• A
  • A
  • A
  • АБВ
  • АБВ
  • АБВ
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта

Разработка методологии сравнительного изучения цивилизаций на основе измерения их социокультурного потенциала и эффективности его использования в разных институциональных контекстах

Приоритетные направления развития: экономика
2012

В данном исследовательском проекте мы ставили перед собой две основных цели: во-первых, определить состав признаков, определяющий уникальные идентификационные ядра существующих локальных цивилизаций, а, во-вторых, на теоретическом уровне раскрыть содержание понятия «социокультурный потенциал» применительно к их [цивилизаций] описанию и предложить наиболее оптимальный метод его эмпирического изучения (измерения) для сравнительных исследований.

Для этого предполагалось решить следующие задачи:
1) сформулировать и обосновать подход, в рамках которого вариативность моделей социального устройства воспринимается как черта, обусловленная устойчиво воспроизводящимися различиями в культуре различных народов;
2) разработать концептуальный аппарат, определяющий соотношение между ключевыми для исследования понятиями (цивилизация и общество, социокультурный потенциал и человеческое развитие, способ организации жизни и его идейно-институциональная основа и т.п.);
3) определить границы понятия «локальная цивилизация» и предложить способ выделения их уникального идентификационного ядра/идейно-институциональной основы;
4) разработать методику измерения «социокультурного потенциала» как совокупности возможных эффективных действий представителей одной культуры/цивилизации, реализуемых в гипотетических обстоятельствах;
5) провести апробацию методики измерения «социокультурного потенциала» (пилотный опрос) в различных культурных средах для определения ее действительных эвристических возможностей.

Перечисленные выше задачи были выполнены в полном объеме за исключением последней, в рамках которой предполагалось провести апробацию разрабатываемой методики измерения «социокультурного потенциала», а конкретно – пилотные опросы с носителями различных культур. Это было связано с временными и организационными ограничениями, с которыми участники проекта столкнулись в процессе продвижения своей исследовательской программы среди потенциальных зарубежных партнеров. Тем не менее, полученные за отчетный период результаты сегодня позволяют вплотную подойти к реализации сравнительного полевого исследования, обсуждение которого внесено в повестку мини-конгресса участников исследовательской сети №36 «Sociology of Transformations: East and West» Европейской социологической ассоциации, который состоится в Тарту 22-24 марта 2013 г.
Работа над проектом велась в основном в русле анализа и осмысления существующей литературы по выбранной проблематике с периодическими обсуждениями связанных с ней сюжетов в рамках межинститутского регулярного научного семинара «Типы цивилизаций и векторы человеческого развития» под руководством проф. НИУ ВШЭ Шкаратана О.И. и зав. сектором ИС РАН Черныша М.Ф.

Ниже перечислены наиболее существенные результатыреализации данного исследовательского проекта на его текущем этапе:
1. В качестве сущностного идентификационного ядра «цивилизаций» предложено рассматривать культуру, а точнее, ее нематериальную часть, или «идейно-институциональную основу», которая является отражением уникального исторического опыта приспособления народа (или системы народов) к специфическим условиям существования, в том числе во взаимодействии с другими народами. В свою очередь, составляющие эту основу системы ценностей и «ментальность» на аналитическом уровне рассматриваются как «сознательный» и «бессознательный» элементы нематериальной культуры цивилизаций. Причем если системы ценностей, как показывают некоторые последние исследования, хоть медленно, но все же меняются, то ментальность (по крайней мере, гипотетически) представляет собой инвариант, записанный в материальных основах психики и запечатлевший в себе результаты длительного и устойчивого воздействия этнических, естественно-географических и социально-экономических условий проживания. Результат этого теоретического анализа является для нас принципиальным, поскольку ценности, будучи исторически более «подвижными», зачастую являются прагматической реакцией на смену жизненных циклов цивилизации и потому не могут (как это ошибочно полагают некоторые ученые) служить адекватным основанием для их [цивилизаций] идентификации.
2. На основе предложенного выше определения, предполагающего концептуальное разделение структуры социального объекта на некий неслучайный инвариант (идейно-институциональная основа) и действующий способ организации жизнедеятельности введено понятие «оптимального» и «неоптимального» состояния системы. Здесь мы подчеркиваем свою приверженность структурно-функциональной социологической парадигме, рассматривающей общества как сложные социальные системы, устойчивость и/или гармоничное развитие которых обеспечивается их ингерентной способностью разрешать внутренние системные противоречия. Неоптимальность достигается в том случае, когда установившееся в результате определенного стечения обстоятельств институциональное оформление общества (напр., революция, приводящая к резкой смене одного общественного строя на другой) приводит к снижению жизнеспособности системы и увеличивает риск ее разложения, вплоть до деформации идейно-институциональной основы. Оптимальное же состояние социальной системы а) достигается в случае максимального «совпадения» существующего институционального оформления общества с некими оптимальными контурами, которые определяются содержанием конкретной идейно-институциональной основы, и б) это состояние повышает, а не снижает ее [системы] жизнеспособность. Это дает возможность ввести понятие «социокультурный потенциал», которое представляет собой принципиальную возможность более рационального использования качеств идейно-институциональной основы цивилизации в целях достижения оптимальных параметров конкретной социальной системы.
3. Выше представленная идея в рамках данного проекта получила неожиданное развитие в виде следующего соображения. Состояния хронической неоптимальности, приводящие к кризису жизнеспособности социальных систем, предложено рассматривать как следствия «аксиологической рассогласованности» и «цивилизационных надломов», под которыми по аналогии с оригинальным определением А. Тойнби понимаются ситуации в развитии социальных организмов (обществ или цивилизаций), когда решения элит в ответ на возникающие вызовы социального, экономического или политического характера оказываются настолько неадекватными сложившимся обстоятельствам, что подрывают способность к их устойчивому развитию на весьма длительную перспективу. Одним из конкретных проявлений недееспособности элит может быть, в частности, необдуманное стремление заимствовать (а не создавать собственные) институты, доказавшие свою эффективность во вполне конкретных исторических обстоятельствах, что, как мы полагаем, и имело место в ряде постсоциалистических стран в ходе т.н. «великой постсоциалистической трансформации», когда уже спустя несколько лет после радикальных социально-экономических преобразований стала очевидной дивергенция этих процессов на постсоветском пространстве. Как следствие этих рассуждений участниками проекта была разработана (и в настоящий момент реализуется) альтернативная исследовательская программа, целью которой является установление наличия (или отсутствие) причинно-следственной связи между, условно говоря, радикальностью социальных трансформаций в странах ЦВЕ и СНГ, с одной стороны, и масштабами и продолжительностью социально-демографических кризисов в этих странах, с другой.
4. На основе анализа существующих подходов предложена уточненная формулировка понятия «ментальность/менталитет» как интегральная характеристика культуры, выраженная в социально-психологических установках, автоматических реакциях на типичные жизненные ситуации, привычках сознания, способах видения и понимания мира, представлениях людей, принадлежащих определенной социокультурной, этнической или цивилизационной общности. Также предложен ряд способов операционализации этого неоднозначного понятия для целей сравнительного эмпирического исследования. В качестве гипотез, позволяющих пролить свет на природу этого явления, мы хотели бы в дальнейшем уделить особое внимание следующим: а) менталитет является одной из основных детерминант социокультурного потенциала общества в силу своего определяющего воздействия на поведенческие реакции людей как в повседневных жизненных обстоятельствах, так и в чрезвычайных кризисных ситуациях; б) в рамках единой общности (или цивилизации) менталитет может иметь сложную гетерогенную структуру (как правило, совпадающую с социальной), т.е. состоит из нескольких ядер и континуума их переходных вариантов; в) менталитет обладает определенной устойчивостью во времени (по сравнению с социальным установками и ценностями), однако не является инвариантом и подвержен изменениям в более длительной исторической перспективе или в ситуациях «цивилизационного надлома».
5. Для проверки некоторых из вышеуказанных гипотез нами был разработан дизайн прикладного эмпирического исследования, основанного на качественных методах. Прикладной характер исследования в значительной степени обусловлен большей привлекательностью для поиска потенциальных зарубежных партнеров и дальнейшего финансирования проекта. В частности, мы сочли целесообразным, во-первых, сузить исходный объект исследования (население стран, гипотетических принадлежащих к разным «цивилизационным ареалам») до национальных представителей определенной социальной группы – профессионалов (высококвалифицированных работников умственного труда, занятых в новых отраслях экономики и инновационных видах деятельности), а, во-вторых, конкретизировать предмет исследования – от широкого спектра социальных установок в разнообразных жизненных ситуациях до анализа трудовых и управленческих практик (т.е. практик, возникающих в профессиональной производственной деятельности). Ключевой посылкой, позволяющей обосновать выбранную модель исследования, является предположение о том, что «менталитет» проявляет себя в повседневности в такой же степени, как и в профессиональной деятельности, а выбор в качестве объекта исследования иностранных и отечественных профессионалов, работающих в российских компаниях в смешанных трудовых коллективах (в случае с российской частью исследования), позволяет провести сравнительный анализ поведения представителей разных культур при схожих социально-экономических обстоятельствах.