаются по уровню образовательных достижений. Соответственно, иммигрантское происхождение напрямую не выступает фактором образовательных достижений. В то же время, уровень ассертивности (настойчивости в достижении долгосрочных целей) продемонстрировал значимое влияние на уровень образовательных достижений, причем это влияние оставалось значимым при контроле других переменных (принадлежность к подгруппе выборки, пол, возраст, уровень школы, статус семьи и др.). Таким образом, ассертивность может выступать одним из ключевых факторов при объяснении образовательных достижений детей мигрантов.
  8. Исследование воспринимаемого сходства с представителем аут-группы как фактора-медиатора, опосредующего влияние воспринимаемых характеристик представителя аут-группы на благоприятность установки по отношению к нему, показало, что, действительно, воспринимаемое сходство выступает фактором-медиатором для всех восьми измеренных оснований категоризации (этническая, религиозная, гендерная принадлежность, возраст, статус мигранта, уровень владения русским языком, уровень квалификации, уровень образования). Однако в некоторых случаях воспринимаемое сходство опосредует связь полностью, а в некоторых – частично. В случае с этнической, гендерной и возрастной группами, ингрупповой фаворитизм полностью объясняется воспринимаемым сходством с представителем ин-группы. В случае со всеми остальными измерениями категоризации, благоприятность установки определяется как фактом вхождения с оцениваемым персонажем в одну из групп категоризации (например, одинаковым уровнем образования), так и мерой воспринимаемого сходства.
  9. Эмпирическое тестирование методики измерения стратегий поддержания идентичности показало, что разработанная методика обладает достаточной надежностью и валидностью; это касается как моделей первого уровня (вхождение утверждений в определенные шкалы), так и моделей второго уровня (подтверждение исходной таксономии). Кроме того, для российского контекста существует еще фактор третьего уровня, организующий семь из стратегий поддержания идентичности в две крупные группы, полюса фактора: «борьба за группу» (желание повысить ее статус) и «уход от группы». Стратегии, принадлежащие противоположным полюсам этого фактора, оказывают противоположный эффект на межгрупповые отношения. Стратегии, направленные на желание сохранить группу и повысить ее статус, положительно связаны с разными видами социальной идентичности, отношением к меньшинствам (внутренней группе сравнения) с точки зрения их интеграции и, при этом, связаны с менее благожелательным отношением к внешней группе сравнения – «жителям Запада». Стратегии «ухода от группы» отрицательно связаны с разными видами социальной идентичности, и ведут, скорее, к безразличному отношению к меньшинствам, предполагая, что те не должны стремиться, ни поддерживать свою культуру, ни принимать культуру большинства.

Степень внедрения, рекомендации по внедрению или итоги внедрения результатов НИР

Результаты исследования использованы для совершенствования тренингов этнокультурной компетентности для мигрантов и принимающего населения Северо-Кавказского федерального округа.

Область применения результатов НИР:

Результаты, полученные в рамках перечисленных исследований, могут быть использованы:

  • при разработке и экспертной оценке социальных программ, направленных на гармонизацию межэтнических отношений в российском обществе, на успешность социокультурной и психологической адаптации мигрантов и академические достижения их детей;
  • для разработки тренингов этнокультурной компетентности разной целевой направленности для групп различного статуса (меньшинство и большинство), возраста, опыта межкультурного взаимодействия;
  • для разработки курсов повышения квалификации государственных служащих, чья работа связана с вопросами межэтнических отношений и адаптации мигрантов;
  • для преподавания в вузах в рамках курсов по этнопсихологии, кросс-культурной психологии, этносоциологии, психологии конфликта, а также разработки и проведения практических занятий по данным курсам.

Публикации по проекту:


Grigoryev D. Acculturation Profiles of Immigrants and Their Level of Socio-Economic Adaptation / Издательский дом НИУ ВШЭ. Series WP BRP "PSYCHOLOGY". 2016. No. 58. doi
Kamaev A., Tovar-García E. D. Educational achievements of migrant schoolchildren in Moscow, in: XVII Апрельская международная научная конференция по проблемам развития экономики и общества: в 4 кн. / Отв. ред.: Е. Г. Ясин. Кн. 4. М. : Издательский дом НИУ ВШЭ, 2017. P. 303-310.
Tovar-García E. D. Migration background and educational achievements in Russia // Migraciones Internacionales. 2017. Vol. 9. No. 1. P. 69-93.
Tovar-García E. D., Alòs i Font H. Bilingualism and educational achievements: the impact of the language used at home by Tatar school students in Tatarstan, Russia // Journal of Multilingual and Multicultural Development. 2016
Tovar-García E. D., Podmazin E. The impact of socioeconomic status and population size on the use of the Tatar language at home // Intercultural Education. 2017
Дробовцева М. В., Котова М. В. Взаимосвязь гражданской и этнической идентичности россиян: факторы социокультурного контекста // Психологические исследования. Электронный журнал. 2016. Т. 9. № 47
Котова М. В. Социальная идентичность с точки зрения ее функций для индивида и для группы: перспективы для понимания межгруппового поведения // В кн.: Теоретические проблемы этнической и кросс-культурной психологии: Материалы Пятой Международной научной конференции 27-28 мая 2016 г. В 2 т. Т. 1. Смоленск : Издательство Смоленского гуманитарного университета, 2016. С. 138-142.
Kamaev A., Tovar-García E. D. Educational achievements of migrant schoolchildren in Moscow / Leibniz Institute for the Social Sciences (GESIS). Series 0168-ssoar-46748-7 "SSOAR". 2016.
Lebedeva N., Dimitrova R. Acculturation in Eastern Europe, in: CAMBRIDGE HANDBOOK OF ACCULTURATION PSYCHOLOGY SECOND EDITION. Cambridge University Press, 2016. Ch. 17.

См. также

Ключевые слова