• A
  • A
  • A
  • АБВ
  • АБВ
  • АБВ
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта

Силы на труд

Есть ли они у российских рабочих

Силы на труд

©Essentials/ISTOCK

В России почти 25 миллионов рабочих, это почти треть занятого населения. У перестраивающейся экономики на них большие надежды. Но готовы ли они к труду — хватит ли на него здоровья? Хватит, считает профессор НИУ ВШЭ Наталья Тихонова. Однако не у всех. О том, кто в зоне риска, — новое исследование на данных RLMS-HSE*.

Мифы и статистика

В 2010-е годы среди российской молодежи до 25 лет продавцов стало больше, чем рабочих, но говорить о том, что молодые массово отказываются от рабочих специальностей, неправильно.

Торговлю предпочитают неквалифицированному труду — механическому, не требующему профобразования (уборщики, грузчики, упаковщики и проч.). Квалифицированный же, который невозможен без знаний и подготовки (механики, электрики, водители, операторы станков и проч.), по-прежнему выбирают охотно. Правда, чаще не в отраслях, где зарплаты растут постепенно, вместе с опытом и стажем (ВПК, тяжелая промышленность и др.), а там, где доходы не всегда официальные, но высокие сразу (например, строительство). В результате, значительная часть молодых рабочих оказывается в сфере неофициальной занятости и выпадает из поля зрения статистики, отмечается в исследовании.

Так рождается миф о нежелании молодежи «вставать к станку». Между тем возрастная структура рабочих (то есть соотношение в их составе различных возрастных групп) совпадает с показателями всего занятого населения РФ. Диспропорций в этой структуре нет, а доля 18–35-летних к тому же самая большая: 34% против 25,4% (36–45 лет), 23,6% (46–55), 14,7% (56–65). «Несоразмерна» только группа неквалифицированных — более четверти из них старше 55 лет.

Возрастная структура рабочих и работающего населения в целом, %

Источник: расчеты автора исследования по данным RLMS-HSE, октябрь 2016–январь 2017

Другое дело, что молодые реже трудятся на государственных промышленных предприятиях (рабочих до 35 лет там менее четверти, от 55 лет — около половины), в том числе в «зоне основного спроса» на них — системе ВПК. Молодежи больше не в «военной» отрасли, а в легкой и пищевой промышленности, хотя заработки там сопоставимы: в среднем в месяц 23,3 тыс. руб. в одном случае и 25,4 тыс. руб. — в другом (RLMS-HSE, 2016).

Физиологический ресурс

Абсолютное большинство занятых россиян не ограничено в трудоспособности по состоянию здоровья, хотя как полностью здоровые могут рассматриваться немногим более трети их.

Ситуация с рабочими в целом не хуже:
 хронических заболеваний не диагностировано почти у 35% из них;
 инвалидность имеют 1,6% (по всем занятым — 2,6%);
 наиболее опасные болезни, которые могут привести к инвалидности, у рабочих распространены меньше. Нет таких у 61,5%, по всем занятым — у 57,3%.

Последний факт, впрочем, связан и с возможным недоучетом больных. Влияние оказывает «гендерная асимметрия»: среди рабочих больше мужчин, а они традиционно реже обращаются к врачам.

В итоге к полностью здоровым отнесено 35% российских рабочих, к имеющим отдельные проблемы — около 50%. «Цифры свидетельствуют о том, что физиологический ресурс рабочих по-прежнему достаточно высок для выполнения задач, связанных с интенсивной технологической перестройкой экономики», — заключает Наталья Тихонова, но с оговоркой — ресурс квалифицированных. Показатели неквалифицированных оставляют желать лучшего.

Здоровье не для всех

Полностью здоровыми можно считать только 25% неквалифицированных рабочих. По сравнению с профессионалами, здесь вдвое больше людей с инвалидностью, в 1,8 раза — с хроническими заболеваниями, повышающими риски ее получения. Ниже и самооценки здоровья: хорошим или очень хорошим его называет менее трети.

В сложном положении в этой группе находятся женщины. Уже в молодости они оценивают свое здоровье хуже, чем мужчины. В средних возрастах как о хорошем о нем говорит лишь каждая пятая, в пенсионном — каждая десятая.

Неквалифицированные рабочие в большей степени зависят от социальной политики и чувствительны к ее изменениям. Четверть из них трудоустроены неофициально, следовательно, за них не отчисляются взносы в Фонд обязательного медицинского страхования (ОМС). Если неотчисление закроет доступ к бесплатной медицине, эти люди могут остаться без врачебной помощи: коммерческие услуги рабочим с низкими доходами не по карману.

Отсутствие страхового стажа не позволяет им и относительно уверенно смотреть в будущее. «Накопить» нужное количество баллов для пенсии не получится, что приведет к росту числа бедных.

Прогнозов по масштабу таких последствий социологи не дают. Но сама численность неквалифицированных рабочих заставляет задуматься. По информации Росстата, в 2017 году к этой категории относилось свыше шести миллионов человек.

* Исследование «Особенности здоровья и возрастная структура российских рабочих», являющееся составной частью проекта «Человеческий капитал российских рабочих: состояние, динамика, факторы», основано на данных 25-й волны «Российского мониторинга экономического положения и здоровья населения НИУ ВШЭ (RLMS-HSE)», проходившей в октябре 2016–январе 2017 годов. Численность выборки – 12 554 человека, в том числе 5 351 работающих, из которых 1 768 человек составляли рабочие (представители 7, 8 и 9 классов по классификатору профессий ISCO‑08).

IQ

Автор исследования: 
Наталья Тихонова, доктор социологических наук, профессор-исследователь НИУ ВШЭ, главный научный сотрудник Института социологии ФНИСЦ РАН