• A
  • A
  • A
  • АБВ
  • АБВ
  • АБВ
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта


Научный детектив, роман-эксперимент и другие книги для чтения на каникулах


Новостная служба ВШЭ попросила ученых и преподавателей университета порекомендовать, что почитать на каникулах — не только студентам, но всем, кто любит отдыхать с хорошей книгой в руках. В результате в нашей подборке оказались воспоминания европейца о Москве 1926 года, книга о приматах, после которой очень забавно наблюдать за поведением людей, антропологический эксперимент от американского профессора и еще почти два десятка совершенно разных книг.

Всех опрошенных мы просили назвать по две книги: одну — которую они сами читали «для души», другую — связанную с сферой их профессиональной интересов, но доступную для понимания неподготовленному человеку. Рекомендованное не обязательно должно быть новинкой.

 
Ольга Рогинская

Доцент Школы культурологии

«Московский дневник» Вальтера Беньямина — настоящее новогоднее чтение: про Москву 1926 года, увиденную глазами европейского интеллектуала; про наше историческое прошлое, так по-разному отзывающееся в нашем настоящем; про снег и мороз; про любовь, грусть и тоску. Один из самых пронзительных автодокументальных текстов прошлого столетия.

«Шерлок Холмс и рождение современности: деньги, девушки, денди Викторианской эпохи» Кирилла Кобрина — чтение яркое, умное и легкое одновременно. Тоже рождественски-новогоднее, ведь именно Викторианская эпоха создала привычный нам антураж этих зимних праздников. Рекомендуется всем, кто небезразличен к современной культуре — как в изводе века 19-го, так и актуального сегодня.

 
Олег Воскобойников

Доцент Школы исторических наук, ординарный профессор

Для души я бы рекомендовал «Записки у изголовья» Сэй-Сёнагон. Они написаны ровно тысячу лет назад, а читаются так же легко, как Ясунари Кавабата или Габриэль Гарсия Маркес: т.е. это все далеко, даже очень далеко, а все горести и радости — прямо совсем наши. В нынешнее непростое время — то, что надо, чтобы отвлечься, не впадая в забытье.

О средневековом искусстве для непрофессионалов рекомендовал бы «Верить и видеть. Искусство соборов XII-XV веков» Ролана Рехта (М.: Издательский дом ВШЭ, 2014). Это вполне профессиональный, но рассчитанный на широкого читателя взгляд на западноевропейскую средневековую культуру, отраженную в камне и витраже, но также в христианской обрядности, исканиях мистиков, святых, богословов, схоластов. Здесь есть и поэзия, и оптика, и описание конкретных памятников. Здесь видно, откуда вышла современная Европа. Только первые несколько десятков страниц могут напугать неподготовленного читателя: прежде чем предложить собственную модель, ответственный автор решил объясниться с искусствоведением начиная с Вазари заканчивая поколением своих учителей. При необходимости читатель может попросту этот раздел пропустить, а вернуться к нему в конце.

 
Иван Аржанцев

Декан факультета компьютерных наук

Хочу рекомендовать книгу Стивена Рансимена «Падение Константинополя в 1453 году» (М.: Наука, 1983, есть и более свежие издания). Сэр Джеймс Кохран Стивенсон Рансимен (1903-2000) необыкновенно ярко описал этот поворотный исторический момент. И то, что представлял собой Константинополь при последнем императоре Константине XI Палеологе, и историю патриарха Геннaдия II Схолaрия, и сам штурм города 29 мая 1453 года войсками султана Мехмеда II, которому тогда был 21 год, и реакцию на происходящее в Риме и итальянских республиках. Я купил эту книгу и вечером решил полистать. В итоге, не отрываясь, читал до утра, пока не закончил. Такого не случалось со мной и в юности. С момента прочтения прошло уже несколько лет, но образы великого дуки Луки Нотараса и генуэзца Джустиниани по-прежнему свежи в памяти. Отличный пример работы профессионального историка, которая интересна широкому кругу читателей.

Совсем популярную книгу мне посоветовать трудно. Очень люблю двухтомник Р. Лидла и Г. Нидеррайтера «Конечные поля» (М.: Мир, 1988). Я купил его, когда учился в последнем классе школы, прочитал тогда немалую часть, и с тех пор регулярно к нему возвращаюсь. Теория конечных полей — очень красивая математическая теория, в которой может разобраться и подготовленный школьник, и уж точно студент, прослушавший базовый курс алгебры. Не стоит забывать, что конечные поля называют еще полями Галуа, в честь Эвариста Галуа, погибшего на дуэли в 1832 году в возрасте 20 лет — эта наука навсегда останется молодой. У книги много достоинств. Это и кристально ясное изложение сути дела, и множество примеров и задач, и удачное описание приложений конечных полей в геометрии, комбинаторике, теории кодирования и других областях. Это та математика, которая полезна в компьютерных науках.

 
Александр Сидоркин

Директор Департамента образовательных программ Института образования ВШЭ

Не будучи особым любителем фантастики, я сравнительно недавно открыл для себя Иэна Мензиса Бэнкса и его цикл книг «Культура».

Они все переведены на русский. Бэнкс обладает совершенно поразительной способностью создавать странные миры с той степенью детальности, с которой нормальные писатели описывают мир реальный. Иногда даже хочется спросить автора, что он принимал, чтобы породить такие объемные видения. К сожалению, Бэнкс умер в 2013 и унес свою тайну с собой. С сюжетом у него не всегда хорошо, но стиль безупречный, хотя не могу ручаться за переводы. Есть у него и убедительные прогнозы о том, как будет развиваться либеральная демократическая цивилизация в будущем, в котором есть искусственный интеллект.

По образованию могу порекомендовать книгу «Inside the Black Box of Classroom Practice: Change without Reform in American Education», которую написал профессор Стэнфорда Ларри Кьюбан (Larry Cuban).

Автор пытается понять, почему несмотря на многочисленные и дорогие реформы практика преподавания в школах остается почти неизменной. Он развивает теорию «динамического консерватизма». Не то чтобы педагоги совсем не меняли своих практик. Скорее, они активно принимают те инновации, которые позволяют им поддерживать стабильность. Если запуск ракеты или внутричерепная операция — это трудные процессы (complicated), то образование — сложный процесс (complex). В первом надо следовать инструкциям, а во втором существует множество неподконтрольных факторов, на которые надо реагировать, чтобы вернуть систему в равновесие. Реформаторы же имеют тенденцию обращаться с преподаванием как с трудным, а не сложным процессом, вызывая сопротивление педагогов.

 
Алексей Вдовин

Доцент Школы филологии

Роман Гете «Избирательное сродство». Это роман-эксперимент об экспериментальных отношениях четырех взрослых людей. Классически выверенная конструкция, интригующий сюжет, скрывающий сложнейшую символику и проблематику. Сам Гете настаивал, что читать эту книгу нужно как минимум дважды.

Как профессионал выбираю не филологическую, а культурологическую книгу — «Длинная тень прошлого» Алейды Ассман. Очень важная работа о том, о чем в России так трудно говорить и еще сложнее хладнокровно обсуждать — памяти о войне, ее жертвах и преступниках. Эта книга о том, как складывается коллективная и индивидуальная память европейцев в XX веке, о том, почему одни события предаются забвению, а другие, наоборот, мифологизируются и транслируются из поколения в поколение.

 
Василий Ключарев

Руководитель Департамента психологии

Если вам интересны интеллектуальные детективы, попробуйте разгадать загадку, требующую знаний того, как работает наш мозг. Распутайте жутковатую детективную историю, происходящую под Рождество на небольшом острове в Балтийском море. (Ключарев В. Остров. М.: ArsisBooks, 2015 год).

Из моей библиотеки всегда пропадают книги Де Вааля — те, кто берет их почитать, с большим трудом возвращают, так интересно они написаны. Де Вааль — крупнейший мировой приматолог. Поведение приматов раскрывает нам глаза на природу человека, после них очень забавно смотреть на окружающих — статус, мораль, принятие решений — так похожи на нас. (Франс де Вааль (де Валь). «Истоки морали. В поисках человеческого у приматов». М.: Альпина нон-фикшн, 2014 год)

 
Олег Хлевнюк

Ведущий научный сотрудник Международного центра истории и социологии Второй мировой войны и ее последствий

Я, к сожалению, в последнее время читаю достаточно специальные издания. Но, возможно, будет интересна работа Сергея Плохия «Последняя империя. Падение Советского Союза» (М.: АСТ Corpus, 2015). Это книга известного американского историка о последних месяцах существования СССР, о событиях, которые до сих пор вызывают огромный интерес и тесно связаны с нашей сегодняшней жизнью. Книга отлично написана, основана на документах, в том числе новых документах из американских архивов. Читается легко, с интересом. Думаю, что многих предложенная автором картина удивит и заставит подумать о том, как все непросто в нашей истории.

От редакции: так как Олег Витальевич назвал только одну книгу, считаем необходимым дополнить рекомендацию книгой самого Хлевнюка «Сталин. Жизнь одного вождя» (М.: Corpus, 2015). Книгу оценит думающий и непредвзятый читатель, которому интересно прочитать биографию Сталина, основанную на результатах многолетних архивных исследований автора, написанную лаконично и увлекательно. Книга стала лауреатом премии «Просветитель» в этом году.

 
Игорь Чириков

Ведущий научный сотрудник Института образования

Я бы и для «души», и для профессии рекомендовал книгу Ребекки Натан «Мой первый курс: что профессор может узнать, став студентом» (Nathan, Rebekah. My freshman year: What a professor learned by becoming a student. Penguin, 2006.)

Это этнографическое исследование университета, проведенное антропологом с очень большим опытом преподавательской и полевой работы. Она инкогнито поступила на первый курс университета, в котором работала; училась и жила в общежитии, как обычные студенты. В результате она стала лучше понимать своих студентов, переосмыслила свое отношение к их поведению. Очень рекомендую всем преподавателям ставить себя на место студентов (и наоборот), чтобы лучше понимать друг друга.

Из художественных книг порекомендую: Дэниел Киз «Множественные умы Билли Миллигана». Книга, конечно, не новая, но может расширять наше понимание себя, времени и других.

 
Фуад Алескеров

Профессор факультета экономических наук

Когда-то на меня очень сильное впечатление произвели «Жизнеописания» Плутарха. Читая эту книгу, я получал удовольствием от общения с очень умным собеседником. Несмотря на то, что этот человек жил 2000 лет назад, мы, люди, живущие в 21 веке, не умнее его. Мы просто сейчас больше знаем. Конечно, не обязательно читать все три тома, можно найти что-то себе по вкусу.

Если говорить о художественной литературе для студентов, то я бы рекомендовал много чего — у меня даже есть список, незаконченный, к сожалению, все нет времени. Я составил его для своих студентов, чтобы говорить с ними на одном языке. Конечно, хорошо бы прочесть Шекспира (сонеты, трагедии). Удивительно, но иногда, когда во время лекций я цитирую «Макбета» или «Гамлета», по лицам видно — не знают.

Из нехудожественной литературы рекомендую «Структуру научных революций» Томаса Куна. В этой книге очень просто расписано, как устроена наука, как она развивается, через какие стадии проходит. Мне кажется, это знание будет полезно многим, особенно студентам старших курсов.

 
Наталья Самутина

Ведущий научный сотрудник ИГИТИ

Новогодние каникулы — совершенно особенный период в нашей жизни, когда весь ее темп и ритм изменяется, возникает ощущение паузы, некоторого временного кармана, в котором можно затаиться. Это удачный момент, чтобы поэкспериментировать со временем и подарить себе что-то для сегодняшней жизни непривычное: неспешное чтение хорошего модернистского романа. Идеальный автор для этого — Томас Манн. Не только потому, что он один из лучших рассказчиков в мировой литературе. Но и потому, что собственно время, наше переживание и ощущение времени — одна из его центральных тем. Если вы готовы на большее, прочитайте «Волшебную гору» — ее герой, молодой инженер из Гамбурга, застревает на семь лет в туберкулезном санатории в Альпах, проваливаясь во временной карман похлеще нашего, и оказывается вынужден подумать о вещах, которые в повседневном ритме жизни никогда не пришли бы ему в голову. Если времени у вас все же не очень много, порадуйте себя «Избранником» — это захватывающий пересказ средневековой легенды, полный фантазии, иронии, странных и смешных поворотов сюжета. Фантазийное средневековье Томаса Манна вполне способно составить конкуренцию современным историям в жанре фэнтези и соединяет прошлое и настоящее европейской культуры, может быть, прочнее, чем сам писатель рассчитывал, завершая этот роман.

Из недавно вышедших удачных книг в моей профессиональной области с удовольствием порекомендую книгу историка популярной культуры Майкла Сэлера (Michael Saler. As If: Modern Enchantment and the Literary Prehistory of Virtual Reality. Oxford University Press, 2012). К ее автору проникаешься симпатией с первой строчки предисловия, когда он говорит: «Я много лет не писал эту книгу: всегда находился еще всего один фантастический или фэнтези-роман, требующий „исследования“». Главные герои книги Сэлера — Шерлок Холмс и Ктулху, хоббиты и эльфы, и мы с вами, коллективные обитатели виртуальных миров, знатоки географии Вестероса и культур народов Средиземья. История «публичных сфер воображения» с конца 19-го века, написанная Сэлером, находится в ряду других работ последнего времени, переосмысляющих место и роль массовой литературы в культуре модерна. Майкл Сэлер говорит о виртуальных мирах фантастики, фэнтези и приключений как об особом литературном пространстве, развивающем у его обитателей способность к ироничному переживанию множественности реальностей, к осознанному существованию в режиме «что было бы, если», создающем новую, специфически модерную конфигурацию навыков воображения и рационального мышления. Это очень современная книга о современности.