Когда мы слышим слово «психоз», в голове может возникать немного пугающий стереотипный образ из кино: человек с бегающими глазами, разорванной речью, потерей контроля и полной оторванностью от мира. Но клиническая картина психотического функционирования на практике выглядит сложнее и многообразнее.
Во многом поэтому «психоз» в психоаналитическом подходе — это не табличка с симптомами для медицинской карты. А, в большей степени, описание того, как именно рушатся внутренние опоры, и как человек пытается выдержать невыносимую реальность, когда классические невротические способы уже не работают.
В новом выпуске рубрики «Конспекты» обсудим теоретическое выступление французского психоаналитика Вассилиса Капсамбелиса, которое закрывало его годовой цикл лекций на нашей программе (одновременно оно служит эпилогом его курса). А уже 12 октября месье Капсамбелис откроет свой новый годовой курс семинаров. Пока же предлагаем вспомнить ключевые идеи мэтра о психотическом функционировании.

Каждый из нас в своей жизни сталкивается с потерями и утратами — как реальными, так и символическими. Работа горя — одна из основных работ, которую проделывает психический аппарат, и без которой невозможно продвижение вперед. Это необходимое условие для организации Я и внутренних опор.
Но что, если человек сталкивается с потерей — например, смертью родителей или одного из них — в детском возрасте? Способен ли он самостоятельно справиться с последствиями такой серьезной травмы? Какие последствия на его психику она окажет?
Этой теме посвящена статья нашей коллеги Евгении Аксёновой «Влияние непроделанного горя и меланхолия при ранней потере близкого и значимого человека». Она исследует ее в том числе на примере двух пациентов, переживших в детстве смерть одного из родителей. О том, к каким выводам приходит автор, читайте в новом выпуске рубрики «Прикладной психоанализ».