«Я всегда занимаюсь исследованиями на темы, которые меня по-настоящему волнуют»

Анастасия Деева изучает социально-экономические последствия избыточного веса в России. В интервью проекту «Молодые ученые Вышки» она рассказала о том, что красоту невозможно измерить, о желании написать роман, «достоевском» выгорании и работе в отеле, где снималось «Сияние».

Как я начала заниматься наукой

Интерес к познанию мира у меня был с детства — как, наверное, у всех людей. В школе первоначально меня больше всего привлекали языки и литература. Но потом, уже ближе к старшим классам, я заинтересовалась экономикой. Мне нравилось читать разные экономические газеты, в том числе на английском языке, и понимать, как устроен мир.

А мой путь ученого начался уже в бакалавриате. На втором курсе у меня был курс социологии. Его вела Ольга Евгеньевна Кузина — кандидат экономических наук и PhD по социологии. Она очень увлекательно рассказывала. И семинарист у нас тоже был замечательный. И меня безумно заинтересовали междисциплинарные исследования на стыке экономики и социологии.

Что я исследую

В 2019 году, уже пройдя этот курс социологии, я поехала в Америку по программе Work and Travel. Я жила в штате Колорадо в городе Эстес-Парк и работала в отеле The Stanley, где снимали «Сияние» по Стивену Кингу. Я даже побывала в комнате, где он жил, когда писал роман. Отель действующий. Иногда, особенно на закате, он выглядит точь-в-точь как в фильме ужасов — очень загадочно и мистически.

Я с подросткового возраста заботилась о фигуре, переживала, считала калории с тринадцати лет. И я обратила внимание, что в американском «Макдоналдсе», прежде чем увидеть цены, ты видишь калории. Нужно прямо покопаться, полистать меню, чтобы найти цены. То же самое было и в Starbucks: на прилавке вместо цен большими буквами указаны калории. И я задумалась: какая здесь связь? Почему вместо цен написаны калории? Может быть, существует взаимозависимость между этими двумя понятиями?

Я работала официанткой и заметила, что люди по-разному реагируют на информацию о калорийности. Конечно, неправильно судить об уровне дохода человека по его внешнему виду, но мне показалось, что люди, которые экономят, чаще выбирают максимально калорийные блюда. А те, кто, наоборот, следит за собой, стараются выбирать более полезную еду и заказывают больше разных блюд.

Я вернулась в Москву, пошла на третий курс и подошла к своей преподавательнице по социологии. Рассказала о своих наблюдениях, и она подтвердила, что это может стать темой исследования.

Так родилась моя курсовая работа — о том, как люди с разным уровнем дохода реагируют на информацию о калориях в местах общественного питания.

И оказалось, что действительно существует концепция «калории на один доллар». Есть исследования, которые показывают, что люди с низкими доходами стремятся максимизировать количество калорий, получаемых на один доллар, и впоследствии набирают вес. А люди с более высоким доходом больше обращают внимание на состав и качество еды.

Что я изучала в магистратуре

Я всегда занимаюсь исследованиями на темы, которые меня по-настоящему волнуют. Меня интересовало, есть ли связь между красотой женщины, вероятностью вступления в брак и доходом мужчины. Моя дипломная работа называлась «Распределение дохода и параметров внешности в российских семейных парах». Гипотеза была такой: «Чем женщина красивее, тем богаче будет ее муж». Но не могу сказать, что мне удалось хорошо провести это исследование.

Главная проблема в том, что красота — понятие субъективное, ее невозможно измерить. Поэтому я снова попыталась аппроксимировать красоту через худобу. По сути, исследование превратилось в анализ распределения худобы. Но к убедительным выводам я в итоге не пришла и вернулась к исследованиям последствий избыточного веса. Тема моей кандидатской работы: «Социально-экономические последствия избыточного веса в России».

Что это за последствия

Их очень много. Главное, что меня интересует, — это проявления дискриминации людей с лишним весом.

Традиционно выделяют три вида дискриминации: по расе, по полу и по возрасту. Но современные исследователи, прежде всего американские, все чаще говорят о четвертом виде — дискриминации по весу. Ее называют фэтфобией или фэтшеймингом. Это не совсем одинаковые понятия, но очень близкие.

Я не утверждаю напрямую, что речь идет именно о дискриминации, потому что это слишком серьезное заявление. Но мои исследования показывают, что увеличение индекса массы тела российских работников в среднем приводит к снижению заработной платы. Согласно моим результатам, этому наиболее подвержены женщины. Есть и интересные отраслевые эффекты. Как правило, наибольшее снижение заработной платы наблюдается у женщин, работающих в сфере услуг.

У мужчин такой зависимости не обнаруживается. Если смотреть просто на данные, то с возрастом мужчины набирают вес, а вместе с этим растут и их доходы. Получается, чем больше вес мужчины, тем выше его заработная плата. Но это лишь визуализация данных. Если же проводить полноценный эконометрический анализ и учитывать все остальные факторы, то оказывается, что статистически значимой связи между избыточным весом мужчины и его зарплатой нет.

Соответственно, судя по моим данным, в отношении мужчин в России дискриминации, скорее всего, нет. Они взрослеют, набирают вес, богатеют — и все у них хорошо. Но есть и другая сторона. Мужчины значительно чаще умирают вследствие избыточного веса и ожирения, чем женщины. И экономические издержки их преждевременной смертности почти в три раза выше.

Есть ли плюсы у избыточного веса

Я не нашла. Но есть зарубежные исследования, согласно которым люди с избыточным весом в среднем чувствуют себя счастливее. Например, немецкий исследователь Хюблер в статье 2019 года объясняет это тем, что люди с избыточным весом могут быть менее тревожными, легче относиться к жизни и меньше переживать. Поэтому они и набирают избыточный вес.

Но если смотреть на это с точки зрения современной психологии и социальных исследований, подобная интерпретация сама по себе уже может рассматриваться как форма стигматизации.

Чем я горжусь

Прежде всего тем, что мне удается находить баланс между работой и отдыхом. Я много лет к этому шла. Когда я только поступила в Вышку, мне было психологически очень тяжело. Учеба была невероятно интенсивной, огромное количество дедлайнов, и я практически полностью отказалась от своих хобби.

У меня тогда не было и серьезных отношений. Наверное, поэтому потом и появилась тема моей магистерской работы.

Но спустя годы мне удалось найти внутренний баланс. После магистратуры я вышла замуж. И мне даже кажется, что именно благодаря этому мои академические успехи стали выше.

Сейчас я очень продуктивно пишу статьи, активно продвигаюсь с кандидатской диссертацией, много преподаю. Ни одна сфера моей жизни не проседает. Я ощущаю внутреннюю гармонию и понимаю, что это результат большого труда. Сейчас во всех сферах моей жизни все хорошо.

О чем я мечтаю

Я давно мечтала преподавать на ФЭН и в МИЭФ. И совсем недавно получила предложение. Если все получится, с нового учебного года буду вести эконометрику и количественные финансы. Об этом я мечтала очень долго — наверное, еще с третьего курса бакалавриата. И сейчас невероятно этому рада.

Но мечты на этом не заканчиваются.

Во время бакалавриата мне пришлось отказаться практически от всех своих увлечений. И сейчас мне очень хочется к ним вернуться.

Я пишу стихи. Правда, во время учебы почти перестала этим заниматься.

Мне хотелось бы снова начать писать — и, может быть, даже однажды решиться на роман. Вообще я мечтаю попробовать себя в роли писателя. Я заметила, что многие известные писатели были преподавателями. Поэтому, может быть, мои шансы чуть выше среднего.

Я веду заметки в телефоне примерно с тех пор, как начала считать калории, — лет с тринадцати. Видимо, тогда у меня появился какой-то уровень самосознания. Сейчас их накопилось около двух с половиной тысяч. Мне кажется, если их собрать вместе, получится не меньше тысячи страниц текста. Возможно, материала хватит даже не на одну книгу. Конечно, нужна основная сюжетная линия, но, если хватит упорства, труда и вдохновения, мне бы очень хотелось все это разобрать, распределить по темам и посмотреть, что получится.

Я очень долго не могла всерьез заняться писательством. Хотя, если задуматься, мне ведь ничего не мешало. Но, наверное, я не случайно пошла в науку и преподавание. Мне важно сначала понять, как все устроено, научиться делать правильно, узнать, как это делают другие, собрать огромную базу знаний.

В науке такой подход очень помогает: я все перепроверяю по тысяче раз. А вот в творчестве он скорее усложняет задачу.

Мой любимый писатель

Любимого ученого у меня нет. Зато есть любимый писатель, философ и мыслитель — Федор Михайлович Достоевский. Я считаю его гением и искренне им восхищаюсь.

Познакомилась с ним довольно рано — лет в четырнадцать-пятнадцать. Как только у меня появился интерес к тому, чтобы развивать себя, я сразу начала искать ответы на свои вопросы.

Сначала это были обычные подростковые переживания: почему люди поступают так, а не иначе, почему ведут себя определенным образом. Я наблюдала, анализировала и в какой-то момент поняла, что мне просто не хватает информации.

Тогда я подумала: кто считается самым сложным и самым известным писателем? Спросила родителей. Они ответили: «Федор Михайлович Достоевский, “Братья Карамазовы”».

И вот мне тринадцать лет, я открываю роман объемом восемьсот страниц… Конечно, я далеко не все поняла.

Но какое-то объяснение происходящему в моей жизни эта книга мне все-таки дала. Примерно на год я ее отложила. Поняла, что мне нужно еще немного повзрослеть. И переключилась на Толстого. Начала с «Анны Карениной». И, если честно, очень на него обиделась за то, что он бросил Анну под поезд.

Потом я уже узнала, что Толстой довольно сложно относился к женщинам, подавлял талант своей жены. Но тогда я почувствовала это интуитивно.

Я читала роман с огромным удовольствием. Мне все нравилось, но во втором томе жизнь героини становилась все хуже и хуже. И в итоге она оказалась под поездом. Мне очень хотелось счастливого финала. А Толстой мне его не дал.

И я вернулась к Достоевскому. После «Братьев Карамазовых» решила начать с произведений попроще.

Вообще сначала я познакомилась с романом «Униженные и оскорбленные». Нашла какую-то цитату из него во «ВКонтакте», она меня очень зацепила. После этого я прочитала роман целиком. А уже потом постепенно перешла к пятикнижию: «Бесы», «Идиот», «Подросток»… «Бесы» меня просто потрясли.

Почему мне близок Достоевский

Причин много. Во-первых, у него огромное количество сюжетных линий, и каждая подробно разработана. Мне самой нравится глубоко копать, и он тоже невероятно глубоко исследует внутренний мир своих героев. Поэтому его персонажи получаются совершенно живыми. Мне кажется, он был удивительно наблюдательным человеком. Я даже представляю его сидящим где-нибудь в кафе с чашкой кофе и подсматривающим за людьми.

Еще мне очень близка его концепция надрыва. Когда-то я прочитала, что Достоевского очень любят во Франции, Германии, Англии и других странах. И оказалось, что слово «надрыв» даже не переводят на другие языки — его просто пишут латиницей. Я стала читать исследования и поняла, что для литературоведов понятие надрыва действительно является одной из ключевых категорий в творчестве Достоевского.

У него почти всегда происходит одно и то же эмоциональное движение. Сначала история развивается спокойно. Мы постепенно знакомимся с героями, все глубже понимаем их характеры. А потом словно начинается вихрь. События стремительно нарастают, между героями возникает все больше связей, конфликтов, мыслей, эмоций.

Как будто музыка сначала звучит тихо, потом становится громче, переходит в форте, затем в фортиссимо, а потом наступает настоящее крещендо.

Даже в «Братьях Карамазовых», которые я читала совсем юной, сцена суда над Митей Карамазовым произвела на меня огромное впечатление. Происходит невероятный эмоциональный взрыв, а затем снова наступает затишье.

Почти все произведения Достоевского построены по этому принципу. И хотя композиционная схема похожа, герои, события, идеи, мысли каждый раз совершенно разные. Это меня невероятно захватывает. Я уже примерно знаю, какое эмоциональное ощущение испытаю во время чтения, но от этого мне хочется читать его еще сильнее.

Наверное, больше всего на свете мне хотелось бы встретиться именно с Федором Михайловичем.

Вернемся к моему примеру. Я очень много лет считала калории, но никак не могла понять, почему иногда худею, а иногда толстею. Понятно, что меньше ешь, больше двигаешься — худеешь. Но я не могла разобраться: сколько мне нужно тренировок? То, что я много хожу, влияет на мой вес или нет?

И я просто тихо, безропотно семь-восемь лет собирала данные с помощью FatSecret. Изначально это был сайт, сейчас уже приложение.

С 13 до 20 лет я каждый день записывала, что ем. Если были тренировки — записывала их, вид тренировки, длительность. Потом мой iPhone автоматически начал считать шаги. Но я все равно не могла понять: то, что я столько хожу, для меня полезно или нет?

И вот на третьем курсе у меня появился новый любимый предмет — эконометрика. Это наука о методах обработки, как правило, экономических данных. В конце года нам нужно было делать проект на свободную тему. Я все думала, о чем сделать проект. Гуляла по парку и вдруг поняла: а что, если выгрузить мои семилетние данные и просто проанализировать их с помощью эконометрики?

Было сложно, но я собрала данные и смоделировала небольшое исследование. У меня были такие переменные: сон, калории, белки, жиры, углеводы, вес, количество пройденных шагов, количество тренировок в неделю и в месяц. Я каждый день проходила по 10–15, иногда по 20 тысяч шагов. И я выяснила, что шаги не влияют на мой вес! А вот тренировки — да.

А еще я получила замечательную оценку — десять из десяти. Мой проект вошел в тройку лучших на курсе, хотя нас было около 240 человек. Наверное, тогда я впервые немного поверила в себя как в исследователя. С тех пор окончательно влюбилась в эконометрику. Даже сказала себе, что хочу когда-нибудь ее преподавать.

Потом мне написал один из преподавателей курса: «Анастасия, я поражен. Вы собрали такие данные, проанализировали их. Это очень интересное и новое исследование. За все время, что я смотрю студенческие проекты, ничего подобного не видел».

И я тогда подумала: «Это круто!» Раньше я думала, что это просто моя странность. А тут поняла, что свою странность можно превратить в силу. И может быть, если бы не мои переживания из-за веса, я вообще не стала бы исследователем. Иногда даже думаю: может, уже перестать переживать из-за веса? А потом ловлю себя на мысли: а вдруг вместе с этим исчезнет и вдохновение?

Если бы я не стала экономистом

Наверное, физиком или врачом. Когда после девятого класса нужно было выбирать профиль, я сдавала химию и физику и всерьез думала о том, чтобы стать либо врачом, либо физиком. Но мама, как экономист, спросила: «А ты не хочешь попробовать экономику?» Я почитала и поняла, что меня это действительно драйвит, мне интересно.

Еще мне еще очень нравилось варить кофе. Именно поэтому я поехала по программе Work and Travel. Это был незакрытый гештальт. Я хотела не только поработать официантом, но и варить кофе. Так и получилось.

И я люблю делать коктейли. Всегда этим увлекалась — скорее как хобби. Поэтому, возможно, я стала бы бариста, барменом или официантом.

Мне безумно нравилось работать официантом. Во-первых, ты постоянно двигаешься. И автоматически нахаживаешь свои шаги. Кроме того, мне нравилось ощущение, что я делаю что-то полезное. И нравилось общение с людьми. Вообще мне очень нравится общаться — будь то преподавание или работа официанта.

В Америке сфера услуг устроена немного иначе, чем в России. Есть понятие fine dining. Я долго думала, как это перевести на русский. «Трапеза с лоском»? Там официант — это не просто человек, который принес и унес тарелки. Он знакомится с гостями, спрашивает, как у них дела, какое настроение, рассказывает про блюда, про шеф-повара. Это часть культуры.

И там огромные чаевые. Десять-двадцать процентов — это вообще норма, а иногда и сорок. У меня однажды чаевые оказались больше самого счета. Наверное, именно поэтому мне так нравилась эта работа. Ты сразу видишь результат своих усилий: хорошо обслужил человека — сразу получил благодарность, в том числе материальную.

Как устроен мой обычный день

С третьего курса у меня появилась традиция, от которой я не могу и даже не хочу отказываться. Я обязательно иду в «Азбуку вкуса». Пью там кофе, завтракаю — обычно каким-нибудь сэндвичем. Это обязательная часть моего дня. Только после этого начинаю смотреть рабочую почту, отвечать на письма, решать какие-то вопросы.

Для меня очень важно с утра выпить кофе именно там. Я уже успеваю пообщаться с людьми, почувствовать какое-то комьюнити, внутренне проснуться.

Потом, как правило, отвечаю на рабочую почту, запускаю какие-то процессы. Дальше все довольно стандартно для преподавателя. Если есть занятия — иду преподавать. Если свободный рабочий день — возвращаюсь домой и занимаюсь исследованиями.

На самом деле от исследований я практически не отдыхаю. Не перестаю о них думать. Я постоянно что-то замечаю, появляются новые идеи, думаю, что еще можно исследовать. Даже когда встречаюсь с друзьями, мы часто обсуждаем мои исследования. Я спрашиваю: «А ты что думаешь?» И, как ни странно, люди, которые вообще не занимаются этой областью, благодаря своему жизненному опыту иногда подсказывают очень классные идеи.

А вечером я обязательно отдыхаю. Для меня очень важна гармония. Встречаюсь с друзьями, провожу время с мужем и семьей или иду играть в волейбол. В теплое время года люблю взять книгу и пойти на речку.

Бывает ли у меня выгорание

С тех пор как я поступила в аспирантуру, у меня его нет. А вот в магистратуре было очень сильное выгорание. Я бы сказала, «достоевское». Наверное, это был переходный период. В бакалавриате мне было понятно, что я делаю. Сейчас, в аспирантуре, тоже. А вот в магистратуре было совершенно непонятно. Позже я смогла ответить себе на этот вопрос, но тогда не могла. И вот сейчас я даже задумалась: почему тогда выгорание было, а теперь его нет?

Наверное, потому, что сейчас я чувствую, что я среди своих. Я занимаюсь тем, что мне нравится. В моей жизни все на своих местах. Мне всегда интересно. Я хорошо понимаю свои цели и задачи: на день, на неделю, на полгода, на год. И поэтому выгорания нет.

Чем я увлекаюсь, кроме науки

Волейболом. В теплое время года просто играю в парке, а в холодное хожу на тренировки. Мне очень нравится проводить время с друзьями. Кстати, эта сфера моей жизни никогда не страдала — я всегда ее отстаивала, несмотря на учебу. Общение с людьми вообще можно назвать моим увлечением.

Еще я люблю читать. И очень хочется заняться писательством. Не знаю, получится ли. Но сегодня, например, я иду на летучку в литературную студию «Луч» обсуждать свои стихи семилетней давности.

Что я в последнее время читала и смотрела

Сейчас я читаю книгу Эдит Евы Эгер «Дар», она же написала «Выбор». Это женщина, пережившая концлагерь. В «Выборе» она рассказывает свою историю, а в «Даре» уже говорит о внутренней свободе, принятии себя. Там двенадцать глав — двенадцать ключей к внутренней свободе. Мне очень нравится книга. Но больше одной главы в день, а иногда и в два дня я не читаю. После каждой главы хочется остановиться, подумать, что-то переосмыслить.

Вообще я читаю медленно. Постоянно что-то подчеркиваю, выписываю мысли. Поэтому процесс у меня небыстрый. Теперь хочу прочитать и «Выбор».

Мне очень понравилась новая экранизация «Грозового перевала». Это вообще одна из моих любимых книг. Я прочитала ее лет в двенадцать. Тогда она произвела на меня огромное впечатление. С тех пор я посмотрела много экранизаций, в том числе с Томом Харди. А сейчас вышла новая версия с Марго Робби.

Режиссер говорила, что хотела снять фильм таким, какой сама увидела эту книгу в двенадцать-тринадцать лет. Именно глазами подростка. Когда я увидела трейлер и прочитала интервью, сразу подумала, что мне это понравится. И действительно, для меня это лучшая экранизация романа. Она даже изменила финал. В этой версии Кэти умирает вместе с ребенком. Я понимаю логику режиссера. В юности вся история для меня строится вокруг любви Хитклиффа и Кэти. Когда Кэти умирает, для меня история фактически заканчивается. Да, потом Хитклифф еще страдает, но главный сюжет уже завершен.

Совет молодым ученым

Я уже говорила, что в последние годы не сталкиваюсь с выгоранием, потому что занимаюсь тем, что мне действительно нравится, и чувствую себя на своем месте. Это удивительное ощущение: ты с радостью просыпаешься, с радостью занимаешься своими делами, с радостью идешь на работу.

Поэтому мой главный совет молодым ученым — заниматься тем, что действительно нравится, а не тем, что «надо».

Я хорошо помню, как еще в бакалавриате многие мои друзья и однокурсники выбирали дисциплины по принципу пользы. Они говорили: «Мне больше хочется на социологию, но право полезнее». В итоге они учились без особого интереса, получали, как правило, невысокие оценки, часто пропускали занятия.

А я выбрала социологию. И в итоге стала лучшей на курсе, потому что мне было по-настоящему интересно. Наверное, так же получилось и с исследованиями. Я могла бы заниматься макроэкономикой или финансами, но выбрала тему избыточного веса. Публикаций по социально-экономическим последствиям избыточного веса в России практически нет, если не считать работы моего научного руководителя. Медицинских исследований, конечно, очень много, а вот эта тема почти не изучена.

Когда я только начинала ею заниматься, меня часто спрашивали: «Ты уверена? Это вообще научная тема?» Но в итоге у меня все получается, мне это интересно, и я очень рада, что выбрала не то, что считается правильным или нужным, а то, чем действительно хотела заниматься.

Любимое место в Москве

Хотя я коренная москвичка, до сих пор не перестаю восхищаться этим городом. Больше всего люблю центр — внутри Садового кольца. Могу гулять там часами. Мне кажется, знаю почти все маршруты. Еще очень люблю московские парки. И особенно заповедник «Серебряный Бор», потому что там можно купаться.