Второкурсники успешно защитили магистерские диссертации

10 и 11 июня 2026 года прошли защиты выпускных квалификационных работ (ВКР) у второго курса магистратуры «Русский как иностранный». На программе учатся не только студенты из России, но также и ребята из других стран (Королевство Бахрейн, Сербия, Япония, Тайвань), их высокий уровень русского особо отметили в комиссии.
Студенты пишут работу в течение года, и самым сложным в этом деле остается самодисциплина и мотивация. Найти свою тему, которой сможешь  долго «гореть», непросто, и выпускники поделились своими секретами, как они сами выбирали область исследования в магистратуре по РКИ.

Традиционно в день защит председатель комиссии Мария Дмитриевна Воейкова поздравила выпускников с успешной защитой и новым этапом жизни, в котором магистранты становятся коллегами своим наставникам.

Гульнара Первушина

Я окончила филологический факультет Красноярского государственного университета больше 25 лет назад. Решение поступить в магистратуру в 2024 году было совершенно случайным: я уже преподавала РКИ, искала какие-то курсы повышения квалификации и вдруг увидела программу «Русский как иностранный во взаимодействии языков и культур». Программа очень меня заинтересовала, и я решила рискнуть. Два невероятно интересных года обучения, которые, кажется, просто пролетели.

Моя работа была посвящена лексико-типологическому анализу глаголов семантического поля ‘помнить’. Работая со студентами РКИ, я замечала, как сложно им справляться с нашей системой префиксов и суффиксов. Позже, на этапе сбора материала для курсовой и ВКР, я обращалась к Учебному корпусу ошибок (RLC), чтобы увидеть, какие ошибки в употреблении глагола помнить и его дериватов допускают инофоны, какие глаголы путают между собой. Мне всегда хотелось, с одной стороны, понять природу этих ошибок, а с другой, – применить полученные знания на практике.

Два невероятно интересных года обучения, которые, кажется, просто пролетели.

Во время работы над курсовой и над ВКР мы постоянно общались с моим научным руководителем Татьяной Исидоровной Резниковой, и именно благодаря этому общению у меня возник интерес к лексической типологии. Все форматы работы были для меня совершенно новыми: использование НКРЯ (основного корпуса и параллельных подкорпусов), сбор и анализ ошибок инофонов, составление анкет для опроса информантов, само общение с информантами и работа над составлением семантических карт. Это был очень ценный опыт, который позволил мне приобрести новые знания и навыки, я благодарна за это своему научному руководителю и очень рада, что в программе магистратуры есть такие возможности.

Михаил Папоротский

Я закончил бакалавриат Школы лингвистики НИУ ВШЭ «Фундаментальная и компьютерная лингвистика». Там я занимался исследованиями в сфере second-language acquisition на основе данных различных учебных корпусов. В том числе мне удалось поработать с корпусом ошибок RLC (Russian Learner Corpus), который очень полезен для изучения интерязыка студентов РКИ. В магистратуре я решил перенести внимание с учебных текстов студентов РКИ на то, каким образом эти тексты размечаются аннотаторами и разработчиками корпуса. Мне удалось обнаружить «серые зоны» разметки – контексты, в которых видно, что у аннотаторов нет единого мнения, потому что в руководстве по разметке корпуса нет прописанных инструкций конкретно в этих зонах. Я надеюсь, что результаты моей работы помогут улучшить корпус RLC и сделать его еще более полезным инструментом для исследований в РКИ и разработки методики преподавания.

Я надеюсь, что результаты моей работы помогут улучшить корпус RLC.

Хотя я уже защищал несколько курсовых работ, а также бакалаврский диплом, все равно защищать диссертацию в магистратуре было очень волнительно. Чтобы все прошло отлично, я постарался сделать презентацию не только для слушателей, но и для себя. Не нагружал слайды информацией, но четко прописал тезисы. Это, во-первых, помогло слушателям следить за рассказом, а во-вторых, помогло не сбиваться и следовать заранее продуманной структуре выступления. Я делаю презентации в программе Figma, она позволяет добавлять множество графических элементов, так я прорабатываю план рассказа в моменте подготовки, да и презентация выглядит привлекательнее.

Зейнаб Хасан

В бакалавриате я закончила Школу дизайна по специальности «Коммуникационный дизайн», поэтому переход в РКИ и лингвистику для меня был новым этапом, но в то же время очень логичным: интересно же, как люди воспринимают и передают смыслы. Меня всегда привлекало все, что связано с арабским языком и с тем, как он взаимодействует с другими языками. Мой родной язык – арабский, русский я изучала в России, поэтому я прекрасно понимала трудности, с которыми сталкиваются арабоговорящие студенты.

Меня всегда привлекало все, что связано с арабским языком и с тем, как он взаимодействует с другими языками.

Тема моей работы «Ошибки в выборе формы залога у студентов, изучающих русский язык как иностранный с родным арабским языком», и она появилась во многом из личного опыта. Я заметила, что иногда сама могу сомневаться в выборе форм пассивного залога в русском языке: где лучше сказать «окно открыто», а где – «кто-то открыл окно», почему одна форма в контексте звучит естественно, а другая – нет. Пассивный залог – это одна из тех зон, где у иностранных студентов часто возникают трудности. Интереснее всего было проводить экспериментальную часть: придумать дизайн эксперимента, составить задания, продумать стимулы и потом посмотреть, как участники на них реагируют. Мне было важно не просто написать теоретическую работу, а действительно проверить, как арабоговорящие студенты воспринимают и используют пассивные конструкции в русском языке. Какие-то мои предположения подтверждались, а какие-то результаты оказывались неожиданными. Именно в этот момент работа перестает быть просто текстом и становится настоящим исследованием.

Защита прошла очень легко, можно сказать, на чилле, хотя, честно говоря, я думала, что буду волноваться намного сильнее. Конечно, защита – это важный момент, и напряжение неизбежно. Но мой главный совет всем студентам: не воспринимать комиссию как людей, которые хотят вас «поймать» на ошибке. На самом деле, если задают вопросы, это не значит, что с работой что-то не так или что кто-то обязательно не согласен. Чаще всего членам комиссии действительно интересно услышать больше: почему был выбран такой подход, как интерпретировались результаты, куда можно идти дальше.