• A
  • A
  • A
  • АБВ
  • АБВ
  • АБВ
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта

Штабная карта

Новое время \ The New Times. 20 апреля 2009

Главные экспертные силы, работающие на президента, это Институт современного развития (ИНСОР), Высшая школа экономики (ГУ-ВШЭ) и Российская экономическая школа (РЭШ).

В последнее время Кремль и Белый дом все чаще расходятся в оценках экономической ситуации в стране и мерах, которые необходимо предпринять. Они по-разному смотрят на то, достигла ли экономика дна, ждет ли нас новая волна банковского кризиса и следует ли снижать НДС. За разницей позиций стоят противоречия экспертных команд. Кто из экспертов на кого работает — разбирался The New Times

Последнее лобовое столкновение взглядов помощника президента Аркадия Дворковича и министра финансов Алексея Кудрина случилось на Всероссийском форуме промышленников и предпринимателей 16 апреля. Первый заявил о возможности снизить НДС с 2011 года с целью облегчить положение бизнеса. Второй категорически возразил, сославшись на опасность пробить дыру и без того в дефицитном бюджете. Год назад споры об НДС уже вовсю велись, причем активное участие в них принимали эксперты с обеих сторон. Аналитики Института экономики переходного периода (ИЭПП) во главе с Егором Гайдаром публично поддерживали тогда минфиновскую линию, а специалисты из Высшей школы экономики столь же активно помогали Дворковичу и Министерству экономического развития отстаивать позицию, что необходимо облегчить налоговое бремя ради модернизационного рывка. Сейчас, когда дискуссия вспыхнула с новой силой, эксперты обновляют свои аргументы с учетом кризиса.

Советники президента

Главные экспертные силы, работающие на президента, это Институт современного развития (ИНСОР), Высшая школа экономики (ГУ-ВШЭ) и Российская экономическая школа (РЭШ). Проведя совещание с экспертами в ИНСОРе 14 апреля (см. подробнее на стр. 20), президент наглядно продемонстрировал, что считает этот институт своим аналитическим штабом. Председатель правления ИНСОРа Игорь Юргенс утверждает, что возглавляемая им структура активно участвовала в разработке российско-американской повестки дня в преддверии встречи Медведев — Обама. Кроме того, эксперты Института регулярно готовят записки "наверх", касающиеся рынка труда, что, собственно, и предопределило тематику встречи, состоявшейся 14 апреля.

"ИНСОР разрабатывает либерально-модернизационную доктрину, — сказал The New Times пожелавший сохранить анонимность эксперт, представляющий "конкурирующую" структуру. — Президент использует ее тезисы, когда произносит речи, а в реальности она не работает. В результате ИНСОР выглядит этаким бюро добрых намерений".

Иначе видит ситуацию советник ИНСОРа Никита Масленников: "Нам изначально отводилась роль "адвокатов дьявола": в своих аналитических материалах мы должны говорить вещи, неприятные для ушей и глаз начальства. Поэтому мы уже успели "обрасти" недоброжелателями".

Другой аналитический центр — Высшая школа экономики — давно уже сотрудничает с помощником президента по экономике Аркадием Дворковичем. При этом специалисты ГУ-ВШЭ активно взаимодействуют и с Министерством экономического развития, что вполне объяснимо: ректор Ярослав Кузьминов — супруг нынешнего главы МЭР Эльвиры Набиуллиной. При этом Набиуллина часто вступает в жаркие дискуссии с Дворковичем, а последний, как утверждают, весьма ревниво относится к инициативам ИНСОРа. Впрочем, это классика жанра: на административном рынке друзей не бывает — каждый борется за увеличение своего аппаратного веса, что в России традиционно определяется близостью к уху первого лица.

Оппоненты Дворковича недавно одержали важную аппаратную победу: руководителем экспертного управления президента после многомесячных поисков был назначен протеже Алексея Кудрина Илья Ломакин-Румянцев, за плечами которого — опыт работы в Минфине. Сам Дворкович, как утверждают источники The New Times, узнал о назначении, когда его попросили забрать свои вещи из кабинета главы управления, который он занимал еще год назад.

В последнее время на экспертном рынке весьма выросли акции Российской экономической школы, специалисты которой лучше других (по мнению ряда собеседников The New Times) способны анализировать мировой экономический опыт. А идеи ректора РЭШ Сергея Гуриева, (1) ((1) Ректору РЭШ одному из первых предложили занять кресло руководителя экспертного управления Кремля, но он от госслужбы отказался.) как говорят люди из его окружения, можно увидеть в речах Дмитрия Медведева. В частности, это относится к его резонансным выступлениям — тогда еще в ранге кандидата в президенты — в Давосе ("Свобода лучше, чем несвобода") и в Красноярске ("четыре И"). РЭШ — один из основных консультантов помощника президента Аркадия Дворковича, который сам когда-то окончил эту школу.

Периодически в президентские структуры поступают и экспертные разработки, подготовленные аналитиками инвестбанков, в частности, Евгением Гавриленковым ("Тройка Диалог") и Рубеном Аганбегяном ("Ренессанс Капитал"). Впрочем, бизнес-консультант Николай Коварский в разговоре с The New Times призвал аккуратно оценивать значимость всевозможных аналитических записок, которые подаются "наверх": "Дело ведь не столько в том, кто их пишет, сколько в том, кто их читает и читает ли вообще", — пояснил он.

Эксперты Белого дома

На правительство весьма активно работают Институт экономики переходного периода (ИЭПП) Егора Гайдара и Академия народного хозяйства (АНХ) — структуры во многом "родственные". АНХ является одним из учредителей ИЭПП, а ректор академии Владимир May долгое время был правой рукой Егора Гайдара. Знатоки экспертной кухни замечают, что, несмотря на идейную близость позиций аналитиков из Высшей школы экономики, с одной стороны, и ИЭПП-АНХ — с другой, между этими структурами частенько проскакивает искра. Примером тому, в частности, является и дискуссия об НДС. Если говорить о различиях в более широком плане, то, как отмечают собеседники The New Times, президентские эксперты настаивают на реформаторских шагах в экономике, направленных на запуск механизмов ее модернизации. А Гайдар и May более остального опасаются неконтролируемого роста бюджетного дефицита: катастрофу 1998 года оба переживали весьма остро и не хотят ее повторения. Именно поэтому они поддерживают главу Минфина Алексея Кудрина в его нежелании снижать или отменять налог на добавленную стоимость: чем тогда будем наполнять бюджет? — спрашивают они.

Поскольку правительство — структура весьма разветвленная, на его подразделения и ведомства работает достаточно много аналитических команд. В частности, Экономическая экспертная группа, возглавляемая Евсеем Гурвичем. В свое время она создавалась при Минфине и до сих пор активно взаимодействует с этим ведомством.

Вместе против кризиса

Консолидации разрозненных экспертных групп поспособствовал кризис. Общей площадкой стал Экспертный совет при Комиссии по повышению устойчивости развития экономики РФ, возглавляемой первым вице-премьером Игорем Шуваловым. Совет этот включает в себя без малого 8 десятков специалистов — практически всех "звезд" экспертного экономического сообщества. Его председателем стал Владимир May, а его правой рукой — Ксения Юдаева, главный экономист Сбербанка.

Как говорят, во многом благодаря усилиям этого Экспертного совета увидел свет концептуальный правительственный документ — недавно утвержденная антикризисная программа. "К ней можно относиться по-разному, — сказал The New Times Николай Коварский, — но в заслугу May можно поставить то, что все значимые антикризисные идеи, рожденные в экспертном сообществе, были донесены до руководства страны".

Эксперты собираются со средней периодичностью раз в две недели в академии Владимира May или в институте Егора Гайдара: иногда приходят 30 человек, иногда 70. По словам Кирилла Рогова, сотрудника ИЭПП, совет обсуждает проблемы, определенные как повесткой дня правительственной комиссии, так и тем, что сами эксперты считают важным. Например, вопросы ипотеки и жилищного строительства, рекапитализации банков, преодоления спада в промышленности. По результатам обсуждения основной докладчик — специалист по конкретной теме (иногда вместе с несколькими коллегами по совету) готовит в письменном виде рекомендации для комиссии Шувалова, окончательную редакцию которых осуществляют May и Юдаева.

Николай Коварский считает: несмотря на то что Экспертный совет во главе с May не структурирован в отдельный институт, фактически в условиях кризиса он для правительства играет ту же роль, что и ИНСОР для президента, — главного экономического штаба. Разве что Экспертный совет более "заточен" на конкретные злободневные вопросы.

Два крыла премьера

Не секрет, что в правительстве есть силы, склонные к "ручному управлению экономикой", знаменем которых является другой первый вице-премьер — Игорь Сечин. Говорят, что на обсуждение вопросов, которые он курирует (промышленность и энергетика), Сечин всегда приходит готовый и с четко сформулированной позицией. Помогает ему сформулировать позицию Александр Мишарин, бывший замминистра транспорта, а ныне — директор департамента промышленности и инфраструктуры аппарата правительства РФ. А вот на какие экспертные группы он опирается, собеседники The New Times точно не знают. Одни из них кивают на экономистов и публицистов, собранных под эгидой форума "Стратегия 2020" (Валерий Фадеев, Михаил Леонтьев, Михаил Юрьев, Михаил Хазин), другие намекают на "аналитиков в погонах", которые обладают большим объемом информации, но сами, по понятным причинам, нигде не светятся. Наиболее решительно высказался по этому поводу Сергей Алексашенко, директор по макроэкономическим исследованиям ГУ-ВШЭ: "Тем, кто проводит политику ручного управления, аналитики не нужны".

Другие собеседники The New Times полагают, что противоречия между двумя первыми вице-премьерами сильно преувеличены. "Это два крыла, которые тем не менее принадлежат одному "телу" — Владимиру Путину, — считает один из собеседников The New Times. — Для Шувалова во многом характерен тот же дирижистский подход, который другой Игорь Иванович (Сечин) реализовал в решении направить в банки прокуроров". Различие, утверждает собеседник, скорее в мере и формах дирижизма, чем в принципиальных подходах.

Кирилл Рогов видит главную проблему экспертного сообщества в том, что идеи поступают не на политический рынок (то есть различным партиям, которые конкурируют в политической борьбе), а на бюрократический. Что сильно сужает поле влияния этих идей, а часть из них и вовсе остается невостребованной. "Фактически взаимодействие властей и экспертов сейчас строится по принципу: мы сами знаем, что делать, а от вас требуется лишь подтвердить нашу правоту и предупредить об опасностях и возможных негативных последствиях наших решений", — говорит Рогов.