• A
  • A
  • A
  • АБB
  • АБB
  • АБB
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта

Новые планы и проекты культурологов Вышки

Виталий Куренной о будущем Школы культурологии

Факультет гуманитарных наук будет реорганизован в этом году. Виталий Куренной рассказал, что ждет культурологов Вышки и какие проекты будут реализованы в ближайшее время.  

Куренной Виталий Анатольевич
Руководитель Школы культурологии

Хотел бы не начать, а завершить культурологией. Буду двигаться старым философским путем – от общего к частному, затронув не только текущие, но важные стратегические вопросы, связанные с культурологией в нашем университете.

История пришла в движение, что, несмотря на длительную иронию над Фрэнсисом Фукуямой, всерьез, на уровне нашей повседневной культуры и рутинной занятости, происходит довольно неожиданно. Не буду комментировать глобальную повестку, где культура также бурлит, буду говорить лишь о российском контексте. 

Начнем с того, что мы живем в новой стране, стране, в которой изменился ее основной закон – Конституция. И это важное изменение для всех граждан России в самых разных отношения. В частности, произошло существенное повышение конституционной значимости культуры. Полагаю, нас ждет интересная общественная и экспертная дискуссия по поводу понимания обновленной 68 статьи Конституции: «Культура поддерживается и охраняется государством». Но это также означает то, что культурологам и так известно: значимость проблематики культуры как в мире, так и в нашей стране только возрастает. Следовательно, будет возрастать и спрос на культурологическое образование, которое востребовано, конечно, не только там, где действуют государственные учреждения и программы.

Второе существенное обстоятельство заключается в том, что мы оказываемся в ситуации тяжелого экономического кризиса, затронувшего и систему образования во всем мире. Кризиса, который, судя по тому, что я читаю, мир не переживал очень давно. Возможно, это пока плохо осознается работникам науки и образования в России, большинство из нас защищено государством. Но в этой ситуации возрастает роль социальной миссии и ответственности университета. 

В моем понимании это означает, среди прочего, что университет должен оказать обществу максимальную поддержку. Что и сделала Вышка, открыв, например, свои курсы на образовательных платформах городу и миру (я никогда не получал столько слов благодарности за свои онлайн-курсы, как в период самоизоляции). В нашей области культурологических исследований и проектов мы также будем максимизировать свои усилия на том, чтобы использовать наши компетенции для улучшения осложнившейся ситуации в культурной и социальной сфере, в экономике туризма, которая несет огромные потери. На таких проектах мы и собираемся сосредоточиться в ближайшее время, серьезно расширив нашу культурологическую работу на региональном уровне.

Третье рамочное изменение, с которым мы сталкиваемся, связано со структурой образовательного процесса в Вышке. Сейчас в университете идет процесс трансформации в направлении «проектной модели» университета. Этот процесс является творческим и поисковым. Какие-то рамки для него созданы администрацией, но все начинания предлагают сами ученые, преподаватели и студенты. Мне кажется, это интересный вызов, и в этом направлении мы сейчас и работаем с нашей командой. Упраздняются прежние подразделения, возникают новые, какие останутся надолго – неясно. Задержусь на этом моменте неопределенности.

Также читайте

Ученый совет одобрил изменения, касающиеся внутренней организации факультетов

Как знают все мои ученики и коллеги, я являюсь сторонником либеральной, гумбольдтовской модели образования. Ее социальный контекст я выразил в одной из своих последних статей в журнале «Вопросы образования» следующим образом: «модель либерального образования сохраняла и сохраняет свою актуальность в той мере, в какой наше положение отвечает «первичной сцене» ее появления, т.е. ситуации перехода от традиционного общества к обществу модерна, которая была связана с непредсказуемыми институциональными сдвигами и драматическим ускорением цивилизационной динамики, ведущей к слому воспроизводящейся на протяжении длительных периодов социально-ролевой структуры». 

Было бы странно, однако, готовить выпускников к жизни в мире, который институционально изменчив, но внутри самого университета не быть готовым к подобного рода изменениям. Тревоги по поводу организационного поиска, связанного с упразднением и созданием подразделений, сменой административных позиций, затронувший и культурологию в Вышке, психологически понятны, но содержательно свидетельствуют о рецидивах традиционной для университета «цеховщины», в которой, конечно, есть и свои плюсы.

Во время карантина мы с коллегами, помимо прочего, обсуждали и новые модели образования на факультете гуманитарных наук. Поделюсь тут кратко своим видением на этот счет. В целом я считаю, что в будущем мы все же придем к модели Liberal Arts образования – если не в университете в целом, то по крайней мере на отдельных факультетах. 

Это означает, что студенты не будут стоять перед необходимостью выбрать себе специальность, о которой они обычно мало что знают, до поступления в университет, а начнут поступать на факультет вообще. Это даст им возможность сориентироваться в содержании университетского образования, сознательно и свободно выбрать свой образовательный трек уже внутри университета, а не за его порогом. 

С этой точки зрения прежнее деление на департаменты и школы представляется мне далеко не таким важным, как в советское время, когда государство строго отмеряло число кадров, которые нужны плановой экономике (а сегодня мы живем все еще с остатками этой системы). 

В исследовательском университете в образовательном процессе должно расширяться участие как раз проектных и исследовательских групп, которые могут предложить студентам определенные пакеты курсов, формирующихся с учетом актуальных проектных направлений и запросов студентов, стремящихся подготовиться к выходу на реальный рынок труда. 

Исходя из такого понимания будущей перспективы, слияние школы философии и школы культурологии, как и другие слияния или разделения, которые сейчас происходят в университете, не воспринимаются мной как угрожающие чьей-то автономии. Скорее, я думаю о будущем, где первоочередную роль будут играть не административно-дисциплинарные границы созданных раз и навсегда подразделений, а подвижный фронтир научных и прикладных проектов, который способен достаточно быстро менять свою конфигурацию и предлагать свои образовательные блоки для студентов.

Также читайте

Проректор НИУ ВШЭ Сергей Рощин о реорганизации трех факультетов Вышки

Теперь о культурологии. Слияние двух школ не ведет к упразднению действующих на них образовательных программ – ни по культурологии, ни по философии. Помимо бакалаврской программы по культурологии в университете есть также три культурологические магистратуры (одна из них в основном сделана нашими коллегами-филологами). В прошлом году был открыт Диссертационный совет по культурологии, а в этом году мы только недавно сделали наш первый набор в аспирантскую школу по культурологии. 

С моими коллегами мы многие годы трудились над созданием всех этих образовательных программ, сформировав, наконец, их законченную научно-дисциплинарную модель. Это огромное достижение. Но также новый этап и возможность для нового шага. По крайней мере так мы считаем с коллегами, вместе с которыми многие годы ведем научные и прикладные исследования, проводим полевые исследования. 

В нашей Лаборатории исследований культуры мы почти десять лет занимаемся изучением самых разных аспектов культуры, понимаемой в классическом для культурологии смысле как целостный образ жизни – «the whole way of life». Эти проекты связаны как с культурной политикой во всех ее возможных измерениях, так и с новыми формами культурных, досуговых, туристических практик, культурной грамотностью в сфере образования. Важный элемент научной деятельности Лаборатории – ее фундаментальные научные исследования: именно в области культуры протекают сегодня наиболее интересные на мой взгляд, процессы, определяющие социальное, экономическое, политическое поведение людей.

Культурологи проводят большое число экспедиций, полевых исследований и летних школ, через которые прошли сотни наших студентов, вовлекаемых тем самым в фундаментальные и прикладные проекты. Мы работали в различных регионах, изучали их и решали там прикладные задачи. Мы внимательно следим за современными исследованиями в сфере культуры – как за рубежом, так и в нашей стране. К нам регулярно приезжают в рамках программы стажировки, на конференции и семинары наши коллеги со всей страны и из-за рубежа.  

К сожалению, в условиях пандемии нам пришлось пока приостановить полевые исследования, что, конечно, серьезно нарушило планы по сбору эмпирических данных. Встали на паузу полевые проекты с новыми партнерами – музеями-заповедниками, особо-охраняемыми природными территориями, с которыми было намечено сотрудничество в Рязанской области, Пермском крае и Приморье. Но, если ситуация позволит, надеемся реализовать хотя бы часть нашей исследовательской программы до конца года в рамках программы университета «Открываем Россию заново». 

Лаборатория активно включена в работу с Челябинской областью и нашим давним партнером – Саткой, где уже намечена целая проектная программа. Надеемся также включиться в новый проект университета по созданию «зеркальных лабораторий» в российских регионах. 

В настоящее время мы работаем над масштабированием нашей прежней деятельности Лаборатории исследований культуры и над созданием нового – намного более масштабного – центра проектной деятельности. Прямо сейчас в университете ведем самое широкое обсуждение с коллегами – дизайнерами, специалистами в области образования, городского и регионального развития и другими – о возможных направлениях сотрудничества и кооперации по проектам. Будем создавать в рамках проектной работы систему культурологических мастерских, которые позволят нашим студентам включаться в реальную научно-исследовательскую и проектно-прикладную деятельность, ведем активные переговоры с внешними партнерами для того, чтобы сделать все это максимально интересным и продуктивным.

Это не единственный проект культурологов. Например, Илья Николаевич Инишев формирует проектную группу по визуальной культуре. Большое число наших коллег-культурологов работает в области Russian/Soviet Studies и также сейчас организуется в новые проектные структуры. Уверен, что к началу нового учебного года мы увидим здесь множество интересных инициатив.

Отдельная задача – обновление образовательных программ. По культурологии они с начала следующего года не будут сильно меняться, но в будущем, я надеюсь, их ждет обновление (я сам планирую создание нового курса по культурсоциологии) – как это, впрочем, и намечалось. Готовимся к сложному старту нового учебного года, но надеемся, что, несмотря на всю неясность с тем, как будет выглядеть образовательный процесс в сентябре 2020 года, мы справимся с этими трудностями.

Отвлекусь на один недавний эпизод нашей проектной деятельности. Образовательная, научная и административная жизнь проходит последние месяцы в зуме. Но у меня появилась возможность и для полевой работы. С Сергеем Моховым, который читал курс и нашим студентам в прошлом году, и нашими студентами и стажерами Лаборатории Елизаветой Криволаповой, Олесей Федецкой и Елизаветой Фоменко мы разрабатывали проект нового кладбища в Челябинской области. Постарались учесть не только мировой опыт и современные тренды, но также узнать о том, как себе видят это важнейшее публичное пространство современные российские православные и мусульмане, я совсем по-новому увидел роль кладбища в наших малых городах.

Об этом проекте я упомянул не случайно. Слухи о том, что культурология в ВШЭ заканчивается в связи с преобразованиями, сильно преувеличены. Культурология сегодня оказывается на кладбище, чтобы изучать старое и проектировать новое, а не чтобы покоиться на нем.

9 июля

«Вышка для своих» в Telegram