• A
  • A
  • A
  • АБВ
  • АБВ
  • АБВ
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта

Магистерская программа для учителей истории теперь рассчитана не только на москвичей

До 15 сентября продолжается набор на очно-заочную магистерскую программу «Информационные ресурсы исторической науки», предназначенную, прежде всего, для школьных учителей истории — как из России, так и из стран СНГ. Чему научатся слушатели этой программы, как им удастся совмещать учебу с работой, рассказывает ее руководитель, профессор ВШЭ Игорь Данилевский.

Ездил ли Дмитрий Донской к Сергию Радонежскому?

Одна из сложностей преподавания истории в современной российской школе заключается в том, что курс должен соответствовать различным требованиям, зачастую противоречивым. Есть федеральные государственные образовательные стандарты, где заданы результаты изучения истории на каждой ступени образования, а есть ЕГЭ, где нужно выполнить стандартизированные задания. Вдобавок недавно была принята единая концепция преподавания истории — ее частью является историко-культурный стандарт, где определены темы, которые должны освоить дети в школьном курсе.

Мы учим слушателей нашей программы соотносить в своей работе все эти многочисленные требования. Например, стандарт требует от школы научить детей ориентироваться в информации и оценивать ее критически. Но на ЕГЭ нужно дать единственно верный ответ, например, на вопрос, как звали монахов, которых Сергий Радонежский дал в спутники Дмитрию Донскому. Ученик, компетенции которого соответствуют стандарту, знает, что поездка князя Дмитрия к Сергию — скорее всего, миф, а Пересвет и Ослабя никогда не были монахами. И наша задача — научить учителей объяснять ребятам, что есть академическое знание, а что — легенда, которая стала одним из элементов национальной исторической памяти. В программу даже включен специальный курс, связанный с адаптацией академического знания для школы, который ведет известный методист, автор учебников Андрей Иоффе.

Была ли Невская битва?

Есть еще одна проблема преподавания школьного курса истории. Я убежден, что его главная цель — научить детей работать с информацией, адекватно оценивать ее достоверность и качество (прежде всего, сведений из СМИ и интернета). Но ведь сначала учителя должны научиться этому сами, должны понять, по каким критериям оценивать то, что они предлагают школьникам в качестве исторического знания.

Разбирая конкретные примеры работы с различными источниками и с различными видами сохранившейся в них информации о прошлом, мы учим слушателей отделять факты от популярных мифов

Сведения, которые предоставляют нам исторические источники, можно разделить на три группы: верифицируемые, уникальные и повторяющиеся. Верифицируемые сведения, которые можно получить из хотя бы двух независимых друг от друга источников, составляют основу наших знаний о прошлом. Уникальные сведения, как, например, о Невской битве, известны нам только из одного источника, и мы можем лишь с известной осторожностью предположить, что это событие было в действительности. А повторяющиеся сведения – это цитаты из различных произведений, с помощью которых авторы источников выражали свое отношение к событиям. Разбирая конкретные примеры работы с различными источниками и с различными видами сохранившейся в них информации о прошлом, мы учим слушателей отделять факты от популярных мифов.

К чему привело изменение формата программы?

Магистерская программа «Информационные ресурсы исторической науки» существует уже несколько лет. Раньше она была рассчитана только на московских или подмосковных учителей: три раза в неделю нужно было приезжать на занятия в Институт образования ВШЭ на несколько часов.

В прошлом году мы поменяли формат программы: она остается очно-заочной, срок обучения — 2,5 года, но вместо занятий по вечерам предлагаются как очные, так и дистанционные формы занятий. Три раза в год слушатели приезжают в Москву на очные сессии, каждая длится две недели. Преподаватели читают установочные лекции, дают задания на дом, слушатели выбирают курсы, которые хотели бы изучить. А дальше начинается дистанционная работа: до следующей очной сессии слушатели пишут эссе, анализируют исторические источники, консультируясь с преподавателями по интернету, в том числе в формате вебинаров.

Судя по уже поданным заявлениям, география программы существенно расширилась — вплоть до ближнего зарубежья. У нас по-прежнему есть бюджетные места, и требования к поступающим все те же: никаких экзаменов — только портфолио, где основную роль играет мотивационное письмо. И хотя программа рассчитана на уже работающих учителей, мы принимаем и тех, кто только собирается преподавать историю в школе, если, конечно, вы убедительно расскажете в своем письме, чем вас привлекла именно эта работа.

 

5 причин, по которым стоит поступить на нашу магистерскую программу

  1. У нас уникальные курсы, которые не читаются больше ни в одном вузе мира.
  2. У нас учатся лучшие учителя.
  3. У нас на программе работают лучшие преподаватели факультета истории ВШЭ.
  4. У нас на занятиях всегда хорошее настроение – и у преподавателей, и у магистрантов.
  5. У нас просто здóрово!

Записала Екатерина Рылько

Вам также может быть интересно:

«Вышка готовит не специалистов узкого профиля, а людей с широким кругозором»

С нового учебного года историки будут учиться в бакалавриате ВШЭ не четыре года, а пять лет. Что это: объективная необходимость или тихое возвращение к советской системе подготовки историков? Объясняет декан факультета гуманитарных наук Михаил Бойцов.

Тест: от заговоров до ДМС. Что вы знаете об истории отечественной системы здравоохранения?

100 лет назад у вас не получилось бы записаться в поликлинику — их не было. Редакция IQ.HSE составила тест, который поможет проверить, насколько хорошо вы ориентируетесь в истории здравоохранения.

Покайся и работай. Что общего между исповедью и советскими автобиографиями

Автобиографии в СССР писал почти каждый. С 1930-х годов они стали обязательными при оформлении документов — от приема на работу до получения наград. Эти личные свидетельства адресовывались государству, их составление формировало «советского человека» и напоминало Таинство покаяния перед Всевышним, утверждает профессор НИУ ВШЭ Юрий Зарецкий.

Введение в Даурскую готику. Что это за феномен и как он возник в Забайкалье

Медиевальный хоррор, вампиры, колдуны, таинственные монахи и восставшие мертвецы наряду с реальными историческими фигурами, сюжеты о Гражданской войне в России в ореоле мистики — такова самая простая формула Даурской готики. Об этом явлении и его развитии IQ.HSE рассказал его исследователь, доктор политических наук Алексей Михалев.

Библионочь в Высшей школе экономики: Шекспир, музеи и квесты

Почти 40 команд приняли участие в квесте «По страницам Басмании», организованном Высшей школой экономики в рамках ежегодной городской акции. В это же время в библиотеке университета ставили отрывки из «Ромео и Джульетты» и слушали лекции о театре.

Список литературы: советская историческая наука

Оправдание опричнины, сталинизм и попытки сохранить себя.

Как отправить сына учиться за границу в XVI веке

На примере истории швейцарских гуманистов Томаса и Феликса Платтеров попытаемся разобраться, с какими трудностями встречались родители XVI века, решившие отправить своего ребенка учиться в престижный зарубежный университет.

Запретное знание

Абсолютная свобода слова и совести в Древней Греции — миф. Каждый мог публично критиковать политиков, но высказываться о религии и мироустройстве было чревато. Философов приговаривали к смерти как безбожников, их учения запрещались, а книги горели на кострах. Феномен античной цензуры исследовал профессор НИУ ВШЭ Олег Матвейчев.

Идеал женщины Третьего рейха

С 1934 года в национал-социалистической Германии выходил главный женский журнал NS-Frauen-Warte. Элла Россман, студентка магистерской программы «Историческое знание» Школы исторических наук НИУ ВШЭ, проанализировала визуальные образы в 10 номерах журнала за июль-декабрь 1941 года. В своей работе она исследовала пропаганду национал-социалистов в отношении семейной политики и феминности.

Фронтовые письма XX века

Профессиональное отношение к войне тех, кто шел на нее добровольно или вынужденно, за минувший век изменилось: от «честь имею» до выживания в бою без патриотических лозунгов. О том, как это происходило, можно узнать из личных писем солдат и офицеров. Коллектив историков, антропологов и социологов проанализировал корреспонденцию с нескольких войн XX столетия: англо-бурской (1899–1902), русско-японской (1904–1905), Первой (1914–1918) и Второй (1939–1945) мировых, афганской (1979–1989) и чеченских (1994–1995 и 1999–2000).