• A
  • A
  • A
  • АБB
  • АБB
  • АБB
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта

Тимофеев-Ресовский, российская школа и итоги исследований PIRLS и PISA

В Высшей школе экономики по инициативе редакции журнала "Вопросы образования", учредителем которого является ГУ-ВШЭ, 13 февраля 2008 года состоялся круглый стол "Парадоксальные результаты международных исследований оценки качества образования". В дискуссии принял участия главный редактор журнала и ректор Вышки Ярослав Кузьминов. Вел заседание научный руководитель Института развития образования ГУ-ВШЭ Исак Фрумин. Поводом для проведения круглого стола, в котором участвовали директора и учителя общеобразовательных школ, видные психологи, преподаватели вузов, стали итоги двух исследований: Международного исследования качества чтения и понимания текста — PIRLS 2006 и Международной программы по оценке образовательных достижений учащихся — PISA.

Выдающийся отечественный ученый Николай Владимирович Тимофеев-Ресовский выступал против системы регулятивного, обязательного среднего образования для всех, полагая, что при такой системе происходит "понижение планки": начальное образование исчезает, среднее образование становится начальным, высшее — средним, а аспирантура — высшим. И образовательные уровни понижаются… Эта мысль ученого с мировым именем прозвучала на круглом столе по теме "Парадоксальные результаты международных исследований оценки качества образования", прошедшем 13 февраля 2008 года в Государственном университете — Высшей школе экономики (ГУ-ВШЭ) по инициативе редакции журнала "Вопросы образования", учредителем которого является ГУ-ВШЭ. Главным редактор журнала и ректор Вышки Ярослав Кузьминов принял участие в дискуссии. Вел заседание научный руководитель Института развития образования ГУ-ВШЭ Исак Фрумин.

Поводом для проведения стола, в котором участвовали директора и учителя общеобразовательных школ, видные психологи, преподаватели вузов, стали итоги двух исследований: Международного исследования качества чтения и понимания текста — PIRLS 2006 и Международной программы по оценке образовательных достижений учащихся — PISA.

 

В исследовании PIRLS приняли участие 215 000 учащихся из 40 стран, из них 26 стран, включая и Россию, участвовали в аналогичном исследовании 2001 года. Россию в исследовании представляли 4955 выпускников начальной школы из 232 общеобразовательных учреждений 45 регионов страны. Парадокс состоит в том, что по результатам исследования ученики российской начальной школы возглавили лидирующую группу стран по чтению, а по итогам исследования PISA, охватившем около 400 000 учащихся из 57 стран мира (выборка российских учащихся 15-летнего возраста включала 6154 обучающихся из 210 образовательных учреждений 45 регионов России) выяснилось, что по всем основным направлениям, включая и грамотность чтения, результаты российских учащихся статистически значимо ниже, чем результаты по странам ОЭСР. Россия, например, находится на 37-ом месте по читательской компетенции.

То есть, получается, что когда юные россияне только-только начинают овладевать знаниями, они читают лучше, и воспринимают прочитанное тоже лучше, нежели когда они достигают юношеского возраста и выясняется, что читать они разучиваются. Нонсенс!

Но где же выход? Как современная модель российского образования учитывает результаты упомянутых международных исследований, что надо делать в основной школе, чтобы успешно развить навыки начального обучения (не загубив при этом детей)? Вокруг этих вопросов и сосредоточились основные дискуссии стола.

И в чем же причины такого регрессивного развития от навыков хорошего чтения — к их утрате? Отвечая на этот вопрос корреспондента Новостной службы портала ГУ-ВШЭ, Заведующая Центром оценки качества образования Института содержания и методов обучения Российской академии образования Галина Ковалева отметила, ссылаясь на мнение учителей-"предметников", что основная школа вообще перестает обращать внимание на чтение, перестала учить правильному чтению, и из программ исключены даже уроки чтения. Иными словами навыки, приобретенные в начальной школе, не закрепляются при последующем обучении. А раз навыки не совершенствуются, то они попросту утрачиваются. К этому можно добавить отсутствие интереса у учащихся, перегруженность учебников, не мотивирующих учеников к чтению.

В основном выступлении Г. Ковалева рассказала участникам стола о том, как проводились рассматриваемые международные программы, какие проблемы они высветили, что дают российскому образованию результаты той же программы PISA.

Выпускники основной школы России уступают сверстникам из других стран мира по всем трем направлениям, которые признаны в мире, как определяющие конкурентоспособность стран — математическое, естественнонаучное и чтение, и которые связаны с функциональной грамотностью по использованию запаса знаний, приобретенных в школе, для продолжения образования и выполнения своих общественных функций.

Среди выпускников основной школы, сообщила, в частности, Галина Ковалева, процент учащихся, показывающих самый высокий уровень (то есть, российская элита), очень сильно отличается по числу от всех лидирующих стран мира. По чтению, естественной и математической грамотности — это один-два процента, а, например, в Финляндии по чтению эта цифра составляет 15—17 процентов. Получается, что процент российской элиты весьма незначителен в сравнении с элитами других стран.

По уровню овладения читательской грамотностью, то есть, средствами приобретения новых знаний и продолжения образования Россия находится на 40-ом месте и ситуация здесь ухудшается…

Данные, приведенные Г. Ковалевой, задали тон выступлениям других участников форума. Были изложены многие интересные мысли и суждения, отмечалась необходимость инвестиций в учителей и директоров школ, указывалось на важность введения системы дополнительного образования, подчеркивалась назревшая актуальность вопроса о разработке нового поколения образовательных стандартов, изменения базисных образовательных учебных планов, усовершенствования системы оценивания знаний.

Тут-то и высказал директор лицея из города Троицка (Московская область) Николай Кучер убеждение, что "обязаловка" в среднем образовании не нужна, что нет смысла безоговорочно "загонять" всех подряд учеников в такое образование, которое губит себя самое, потому что, кроме всего прочего, нерадивые учащиеся "тянут за собой целый класс", что отрицательное сказывается на учебном процессе. Кроме того, школы вынуждены "для галочки" дотягивать до выпуска всех подряд. Эту точку зрения коллеги поддержала и директор Центра образовательных инноваций Татьяна Кастель, долгие годы работающая в системе отечественного образования. Она привела мнение известного советского биолога и одного из основоположников радиационной генетики, биогеоценологии и молекулярной биологии Николая Тимофеева-Ресовского, с которым судьба свела ее еще в годы работы в АН СССР.

О важности поднятия престижа профессии учителей говорил заместитель Научного руководителя Вышки Лев Любимов. За скорейшую разработку нового поколения образовательных стандартов высказался заведующий кафедрой психологии личности факультета психологии МГУ Александр Асмолов, а преподаватель из Москвы Алексей Воронцов отметил назревшую важность пересмотра учебных планов и системы оценки знаний учеников.

Своими соображениями по существу поднятых вопросов поделился с участниками стола ректор Вышки Ярослав Кузьминов. По его мнению, решение проблемы, которую высветило исследование PISA, кроется в восстановлении в России эффективности школьного образования и "восстановлении мотивационного потенциала ребенка". Ведь в школе, по сути дела, человек начинает делать выбор между двумя моделями поведения: между личными достижениями, тем, что ему нравится, и некими формальными вещами "для кого-то" — для оценки в дневнике, для родителей, позже — для начальника, для работодателя. Карл Маркс, напомнил ректор Вышки, еще в первой половине Х1Х века описал это, как теорию отчуждения труда. "И в ней было доказано, что труд неотчужденный обладает самомотивацией и стремлением к новому". Наша российская экономика, заметил в этой связи Я. Кузьминов, все в большей мере переориентируется на те сектора, "где люди, порождающие новое, составляют и вообще основную часть тех, кто добывает доход государству". Поэтому затронутый вопрос имеет чисто экономическое значение, это "вопрос нашего выживания на ближайшие 25—30 лет, вопрос конкретно для следующего поколения, которое должно войти в экономику и существовать в ней в условиях конкуренции".

Я. Кузьминов высказал мнение, что "мы все более и более проваливаемся, как система образования" и предпринимаемые сейчас обществом и государством шаги, направленные на наведение порядка в системе образования "в ряде случаев даже противоречат тому, о чем мы сейчас с вами говорим. Я имею в виду, — сказал ректор, — конкретно Единый государственный экзамен". В этой связи Я. Кузьминов откровенно заметил, что отечественная школа особенно в "плохих ее примерах, всегда работала на результат отчетности и показателей", а ЕГЭ "такого рода модель именно в плохих школах усугубляет". Однако, по мнению ректора, "ситуация не безнадежна, потому что на ряду с единым экзаменом существует система федеральных предметных Олимпиад и конкурсов, которые противодействуют этой тенденции".

Позитивным моментом реструктуризации системы образования, отметил Я. Кузьминов, является и восстановление дополнительного образования школьников, "которое сейчас обсуждается и, наверное, станет одним из элементов следующей президентской программы. Будет создана система поиска молодых талантов, и с инициативой на этот счет выступила в прошлом году Общественная палата Российской Федерации".

Тем не менее, все перечисленное, находится, по словам Кузьминова, "вне школы". А если менять ситуацию, исходя из интересов большей части населения страны, то надо следить за тем, что происходит внутри самой школы, потому что "именно школа, несмотря на явный подрыв за последние 50 лет ее образовательной монополии, все равно остается единственным институтом, комплексно отвечающим за образование, воспитание и специализацию учеников".

Что же можно, задался вопросом ректор, сделать внутри школы? Прежде всего, при выборе между личными достижениями и формальной отчетностью, нужны не просто красивые восклицания типа того, что "школа должна быть ориентирована на личные достижения!", что "у нас для всех должны быть введены индивидуальные учебные планы!". Все это — красивые фразы, но на практике такого "никогда не будет, ибо это невозможно с точки зрения ресурсов, кадрового обеспечения и в принципе невозможно потому, что школа — это весьма массовый институт". Ведь даже в Пушкинском лицее, где, по словам ректора, "были сосредоточены лучшие силы, все равно были забытые дети. Невозможно построить для всех такого рода образовательную организацию, где не будет забытых и аутсайдеров". Поэтому надлежит находить и предлагать нечто, что "было бы паллиативом, замещало бы учет личных достижений". "Я думаю, что мы можем добавить такой фактор, как внутри школьное соревнование, которое в какой-то степени замещает фактор личных достижений и, хотя в соревновании тоже есть проигравшие, но все же оно мотивирует достаточно больше число учащихся к поиску новых путей с тем, чтобы не просто осваивать школьные программы, но и подняться над ними. Вопрос в том только, как организовать такое соревнование". К сожалению, соревновательная природа обучения, в российских школах забыта.

Я. Кузьминов вновь привлек внимание к проблеме мотивации учащихся. Школы, по убеждению ректора Вышки, обязаны создавать гораздо больше мотивационных стимулов для учащихся. Так было в середине ХХ века, но в тех школах учитель "был авторитетом, на 80 процентов умнее родителей". Существовало понимание того, что в школе "ты приобретаешь путевку в жизнь". Еще один момент это "просто качество учителя". В настоящих условиях, отметил Я. Кузьминов, невозможно восстановление той прежней школы, поскольку школа потеряла образовательную монополию.

Но школа, безусловно, сохраняет ряд позиций (при наличии и телевидения, и Интернета, различных конкурсов), по-прежнему вне конкуренции "стоит учитель, проявляющий внимание к ребенку, школа остается практически монопольным поставщиком не анонимной, персонально ориентированной образовательной культуры". Но при этом сохраняется проблема качества учительского состава.

А каковыми же могут быть инструменты новой образовательной политики? Первое по мнению Я. Кузьминова — это олимпиады, конкурсы и.т.д. Второе — это соревнования. Третье — это выбор, который должен быть у учащегося "причем, такой выбор должен быть предоставлен с 7—10 лет, а не в девятом-одиннадцатом классе при том понимании, что ребенок должен самостоятельно — и чем раньше, тем лучше — научиться выбирать свои предметы в сфере образовательной траектории". Наконец, это ресурсы и первый среди них — это учитель, который "ныне утратил интерес к профессии, к познанию нового". Произошло так потому, "что с середины 1980-х годов в нашу школу идут троечники". Конечно, всегда есть и будут подвижники, работающие из любви к избранному делу жизни, но, к сожалению, подчеркнул Я. Кузьминов, "у нас значительная часть школ имеет ядро педагогического коллектива, состоящее из людей, которые не должны быть допущены к педагогической работе, и это ядро агрессивно выталкивает тех, кто не вписывается в их идеологию, в их психологию".

Именно на этом фоне основной проблемой выступает проблема учителей. Поэтому программа прихода в школу новых учителей "подразумевает не только материальный стимул, но, прежде всего — новую институализацию учителя при том понимании, что учитель-профессионал, учитель-педагог во всем мире — это учитель младших классов". Ведь учитель по предметам вполне может быть подготовлен, как это и происходит во всех странах, за один-два года педагогической магистратуры, или по окончании пединститута.

И надо, конечно, сокращать базисный образовательный план, ибо человек не может, "чисто биологически" воспринять такое количество предметов, как это предлагается в обязательном порядке сейчас. "Необходимо сокращение обязательного учебного плана на треть, а из оставшихся двух третей — в младших классах не менее 15 процентов, а в старших — не менее четверти, должны формироваться зоны абсолютно свободного личного выбора учащихся". Именно это поле и станет дополнительной площадкой для здоровой конкуренции между школами, подчеркнул Я. Кузьминов…

Материалы Круглого стола будут опубликованы в ближайшем номере журнала "Вопросы образования".

Николай Вуколов