• A
  • A
  • A
  • АБB
  • АБB
  • АБB
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта

Утвержден перечень журналов, за публикации в которых будут устанавливаться надбавки третьего уровня

В него вошли 7606 изданий

Совет Научного Фонда утвердил Перечень журналов, за публикации в котором, начиная с кампании 2021 года, будут устанавливаться надбавки третьего уровня. Принятие этого документа — важный для университета переход от системы установления надбавок третьего уровня на основе формальных наукометрических показателей к системе, сочетающей в себе элементы наукометрического подхода с содержательной независимой экспертизой. Масштабная реализация такой экспертной составляющей стала возможной благодаря содержательным усилиям профессиональных академических сообществ нашего университета.

В перечень вошло 7606 журналов. С полным их списком можно ознакомиться здесь.

Перечень стал результатом начатой в начале 2019 года работы отраслевых рабочих групп по основным научным направлениям деятельности университета. По техническим и естественно-научным областям он включает в себя только журналы, входящие в первые два квартиля Web of Science, по общественным и гуманитарным наукам Перечень был существенно дополнен журналами, номинированными рабочими группами (в том числе, по представлению факультетов и крупных научных подразделений) и прошедшими независимую экспертизу.

Для экспертизы были привлечены исследователи из ведущих университетов и научных центров всего мира, которые подбирались с учетом специфики, дисциплинарного направления и языка каждого журнала. Всего в экспертизе приняло участие более 1000 экспертов.

В итоге, в Перечень были включены 6116 журналов, входящих в первые два квартиля WoS по состоянию на 1 сентября 2020 года и не проходивших внешнюю экспертизу. Из них — 4410 журналов относится к естественным наукам, и 1248 журналов — к общественным и гуманитарным наукам, 458 журналов носит междисциплинарный характер.

Дополнительно в Перечень был включен 201 журнал, входивший по состоянию на 1 сентября 2019 года в первые два квартиля WoS, но не вошедший в первые два квартиля WoS на 1 сентября 2020 года. Помимо этих журналов в Перечень вошло 1289 журналов, относящихся к общественным и гуманитарным наукам – эти журналы были номинированы отраслевыми рабочими группами (в том числе, на основании рекомендаций подразделений) и прошли независимую экспертизу.

Вошедшие в Перечень журналы распределяются по укрупненным тематическим направлениям следующим образом:

С кампании 2021 года данный Перечень становится основным рабочим инструментом для установления академических надбавок 3 уровня (напомним, что кампания 2021 года будет носить переходный характер и в нее при установлении надбавки 3 уровня будут учитываться и журналы, входящие в первый квартиль Scopus, даже если они не входят в данный перечень).

И это не единственное нововведение, которое начнет действовать с будущего года. Так, с 2021 года будет проводиться ежегодный конкурс русскоязычных публикаций, в рамках которого будут награждаться лучшие публикации сотрудников и студентов ВШЭ в русскоязычных журналах.

Перечень будет корректироваться раз в три года. О том, как это будет устроено, а также о других организационных моментах использования Перечня можно прочитать здесь.

В ближайшее время презентация списка с рассказом об организации работы по его формированию и ее результатах пройдет на Ученом Совете ВШЭ. Отдельное обсуждение состоится и для всех заинтересованных сотрудников университета.

По любым вопросам, связанным с данным Перечнем журналов, можно обращаться к сотрудникам Наукометрического центра scientometrics@hse.ru

Своими мнениями о работе группы и о получившемся Перечне журналов делятся руководители ряда отраслевых рабочих групп.

Фаликман Мария Вячеславовна
руководитель рабочей группы по направлению «Психология», профессор, руководитель Департамента психологии факультета социальных наук НИУ ВШЭ

Психология как область знания находится на пересечении дисциплин естественнонаучного, гуманитарного и общественного циклов. Поэтому одни разделы психологии, такие как экспериментальная психология познания и психофизиология, развиваются в логике естественных наук, а публикации находят отражение в журналах, индексируемых Web of Science, а в других областях (например, в психологии личности, истории и методологии психологии) эти правила работать перестают.

Скажем, коллеги, работающие в сфере нейрокогнитивных исследований, в перспективе имеют шансы опубликоваться в Nature и Science, а в «гуманитарных» разделах психологии (точно так же, как в гуманитарных науках) мы видим журналы с высочайшей репутацией, которые в принципе не индексируются в Web of Science.

Появление экспертного списка журналов выравнивает возможности представителей разных областей и подходов в плане получения академических надбавок. Но даже и в естественнонаучных областях психологии, таких как психофизика, вполне можно обнаружить крайне уважаемые журналы, которые в силу узости специализации относятся к третьему квартилю WoS, хотя признанные лидеры области, чьи работы изучаются в базовых учебных курсах по психологии, много десятилетий выбирают их для публикации своих результатов. 

В отраслевую рабочую группу по психологии вошли наиболее активно публикующиеся исследователи департамента, в том числе представители научных центров и лабораторий по нашим ключевым научным направлениям, от когнитивной до кросскультурной психологии, регулярно получающие надбавки 3 уровня. Помимо этого, в группе работали эксперты из Института когнитивных нейронаук и из Центра языка и мозга НИУ ВШЭ.

Мы пригласили также несколько внешних экспертов из числа принимающих участие в защитах на нашем диссертационном совете – это касалось прежде всего тех областей, которые в целом представлены в НИУ ВШЭ, однако международная публикационная активность пока не слишком высока (например, организационная психология). Этих коллег, особенно Катерину Безрукову из Университета Буффало, хотелось бы поблагодарить отдельно за очень активное и нисколько не формальное участие общих обсуждениях.

Каждый из членов группы имел возможность номинировать журналы (насколько мне известно, в ряде случаев номинирование осуществлялось по результатам обсуждений, которые эксперты проводили в своих научных подразделениях). По некоторым журналам, относительно которых не было единства мнений, мы дополнительно запрашивали мнение специалистов из числа сотрудников департамента, не входящих в состав рабочей группы, но регулярно публикующихся в журналах верхних квартилей. 

Группа работала преимущественно дистанционно, в формате дискуссий по электронной почте (что, впрочем, не делало эти дискуссии менее бурными), а также в созданной менеджером группы Google-таблице, куда вносились номинируемые журналы, тип и статус заполнения анкеты на каждый журнал, а также комментарии членов группы и ответы на эти комментарии. Признаюсь, очень выручило наличие в составе группы эксперта, который входил рабочую группу еще по одному направлению и делился полезными практиками, а также – особенно на заключительных этапах работы – напоминал о сроках (помните в одной культовой детской книжке: «Видишь? Губернатор уже лифчик надел. Он уже и штанишки к лифчику пристегивает, а ты все копаешься!»). Хотелось бы верить, что и какие-то наши практики, вроде сводной Google-таблицы, могли оказаться полезными.

На заключительном этапе подготовки списка журналов члены группы знакомились с результатами внешней профессиональной экспертизы и имели возможность обоснованно поддержать журналы, набравшие пограничное количество баллов. Такие обоснования действительно были подготовлены нашими экспертами, и несколько достойных журналов, в том числе междисциплинарного характера, были включены в итоговый список по итогам общего обсуждения с руководителями всех отраслевых рабочих групп.

Мне представляется, что получившийся в итоге список журналов учитывает и междисциплинарный характер психологии как области научного знания, и ее пограничное положение в системе наук, и те области психологического знания, которые в настоящее время наиболее активно развиваются в НИУ ВШЭ и отражены в программе развития университета. Очень важно, на мой взгляд, то, что проведенная экспертиза позволит учесть при назначении надбавок репутацию журналов в академическом сообществе. Вместе с тем это в каком-то смысле список на вырост, который будет стимулировать коллег публиковаться в лучших журналах, где университет пока не представлен, и получать за это заслуженные академические надбавки.

Старженецкий Владислав Валерьевич
руководитель рабочей группы по направлению «Право», доцент Департамента международного права факультета права НИУ ВШЭ

Для юристов международные публикации всегда были слабым местом по объективным причинам. Российская юридическая культура только в последнее время начала обращать внимание и признавать необходимость англоязычных публикаций в ведущих зарубежных журналах.  Ориентация на квартили, в свою очередь, серьезно ограничивала перечень журналов, в которых могли публиковаться наши коллеги и создавала излишнюю неопределенность, так как квартили могли меняться от года к году. Переход к стабильному списку – гораздо более удобная и предсказуемая система, которая не только значительно расширяет список потенциальных журналов по юридическому профилю, но и позволяет планировать свою публикационную активность на годы вперед, так как список журналов уже не подвержен столь частым изменениям.

Наша рабочая группа состояла из коллег, представляющих разные отрасли права и у которых имелся богатый опыт работы в международной среде и соответствующие публикации в международных журналах. Мы пригласили всех сотрудников факультета права представить свои предложения по номинациям для включения в список журналов, затем совместно с Наукометрическим центром ВШЭ составили широкий список журналов, которые потенциально могли рассматриваться в качестве журналов с высокой международной репутацией (мы учитывали множество факторов, среди которых издательство, которое стоит за конкретным журналом, авторитет главного редактора и редакционной коллегии, цитируемость, квартили журналов, вхождение в различные международные списки и иные) и потом передали его на внешнюю экспертизу. И мы очень рады, что в подавляющем большинстве случаев наше мнение и мнение международных экспертов совпало.

Мы рассчитываем, что благодаря появлению Списка журналов количество англоязычных публикаций по юридическому направлению существенно вырастет. У наших коллег появляется весомый стимул повышать уровень своих публикаций, вливаться в международную академическую среду, преодолевая замкнутость нашего отечественного предметного поля. И думаю, что кумулятивный эффект на заставит себя ждать, во всем мире узнают о лучших исследованиях российских ученых-юристов, а уровень российской юридической науки будет неуклонно расти.

Фейгин Евгений Борисович
руководитель рабочей группы по направлению «Математика», профессор Базовой кафедры Физического института им. П.Н. Лебедева РАН, факультет математики НИУ ВШЭ

Действующая до сегодняшнего дня в Вышке система академических надбавок имеет ряд существенных недостатков. Во-первых, для того, чтобы однозначно определить квартиль статьи, ее нужно отнести к определенной тематической категории. Для этого статья посылается экспертам, которые выносят свой (не всегда хорошо обоснованный) вердикт.

Во-вторых, после определения категории статье присваивается квартиль по базам данных WoS и Scopus. Однако процесс опубликования статьи (от отправки исходного текста до появлении статьи в журнале) в математике зачастую занимает 2-3 года, в течение которых квартили могут не раз поменяться.

В-третьих, далеко не все журналы Q1 сильно лучше (или даже просто лучше) журналов Q2, однако надбавки за статьи в журналах Q1 и Q2 в нынешней системе существенно различаются.

Поэтому переход от старой системы к фиксированному на три года списку журналов является, безусловно, правильным шагом. Это сделает систему академических надбавок более прозрачной и прогнозируемой. При этом необходимо отметить, что выставление планки на уровне  Q1-Q2 WoS является существенным ужесточением требований к математическим публикациям. Учитывая длинный издательский цикл, важным является переходный 2021 год, когда кроме статей в журналов Q1-Q2 WoS на надбавку будут также приниматься статьи из журналов Scopus Q1.   

Мы не стали исключать какие-либо журналы Q1-Q2 WoS из списка. В математике бывают журналы, которые работают с нарушениями общепринятых в математическом сообществе норм (платные публикации, сжатые сроки рецензирования, огромное количество статей в выпуске), но такие журналы, как правило, принадлежат к нижним квартилям. Наоборот, необходимо отметить, что несколько очень качественных математических журналов остались вне списка, так как по тем или иным причинам не попали в два верхних квартиля . Принятое недавно Положение о формировании списка учитываемых журналов позволяет добавлять такие журналы в течение трехлетнего периода действия списка при их попадание в верхние квартили WoS – естественно, при наличии существенных аргументов и по решению Научного фонда.  

Для стабильного развития академического сообщества Вышки необходимо, чтобы сотрудники четко понимали, что они должны сделать, чтобы получить достойную зарплату. Идея списка состоит в том, чтобы сделать процедуру получения надбавки более прозрачной и прогнозируемой. Несмотря на то, что во многих областях процесс формирования списка был напряженным и болезненным (особенно это касается гуманитарных  областей, в которых квартили очень плохо отражают реальный уровень журналов), я надеюсь, что появление такого долговременного списка (с потенциальными точечными уточнениями) приведёт к улучшению академического климата в университете.

Воскобойников Олег Сергеевич
руководитель рабочей группы по направлению «История и археология», профессор Школы исторических наук факультета гуманитарных наук НИУ ВШЭ

Для оценки достижений в истории, как и для всего гуманитарного знания, система квартилей двух международных баз научного цитирования, как известно, имеет целый ряд недостатков. Web of Science до сих пор относительно мало интересуется гуманитарными науками, Scopus примерно вдвое богаче ее, однако его квартили очень мобильны. То и другое усложняло как работу университетской наукометрии, так и индивидуальные стратегии гуманитариев.

Чтобы нивелировать эти противоречия, проведена масштабная реформа и выработан новый перечень журналов. Для этого в нашу группу вошли представители основных научных направлений, объединенных под эгидой истории, в том числе, искусствознание, частично востоковедение, этнология и археология.

Как шла наша работа? Все мы глубоко убеждены, что нет ни одного исторического журнала, который был бы исключительно историческим, поэтому мы на всех этапах консультировались, во-первых, с братскими группами филологов и философов, во-вторых, с нашими коллегами по цеху, опять же как в узком смысле, историками, так и с соседями по факультету гуманитарных наук. Мы, естественно, вдесятером не могли охватить все области исторического знания, поэтому с самого начала крупные направления мы для себя разделили на более мелкие, специфические подгруппы. Отбирая журналы, мы смотрели, что в них печатается, как в плане качества, так и в плане тематики.

Нетрудно догадаться, что нам неформально помогали десятки наших коллег из всех кампусов. Мы не могли так же не учитывать уровень развития тех или иных исторических направлений в рамках научных лабораторий и центров: их работу хотелось поддержать и одновременно стимулировать публикации на иностранных языках. По-моему, это пойдет на пользу всем нам.

На начальном этапе мы отобрали в обеих базах все зарубежные и русские журналы, которые, по нашим представлениям, ведут честную публикационную политику. Публикации в них по определению вносят вклад в развитие науки на нашей планете, а не только в репутацию конкретного университета. С нашим предварительным списком ознакомились соответствующие подразделения и внесли свои предложения, часть из которых мы учли.

Затем наш список отправился на довольно длительную внешнюю экспертизу, прошедшую этим летом. Журналы по русской истории оценивали зарубежные слависты и русисты, по антиковедению — антиковеды, по медиевистике — медиевисты, по исламу — исламоведы, по библеистике — библеисты. И так далее. Механизм этот в общем-то довольно прост и прозрачен. Но, во избежание любых конфликтов, имена внешних экспертов остались неизвестными всем, включая нас.

Таким образом, «система научных ценностей», предложенная нашим сообществом, прошла, что называется, проверку внешнего сообщества. Естественно, не все предложенные нами журналы, в особенности, русскоязычные, ее прошли, с этим приходится смириться. Есть специфические области научного поиска, ограниченные тематически, хронологически или географически, которые в созданном Перечне представлены слабо, в том числе потому, что соответствующая периодика имеет очень узкий охват, не учитывается обеими базами или ограничивается ежегодниками. Она, говоря на языке наукометрии, «недостаточно заметна». Тем не менее, я могу констатировать, что ни одно мало-мальски значительное гуманитарное направление не осталось в тени, «ни одна поляна» не закрыта.

Болдырев Иван Алексеевич
руководитель рабочей группы по направлению «Философия», Radboud University Nijmegen

Для философии и других гуманитарных дисциплин журналы в каких-то областях играют важную роль, в каких-то нет. В любом случае существенно учитывать более широкий спектр журналов на разных языках и не сравнивать журналы между собой по наукометрическим показателям (например, квартилям). 

Мы работали с несколькими исходными списками (в основном предназначенными для скандинавских университетов); коллеги из группы предлагали номинировать журналы из своих областей, журналы номинировались, если не вызывали ни у кого возражений. Предлагать нам номинировать журналы могли и коллеги с Факультета гуманитарных наук, не входившие в рабочую группу, большой список мы получили и из ИГИТИ.

Те номинированные журналы, которые не попали в итоговый список автоматически, были направлены на внешнюю экспертизу. Коллеги могли предлагать экспертов сами (при условии отсутствия конфликта интересов и соблюдения), хотя, кажется, активно этой возможностью не пользовались. 

Появление списка учитываемых журналов – это шаг на пути к общему повышению академических стандартов и к отказу от наукометрического формализма. Действительно, в наш итоговый список попали солидные и качественные журналы, которые жесткий (и вполне бессмысленный применительно к гуманитарным наукам) фильтр цитируемости, возможно, не прошли бы. Однако пройдет еще какое-то время, прежде чем списки журналов станут реальным работающим инструментом и ориентиром для коллег из разных дисциплинарных культур.

Вдовин Алексей Владимирович
руководитель рабочей группы по направлению «Филология, линвгистика и медиа», доцент Школы филологических наук

Для направления «Филология, лингвистика и медиа», которым мы с коллегами занимались, работа над списком, на мой взгляд, была очень важным шагом в сторону стабильности и внятных ориентиров. Когда квартили у многих гуманитарных журналов скачут каждый год, возникает фрустрация: «а вдруг журнал, в который я послал статью, слетит в 3 или 4 квартиль и я не получу надбавки?». Возникает и искушение искать, «где глубже» — подавать статью в любой журнал, лишь бы он был в топе. От этого нужно уходить. 

Как мы знаем, показатели в WoS и Scopus далеко не всегда адекватно измеряют реальный вклад того или иного гуманитарного журнала в свою область, поэтому список, составленный с учетом мнения широкого круга экспертов из разных стран, — в данном случае гораздо более правильное решение. Не идеальное, но позволяющее учитывать репутацию журналов.    

Работа в группе, куда входило более десяти человек, представителей различных направлений в лингвистике, филологии и медиа, шла целый год. Члены группы могли номинировать любой журнал, индексируемый в Scopus и WoS, могли советоваться со своими коллегами по департаменту или школе (и пользовались этой возможностью). Затем был момент, когда на список номинированных журналов смотрели руководители всех подразделений факультета и именно тогда было предложено много дополнений.

Должен сказать, что, как в любой работе, у нас не обошлось без технических накладок: механизм номинирования и анкетирования журналов обкатывался впервые, и поэтому при огромном числе гуманитарных журналов (их было номинировано около 1500) несколько десятков из-за технических сбоев с первого раза не попали в число номинаций. Однако на этапе проверки мы их вернули.  

Экспертиза была многоступенчатой. Во-первых, Наукометрический центр разработал список формальных показателей, по которым каждый журнал набрал определенное число баллов. При достижении определенного балла журнал проходил в итоговый список без внешней экспертизы. Таких журналов было очень много.

Во-вторых, журналы, недобравшие баллы, отправлялись внешним экспертам, в подборе которых участвовали и сами группы. Например, наша нашла около 20 человек  — специалистов по славистике, востоковедению, классической филологии, литературоведению, лингвистике  В большинстве своем это были профессора европейских и американских университетов, которые любезно согласились ответить на краткие вопросы о каждом из предложенных им журналов. 

Самый сложный этап, на мой взгляд, заключался в трактовке полученных отзывов. Наукометрический центр в первую очередь смотрел на то, знаком ли эксперт с журналом и рекомендует ли в нем публиковаться. К такому подходу могут возникнуть вопросы. Например: а вдруг эксперт не слышал о журнале просто в силу ограниченности кругозора? Да, такое возможно и потому анкеты рассылались как можно большему числу потенциальных экспертов (для некоторых журналов было отправлено по 30-40 приглашений).

Мне кажется, что при всей трудоемкости и сложности годовой работы над списком, это был важный опыт. Прежде всего, мы стали больше общаться внутри нашего огромного факультета, обсуждая специфику журналов в разных областях гуманитарного знания. Конечно, выявились разногласия. Они касаются в первую очередь роли и знания лучших отечественных, как правило русскоязычных журналов и их потенциального места в новом списке. Тут мнения разделились.  

Пекарский Сергей Эдмундович
руководитель рабочей группы по направлению «Экономика, менеджмент (включая ГМУ)», профессор, декан факультета экономических наук НИУ ВШЭ

С точки зрения ранжирования журналов и восприятия престижности публикаций, предметная область Экономика (включая Финансы) имеет свои давние традиции. В отличие от многих других областей, экономисты давно формировали свои рейтинги и списки журналов. Более того, здесь сложились конвенциональные представления, лежащие в основе принятия решений о тенюре в западных университетах. Поэтому, принимая во внимание положительные стороны использования наукометрического подхода, а также сравнительные преимущества WoS в сравнении со Scopus, мы не могли игнорировать альтернативные и весьма часто используемые в мире (в том числе и для кадровых решений) списки и рейтинги журналов, такие как RePEc. 

На первый взгляд курьезно, но журнал Econometrica, без сомнений включаемый любым экономистом в бессменную пятерку лидеров (top general-5), в WoS не входит даже в первую десятку. Но это не изъян WoS. Многие традиционно престижные журналы по экономике были потеснены в WoS мультидисциплинарными журналами, «зашумляющими» рейтингование чисто экономических журналов. Это само по себе не хорошо, и не плохо, а просто данность.

Кроме того, конвенциональные представления экономистов о престижности того или иного журнала подвержены большей инерции, чем наукометрические оценки. А это нельзя не брать в расчет.

Другое важное обстоятельство связано с целями развития предметной области экономики в ВШЭ. Экономистам молодого российского университета крайне важно не только стремиться опубликоваться в самых престижных журналах, но и развивать лидерство в определенных направлениях, где у нас есть хорошие заделы и конкурентные преимущества. А значит нужен поиск компромисса с формальными показателями журналов. В силу этих и других соображений, для нашей предметной области было необходимо составление списка журналов не только на наукометрической, но и на экспертной основе.

В силу ряда причин и с учетом опыта организации работы Научного фонда НИУ ВШЭ, в университете была создана предметная рабочая группа, объединяющая три близких направления: экономику (включая финансы), менеджмент и государственное и муниципальное управление. Но договорившись изначально об общих принципах и подходах, мы пошли по пути выделения направлений, организовав предварительные обсуждения в соответствующих подгруппах.

Общий состав участников рабочей группы отражал два важных принципа. Во-первых, это коллеги, имеющие опыт публикаций в ведущих международных журналах, а также опыт обучения и работы в западных университетах. Другими словами, это коллеги, не понаслышке знающие международные конвенции профессии. Во-вторых, было крайне важно привлечь к процессу не только сотрудников ВШЭ, но и коллег из других университетов. С учетом того, что и научные интересы членов рабочей группы были достаточно разносторонними, состав группы получился хорошо сбалансированным.

Приступая к работе по отбору журналов, мы могли отталкиваться не только от WoS, Scopus и т.н. скандинавских списков, но и от других международных отраслевых списков по экономике и менеджменту, составленных как на основе метрик, так и различных экспертных оценок. Это стало основой алгоритма и сняло необходимость номинировать много журналов со стороны членов рабочей группы, оставив такую возможность для подразделений.

Первая стадия по отбору журналов по экономике  в результате была связана с сопоставлением первых двух квартилей WoS и RePEc и выглядела так (схожий подход использовался в менеджменте, но там использовался список ABS):

  1. 250 журналов WoS Q1-Q2 и RePEc Q1 практически автоматически попали в список; 
  2. 235 журналов, не входящих в WoS Q1-Q2, но входящих в RePEc Q1, были рассмотрены на предмет включения в список с использованием других экспертных и метрических показателей. Ориентиром служило вхождение журнала в топ хотя бы по одному показателю. Кроме того, изучались сайт журнала, его редколлегии и содержания свежих выпусков; 
  3. 95 журналов RePEc Q2 и WoS Q1-Q2 рассматривались на предмет соответствия принципам составления предметных списков; 
  4. Обсуждая включение 253 журналов, входящих в RePEc Q2, но не входящих в WoS Q1-Q2, мы также смотрели на альтернативные показатели. Ориентиром служило вхождение в топ хотя бы по одному наукометрическому показателю и по одному экспертному рейтингу из списка. И, опять же, проходило изучение сайтов, редколлегий и содержания свежих выпусков; 
  5. Наконец, 256 журналов WoS Q1-Q2 в тематической рубрике Economics and Business не вошли в категории выше. Они рассматривались отдельно.

Важно отметить, что мы не воспринимали указанные выше этапы алгоритма как критерии для чисто технического включения журналов: это был именно удобный алгоритм рассмотрения, при том что основой для принятия решений были экспертные мнения членов рабочей группы. Не менее важным был и этап номинаций от подразделений и сотрудников, предложивших дополнительно 107 журналов, из которых мы отобрали для дальнейшей наукометрической и международной экспертизы 55 зарубежных и 11 российских или аффилированных с ВШЭ журналов.

Результаты отбора журналов были представлены на рассмотрение Научного фонда НИУ ВШЭ. 161 журнал из номинированных нами на разных этапах был рекомендован к включению без международной экспертизы. 46 журналов (включая 11 российских или аффилированных с ВШЭ) было отправлено на международную экспертизу. Полученные экспертные заключения были проанализированы рабочей группой: в ряде случаев мы согласились с анонимными экспертами, в некоторых случаях нет.

Обсуждение шло не просто, по некоторым журналам консенсус не складывался, и мы были вынуждены голосовать. Отдельно стоит отметить непростую дискуссию по российским экономическим журналам. С одной стороны, они не получили высокие оценки со стороны международных экспертов. С другой стороны, большинство членов рабочей группы, отмечая растущий уровень качества отечественных публикаций, также посчитало невозможным включать журналы в список (по крайней мере, в настоящее время и в заданном дизайне обновляемой системы академических надбавок).

Уверен, что для экономистов ВШЭ, переход от исключительной ориентации на наукометрические показатели Scopus и Wos к собственному списку – это важный шаг вперед. Во-первых, несмотря на серьезные споры и даже непримиримые позиции в отношении включения ряда журналов, подготовленный список – это основа для консолидации внутри профессии, появление внутренней, а не внешней конвенции. Надеюсь, что останутся в прошлом курьезы, когда коллеги гордились «публикацией Q1» (причем, неважно где – в WoS или Scopus), а не публикаций в определенном журнале.

Во-вторых, для коллег важна большая стабильность, заложенная в новую систему академических надбавок (список будет обновляться на трехлетней основе, в то время как некоторые журналы перемещаются между квартилями от года к году). Выбор целевого журнала для своего исследования должен стать академическим, а не стратегическим.

Широкова Галина Викторовна
соруководитель рабочей группы по направлению «Экономика, менеджмент (включая ГМУ)», Санкт-Петербургская школа экономики и менеджмента, Департамент менеджмента НИУ ВШЭ – Санкт-Петербург

Я думаю, что такой переход важен не только для направления «Менеджмент», но и для всех общественных и гуманитарных наук и, в первую очередь потому, что техническая наукометрия не всегда работает. Особенно ярко это проявляется при использовании квартилей базы Scopus, которая в последние годы существенно снизила барьеры для входа, что привело не только к серьезным проблемам с «мусорными» журналами, но и с трактовкой журнальных метрик, в т.ч. ключевой для российских ВУЗов метрики ScimagoJR, которая не только не фильтрует журналы, но и всячески поощряет неквалифицированное использование квартилей (см. красочный интерфейс Scimagojr.com). 

Что касается первых квартилей базы Web of Science, то до последнего времени она основывалась на постулатах классической наукометрии, диктовавших, что для того, чтобы любые цитатные индикаторы были осмысленными, множество учитываемых журналов должно включать преимущественно ведущие международные издания и не включать локальные и малозначимые, в т.ч. не цитируемые уже включенными изданиями. Таким образом, несмотря на то, что WoS по качеству значительно превосходит Scopus, WoS не рассчитывают импакт-факторы для гуманитарных журналов: в этой базе не только не индексируется огромный процент гуманитарных ссылок из книг, сборников и т.д., но и сама сеть журналов фрагментирована из-за различных национальных традиций и школ, поэтому сеть цитирований по определению неполна и смещена. 

Для того, чтобы преодолеть недостатки существующего технического подхода с ориентацией на квартили, Научным фондом НИУ ВШЭ была организована работа по созданию списка учитываемых журналов при назначении академической надбавки третьего уровня на основе базы WoS и внешней международной экспертизы

В конце декабря 2018 была сформирована единая рабочая группа (ОРГ) по экономике, менеджменту и ГМУ, куда вошли ведущие ученые из НИУ ВШЭ, имеюще публикации в высокорейтинговых журналах в своих областях знаний и внешние зарубежные эксперты. Внутри ОРГ была разделена на две подгруппы: 1 – Экономика и 2 – Менеджмент и ГМУ. Меня попросили возглавить вторую подгруппу, куда вошли ведущие российские и зарубежные ученые. 

Процесс отбора имел несколько этапов, и работа в нашей ОРГ была организована следующим образом.

На первом этапе был создан единый список журналов, куда вошли все журналы по менеджменту и ГМУ (Public Administration), включенные в 1 и 2 квартили WoS и Scopus, кроме журналов, включенных в «черный список» НИУ ВШЭ. В эту же базу были добавлены журналы из списка ABS (ABS(AJG) – The Chartered Association of Business Schools Academic Journal Guide 2018.

На данных двух базах мы сошлись после продолжительного обсуждения других критериев и в итоге решили ориентироваться на них. Далее рабочей группой был разработан алгоритм работы экспертов со списком журналов, который включал в себя содержательный анализ всех журналов, которые не попали в 1 и 2 квартили WoS или в список ABS, но, по мнению экспертов, представляли собой авторитетные научные издания в конкретной области менеджмента и бизнеса. Для удобства проведения экспертизы, были разработаны специальные анкеты, в которых учитывались не только формальные наукометрические показатели, но и показатели международного  охвата, страны-лидеры, публикующиеся в журнале, ведущие авторы и т.п.

После этого этапа мы провели опрос среди подразделений НИУ ВШЭ по включению дополнительных журналов, не вошедших в список, но по мнению коллег, достаточно авторитетных для включения в список. По итогам опроса был составлен список дополнительных журналов, который также был отправлен на внешнюю международную экспертизу. В случае, если мы получали неоднозначные мнения по журналу, внутри ОРГ было организовано голосование, по итогам которого журнал включался в дополнительный список. Однако окончательное решение по этому списку принималось на заседании Экспертного совета Научного фонда.

В результаты работы рабочей группы по Менеджменту и ГМУ, которая длилась почти два года, был сформирован список учитываемых журналов, который может обновляться каждые три года. 

Я считаю, что создание данного списка журналов является значительным шагом вперед на пути повышения качества научных публикаций, и конечно же, самих научных исследований в целом. Дело в том, что, к сожалению, мы иногда забываем, зачем нужна наука. Особенно остро этот вопрос задают ученым в области менеджмента, т.к. некоторые считают, что мы должны заниматься только прикладными исследованиями, которые актуальны для бизнеса и организаций разного типа.

На самом деле, задача науки в области менеджмента, как и в любой другой предметной области, заключается в поиске ответов на актуальные вызовы и глобальные проблемы общества и человечества. Именно такие требования к научным работам предъявляют ведущие журналы по менеджменту и бизнесу, и ориентация на эти журналы позволит нашим ученым присоединиться к дискуссии, которая ведется на страницах этих журналов, и внести свой вклад в решение наиболее значимых современных проблем общества и бизнеса.

11 октября, 2020 г.

«Вышка для своих» в Telegram