• A
  • A
  • A
  • АБB
  • АБB
  • АБB
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта

«В то, что он делал, он вкладывался с полной самоотдачей»

@Высшая школа экономики

В декабре 2020 года в Вышке начался прием заявок на соискание Премии имени Бориса Рудника. Своими воспоминаниями о Борисе Львовиче поделился его сын, Павел Рудник, директор Центра стратегий и программ Института статистических исследований и экономики знаний.

Если вы административный сотрудник или коллектив и у вас есть успешно реализованная инициатива, которая привела к значительным улучшениям в работе университета, вы можете подать заявку на соискание премии им. Бориса Рудника до 8 февраля на странице конкурса. Размер премии — 750 000 рублей.

Рудник Павел Борисович
Директор Центра стратегий и программ Института статистических исследований и экономики знаний

— Деятельность Бориса Львовича развивалась в двух разных руслах: с одной стороны — видный ученый, с другой — сильный управленец, проректор. Как ему удавалось совместить академическую и административную роли?

— Мне кажется, у него получалось все, за что он брался. Это был человек на стыке разных видов деятельности. Если какая-то идея его захватывала, он полностью погружался, постоянно о ней думал, говорил, даже в нерабочее время, часто работал дома, в выходные, постоянно был за компьютером. Я помню эти моменты и в период его работы на административных должностях, и в научной деятельности, когда он работал над статьями. В то, что он делал, он вкладывался с полной самоотдачей. 

— Какой характер был у вашего отца? Какие жизненные принципы он старался вам передать?

— Очень живой, жизнерадостный, с тонким чувством юмора, разносторонний: он интересовался многим, что происходит в мире, в стране, вокруг него. 

Терпеть не мог халтуры, строго относился к себе и к окружающим — это проявлялось и на работе, и дома. Был очень свободомыслящим, и редко чье-то мнение было для него безоговорочно определяющим, к любым суждениям он подходил критически. Он был человеком очень конкретным, практикоориентированным, и если понимал, что возникает реальная задача, которая поможет решить какую-то проблему, со всей ответственностью брался за нее — ему был важен результат. 

— Какие темы были главными в его работе? Чем он гордился больше всего?

— Сложно выделить что-то одно, но он часто говорил о своем участии в разработке закона об автономных учреждениях. В 2010 году Вышка получила статус автономного образовательного учреждения. Это означало, что университет стал более самостоятельным в принятии финансовых решений и получил ряд других прав, о которых отец подробно рассказал в одном из интервью порталу. Это было особенно важно для Вышки, которая активно развивалась и вводила инновации в научно-образовательной деятельности.

Он много рассказывал также о работах в области бюджетной сферы, некоммерческих организаций, культуры и, конечно, о реформе образования. 

Что касается реформы, это был целый период, который шел сложно, с массой критики и опасений от разных сторон. Но в конце концов, реформа состоялась, и, на мой взгляд, основные ее идеи, которые закладывались на этапе формирования, удалось сохранить и воплотить в жизнь. Одной из главных ее целей было снизить уровень коррупции в образовании и обеспечить равные возможности для получения качественного высшего образования всем абитуриентам, независимо от того, в каком регионе они проживают и какой достаток у их семьи. В частности, для этого и вводилось ЕГЭ. И Вышка одной из первых приняла часть абитуриентов по результатам единого госэкзамена. 

— Успевал ли он, работая над проектами такого масштаба и занимаясь исследовательской деятельностью, уделять время близким?

Безусловно, он очень много работал, был сильно занят, но мы с ним всегда находили время общаться. И у меня нет на этот счет какого-то ощущения упущенной возможности, как часто бывает у людей, которые теряют близких: они жалеют, что где-то что-то недосказали, недоспросили. 

Мы обсуждали самые разные темы: начиная от футбола (отец был ярым болельщиком московского «Спартака») и заканчивая политикой, образованием, рабочими вопросами. Говорили, конечно, и о семье, предках, он вспоминал какие-то истории, которые рассказывал ему отец.

— Кстати, откуда такая интересная фамилия — Рудник?

Она действительно редкая, но как была образована, честно говоря, найти не удалось. Я знаю, что наши предки жили в Москве еще до революции, были купцами, довольно состоятельными людьми, отец показывал мне дома на Чистых прудах, которые им принадлежали. 

— А какие места в Москве больше всего любил Борис Львович? 

Он вырос в Лялином переулке, недалеко от Садового кольца и Чистых прудов. Поэтому этот район был для него родным, к тому же и работал он на Мясницкой. Конечно, любил места вокруг Московского университета, где учился на экономическом факультете, а затем — в аспирантуре.

— Повлиял ли отец на ваш выбор профессии? Почему экономика и почему ИСИЭЗ?

— Во многом он определил мой выбор, но при этом никогда не давил, у меня всегда была определенная свобода. Я очень любил математику, даже какое-то время учился в университете по этому направлению, но потом все-таки выбрал экономику. Наверное, почувствовал в себе ту практическую жилку, которая была у отца, да и математики в экономике предостаточно. 

Я пришел в ИСИЭЗ около 10 лет назад, до этого какое-то время проработал в бизнесе. Перед приходом в Вышку я как раз окончил аспирантуру, защитился по тематике «Экономика инноваций», и эта тема меня сильно увлекла, мне хотелось поработать в ней, и до сих пор она мне очень интересна. Наш Центр стратегий и программ занимается развитием цифровой экономики, мы много работаем по заданиям Правительства и разных ведомств. 

— Как вы отнеслись к инициативе создания Премии имени Бориса Рудника?

— Я очень признателен за это руководству университета, очень горд за отца, что его заслуги так высоко ценят. Надеюсь, эта премия будет жить и у нее будут достойные лауреаты.

Также читайте

Лев Якобсон о Борисе Руднике и премии, учрежденной в память о нем

20 января

«Вышка для своих» в Telegram