• A
  • A
  • A
  • АБВ
  • АБВ
  • АБВ
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта

«Весь ужас жизни в том, что мечты сбываются»

Герой фильма «Шоу Трумана», снятого в конце 90-х годов, пытался сбежать из выдуманного телевидением мира. Почему же сейчас многие люди стремятся попасть в этот мир и выставить свою непримечательную жизнь напоказ? Ответ на этот вопрос пытались найти Вадим Радаев, Сергей Медведев и Виталий Куренной на очередном Рождественском киносеминаре Лаборатории экономико-социологических исследований ВШЭ.

Рождественские киносеминары проводятся Лабораторией экономико-социологических исследований ежегодно в конце декабря. На примере художественных фильмов и телевизионных сериалов участники семинара обсуждают актуальные вопросы экономической, социальной и культурной жизни общества. Постоянными спикерами и соведущими семинара являются первый проректор ВШЭ, заведующий ЛЭСИ Вадим Радаев, профессор департамента политической науки Сергей Медведев и руководитель Школы культурологии Виталий Куренной.

Как телевизионные шоу соединились с реальностью

Первым реалити-шоу можно назвать передачу «Скрытый микрофон», вышедшую на американском телевидении еще в 1947 году. Позже появились программы-розыгрыши, когда ничего не подозревающих людей намеренно ставили в неловкое положение и записывали их реакцию на скрытую камеру. И наконец возникли те форматы реалити-шоу, которые можно увидеть сейчас на телеэкранах в любой стране мира.

На российском телевидении прорывом стало шоу «За стеклом», стартовавшее в октябре 2001 года. Следом за ним появилось первое шоу «на выживание» — «Последний герой». Но кульминацией стал «Дом-2» — «объект презрения интеллектуалов». Вадим Радаев напомнил высказывание Дмитрия Быкова на эту тему: «В России и сейчас очень много людей, которые позволяют гордиться этой страной. Просто не надо смотреть проект "Дом-2". Это отвратительная программа, и я абсолютно убежден, что ее создатели будут гореть в аду. Это будет такой проект "Ад-2", а сатана будет с удовольствием смотреть на это реалити-шоу».

По продолжительности пребывания в эфире «Дом-2» побил все рекорды — 11 с лишним лет. «В пик в одной Москве это шоу смотрели полмиллиона человек — но, конечно, не вы», — обращаясь к гостям семинара, заметил Вадим Радаев. Аудитория оценила это саркастическое замечание дружным смехом.

Почему люди хотят видеть реалити-шоу?

«Психологи скажут, что это подсознательное стремление к вуайеризму, к подглядыванию за чужой жизнью, — сказал Вадим Радаев. — Но этого объяснения недостаточно». Он напомнил слова одного из героев «Шоу Трумана» в исполнении Эда Харриса, который в самом начале фильма говорит: «Нам осточертели актеры с их вымученными эмоциями».

То есть людям хочется не актерской игры по сценарию, а естественности, при этом профессионально снятой на камеру. Так же те, кому надоедает наблюдать за животными в вольерах зоопарка, едут куда-нибудь в Серенгети, где звери живут вроде бы на свободе, но все-таки под контролем человека.

Вадим Радаев предлагает и другую аналогию — паноптикум. Как известно, паноптикум (паноптикон), придуманный Иеремией Бентамом, представляет собой модель идеальной тюрьмы, обитатели которой не видят других заключенных и надзирателя, зато надзиратель прекрасно видит их. По Мишелю Фуко, паноптикум — это машина, идеально обеспечивающая организацию власти. Пример паноптикума дан и Оруэллом в романе «1984».

Но что если «вывернуть» паноптикум? Что если это не невидимый надзиратель следит за всеми, а невидимые «все» наблюдают за одним «заключенным»? Это и есть принцип реалити-шоу.

Труман живет в тюрьме, но не знает об этом, все кругом — его «надзиратели». Похожий сюжет используется в «Голодных играх», но там участники знают с самого начала, что за ними следят.

 

Почему люди участвуют в реалити-шоу?

Труман участвует в своем шоу принудительно, когда он узнаёт правду, ему не дают уйти. Но в современные реалити-шоу участники приходят добровольно, даже соревнуются друг с другом, чтобы выставить свою жизнь напоказ. Зачем?

«Психологи скажут, что это эксгибиционизм. Социологи — что люди ищут денег и славы, — отметил Вадим Радаев. — Реалити-шоу важны как концентрированное выражение каких-то массовых процессов — попыток саморепрезентации».

Люди всегда хотели запечатлевать себя на фоне мировых красот или просто экзотики. Говорят, что первый автопортрет был снят еще в 1839 году в Филадельфии. Сейчас снимать себя стало совсем просто — благодаря selfie stick. Не надо больше просить других «щелкнуть» тебя. Другой человек, конечно, сфотографирует тебя не так, как нужно; только ты сам знаешь, как выставить себя в лучшем свете, да и фотошоп, если что, поправит картинку.

Селфи делают все — от Папы Римского до павианов. Вадим Радаев напомнил курьезную историю про хохлатого павиана, который украл камеру у натуралиста и сделал селфи. Курьезной была и последующая дискуссия о том, кому принадлежат авторские права на снимки — павиану или человеку?

Я уже запостил селфи на фоне Радаева и получил несколько десятков лайков

Куренной Виталий Анатольевич
руководитель Школы культурологии

Так или иначе любой человек сегодня может быть сам себе режиссером, монтажером, актером, «строителем мира вокруг себя, любимого». Причем больше не обязательно фотографироваться на фоне мировых памятников или горных вершин — нет, теперь мы хотим показывать себя в повседневности: что мы едим, как мы пьем, куда мы ходим.

Если прежде люди фотографировали себя «для истории», чтобы затем вспомнить и рассказать, что с ними было, то теперь всё большее число людей увлечено фиксированием своего настоящего — того, что с ними происходит здесь и сейчас. «Этот семинар еще не завершился, а он уже в "Фейсбуке", так ведь?» — поинтересовался у аудитории Вадим Радаев.

Главный принцип — онлайн-трансляция. Нужно поделиться своей частной жизнью, разместить ее в сети как можно скорее, потому что в сети всё очень быстро устаревает.

Сергей Медведев, профессор департамента политической науки

Соцсети как новый вид реалити-шоу

Социальные сети — это отчасти и паноптикум, и реалити-шоу. В соцсети все за всеми наблюдают и все демонстрируют себя. Причем важна не только демонстрация себя, но и обратная связь. Нужно подтверждение того, что тебя заметили и за тобой следят, отсюда такое внимание к лайкам и перепостам. «Соцсети — новый способ мобилизации масс, — считает Вадим Радаев. — И соцести, став ее новым объектом, спасли социологию».

Для Трумана обрести жизнь — значит спрятать ее от наблюдателя. Люди в соцсетях пытаются сделать прямо противоположное — завлечь публику в свою частную жизнь.

Более того, социальные сети становятся средством социального контроля: история вашего аккаунта может сыграть роль при приеме на работу, а США недавно объявили, что для некоторых категорий граждан решение по выдаче визы будет приниматься с учетом того, что заявитель пишет в соцсетях.

«Всё возрастающее количество людей, а в пределе все, возможно, еще не осознавая этого, хотят получить доступ к какому-нибудь реалити-шоу и поучаствовать в нем. Не просто перетянуть на себя внимание и получить пятнадцать минут славы — нет! Хочется превратить всю свою жизнь в реалити-шоу. Так что весь ужас жизни в том, что мечты сбываются. Хотите стать участником реалити-шоу — будете!» — предупреждает Вадим Радаев.

Нет жизни вне телевизора

Фильм «Шоу Трумана» вышел на экраны в 1998 году, и легко представить, что его сценарий мог бы написать Пелевин, считает Сергей Медведев. Этот сценарий казался антиутопическим, а оказался реалистическим.

«Я тогда не мог представить, что через двадцать лет Россия целиком, со всеми потрохами, въедет в телевизор и поселится там, и вся наша власть будет жить в телевизоре, и мы будем воевать по телевизору, и будет Донбасс, Крым и Сирия по телевизору, и президент наш будет жить в телевизоре, и телевизор будет жить в нем», — сказал Сергей Медведев.

В медийных технологиях произошел прорыв, в результате которого медиа, и прежде всего телевидение, стали не только отображать реальность, но и формировать ее. Теперь реально только то, что показано по телевидению. А если чего-то «в телевизоре» не было — значит, этого и не существует для огромного количества людей.

В этом смысле желание человека попасть в телевизор или быть востребованным в социальных сетях вполне понятно — хочется, чтобы о твоем существовании знали. «Все наши жизненные акты становятся реальными, только если они коммуницированы, — отметил Сергей Медведев. — И это на самом деле всегда было свойственно человеку».

Жизнь в соцсетях такая же реальная, как и вне их. И в желании человека поделиться своим повседневным бытом и мыслями нет ничего ужасного

Профессор Медведев привел два характерных примера. Один — бытовой. Кто всегда главный человек на свадьбе? Фотограф. Для невесты трагедия, если снимки не получились. Нет фотографий — вроде как и свадьбы не было. И другой пример — исторический, времен еще Крестовых походов. В 1250 году Людовик IX вместе со своим биографом Жаном де Жуанвилем попал в плен к мамлюкам. Но Жуанвиль призвал короля не отчаиваться: неприятно, конечно, зато будет что рассказать дамам!

Где следующий шаг в этом стремлении коммуницировать свою жизнь? Сергей Медведев считает, что он — в отделении идентичности от человеческого тела. Память мы уже вынесли в облако, думаем — с помощью Google. И уже появились сервисы, предлагающие пользователям создать аватары, которые будут сочинять и публиковать посты вместо них, лайкать чужие посты — даже после смерти человека.

Но насколько этично цифровое бессмертие? Этично ли разрушать границы приватности и «выбрасывать» идентичность в сеть? Сергей Медведев считает, что это реализация потенциала социума. Соцсети помогают ресоциализировать людей. То, что кто-то принимает за эксгибиционизм, на самом деле — попытка рефлексии, а это позитивная вещь.

Бойтесь не тех, кто делает селфи, а тех, кто хочет войти в Историю

«Я уже запостил селфи на фоне Радаева и получил несколько десятков лайков» , — заметил Виталий Куренной, предваряя свой комментарий. Он не согласен с предпосылкой, что частная жизнь должна быть скрыта от посторонних глаз, потому что она якобы неприлична. Кто придумал, что частное обязательно должно быть неприличным?

«Почему мы смотрим все эти шоу? Потому что в современном обществе мы переживаем сильные эмоции только в медиатизированном виде. Телевизор, кино — главный инструмент этой медиатизации. В этом смысле соцести еще одно такое средство», — считает профессор Куренной.

Поскольку человек — медийное существо, ошибочно говорить, как это часто делают сторонники левых идеологий, что всё, что отражается в медиа — это фейк, из которого нужно возвращаться в реальность. Нет, жизнь в соцсетях такая же реальная, как и вне их. И в желании человека поделиться своим повседневным бытом и мыслями нет ничего ужасного. Гораздо страшнее, когда человек считает, что всё это слишком мелочно для него, и мнит себя исторической фигурой.

Кстати тем, кто заинтересовался паноптикумом Бентама, Виталий Куренной советует приехать в усадьбу Бобринского (незаконного сына Екатерины Великой) в Богородицке Тульской области. Из главного зала усадьбы прекрасно виден весь окружающий усадьбу город. А можно приехать в Торжок. Он спланирован так, чтобы всё в городе было паноптически видно из одной точки — Путевого дворца Екатерины. «Так что Бентаму до наших планировщиков далеко», — заключил Виталий Куренной.

Рождественские киносеминары прошлых лет

Вам также может быть интересно:

Средневековье в кинематографе. Киномедиевализм как рефлексия о современности

Европа, пережившая в ХХ веке тяжелейшие травмы — две мировые войны, — во второй половине столетия остро заинтересовалась собственной историей, в частности — Средневековьем. Это относится как к науке, так и к культуре в целом. Серьезные киноленты таких мастеров, как Пазолини, Бергман, Росселлини, Бунюэль, Тарковский, Герман, формально посвященные средневековым сюжетам или героям, поднимали вечные вопросы и были попыткой с помощью прошлого понять настоящее. Об этом в новой колонке рассказывает доктор исторических наук, ординарный профессор НИУ ВШЭ Олег Воскобойников.

Тест: что вы знаете о российском дореволю­ционном кино?

В 1900-1910 гг. кинематограф быстро становился важной частью русской культуры и повседневной жизни. За это время было снято более 2500 фильмов, пригороды Москвы превратились в съемочную площадку, по всей стране открывались кинотеатры. Вы можете узнать об этом больше на сайте «Раннее русское кино», а в тесте IQ.HSE проверить, насколько вы разбираетесь в дореволюционном кинематографе.

Джармуш, Тарантино, Вышка: премьеры Каннского фестиваля

14 мая фильмом «Мертвые не умирают» Джима Джармуша открывается 72-й Каннский международный кинофестиваль. В официальную российскую делегацию вошли студенты Высшей школы кино «Арка», реализующей совместные программы допобразования с факультетом коммуникации, медиа и дизайна ВШЭ. Короткометражные фильмы студентов покажут в рамках ежегодного альманаха Global Russians.

«Мы все живем в мире токсичности»

В этом году традиционный рождественский киносеминар Лаборатории экономико-социологических исследований ВШЭ был посвящен фильму Александра Горчилина «Кислота». Темой семинара стала цитата из фильма «Что мы можем дать миру, кроме зарядки от айфона?». Участники обсудили, относятся ли показанные в фильме проблемы к определенному поколению или являются универсальными.

«Журналистика и документальное кино не такие уж разные специальности»

Во время учебы на факультете коммуникаций, медиа и дизайна ВШЭ Майя Гимаева сняла несколько документальных фильмов, два из них попали в программы международного фестиваля документального кино «Артдокфест». Фильм «Печать царя Соломона», рассказывающий о русскоязычном художнике из Венеции, можно посмотреть на сайте фестиваля 12 декабря. О том, как стать режиссером-документалистом, окончив журфак, она рассказала новостной службе ВШЭ.

Ученые в кино

Мировой кинематограф каждый год пополняет полку художественных фильмов с персонажами-учеными. В фильмах они или злодеи, или герои, или гении. В жизни все не совсем так. Ко Всемирному дню науки ИСИЭЗ НИУ ВШЭ собрал небольшую подборку фильмов, в которых ученые похожи на настоящих.

Юмористическая энциклопедия Средневековья

Монти Пайтон и публичная история.

В Школе дизайна открывается HSE Film School

HSE Film School — киношкола, которая объединит в себе все уровни образования: бакалаврский профиль «Кино и видеоарт» программы «Современное искусство», дополнительное образование, аспирантуру и в перспективе — магистратуру. Руководитель HSE Film School — известный режиссер и сценарист Александр Зельдович рассказал о том, почему современное кинообразование требует нового подхода, а также как и чему будут учить в киношколе.

«Веселая жизнь» тридцатых годов

Как сталинская смеховая культура отразилась в творчестве Михаила Булгакова.

Два квеста по поиску любви

В Вышке прошел традиционный рождественский киносеминар Лаборатории экономико-социологических исследований. В этот раз участники семинара, по их собственным словам, «замахнулись на святое» — обсудили российские фильмы «Нелюбовь» и «Про любовь» и попытались разобраться в том, как отличить настоящую любовь от ненастоящей, откуда берется нелюбовь и можно ли ее победить.