• A
  • A
  • A
  • АБВ
  • АБВ
  • АБВ
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта

Уволенные в США и Германии. Кому тяжелее?

26 декабря состоялся семинар научно-учебной Лаборатории исследований рынка труда (ЛИРТ) ГУ-ВШЭ. C докладом "Оценка потерь в заработной плате при смене рабочего места при вынужденном увольнении в Германии" ("Application of the propensity score-matching method to prediction of wage losses of displaced workers in Germany") выступила Александра Федорец (PhD student Humboldt University of Berlin).

Уже второй раз на семинаре ЛИРТ рассматривался рынок труда Германии — до этого 13 декабря обсуждались гендерные аспекты трудовой миграции с востока на запад в Германии.

В начале доклада Александра Федорец рассказала об исследованиях оценки потерь в заработной плате при увольнении. Отправной точкой исследовательского интереса к данной тематике стали две волны массовых увольнений в США: в 1970-х гг. — "синих воротничков", а в 1990-е гг. — "белых воротничков". Как выяснили исследователи, при принудительном увольнении и последующем трудоустройстве американские работники теряли около 10—15% заработной платы. Возможными теоретическими обоснованиями этого могут являться следующие причины: потеря специфического и обесценивание общего человеческого капитала, потеря "удачного соответствия" работника и рабочего места, потеря отраслевых, пространственных, профессиональных преимуществ, "премии" за членство в профсоюзе. Кроме того, увольнение работника может служить сигналом для потенциальных работодателей о его низкой продуктивности и при последующем трудоустройстве препятствовать доступу к "хорошим", высокопроизводительным рабочим местам.

Александра Федорец
Александра Федорец
Для своей работы Александра Федорец использовала эконометрические методы, при которых для оценки возможных последствий политики для сравнения с анализируемой группой формируется контрольная группа методом подбора на основе балльной оценки (propensity-score matching method). Для обеспечения большей однородности в выборку вошли мужчины, работающие по найму полный рабочий день на постоянной основе и проживающие в Западной Германии. Из рассмотрения были исключены занятые в сельском хозяйстве и некоммерческих организациях. Эмпирической базой исследования стали панельные данные GSOEP (German Socio-Economic Panel) за 1985—2005 гг.

Для оценки возможных потерь в заработной плате проводилось сравнение сменивших место работы по причине принудительного увольнения, с одной стороны, с теми, кто оставался стабильно занятыми, с другой стороны, и с теми, кто сменил место работы по причинам, отличным от вынужденного увольнения, с третьей стороны. Александра Федорец пришла к выводу, что потери в заработной плате при принудительном увольнении составляют 6—7% по отношению к уволенным по другим причинам. И практически не наблюдаются потери в заработной плате по отношению к работникам, имевшим стабильную занятость. В целом полученные оценки подтверждают результаты других исследований по Германии и свидетельствуют о том, что, в отличие от рынка труда в США, вынужденно уволенные работники в Германии не несут существенных потерь в заработной плате.

Оппонентом по докладу выступала Анна Лукьянова. Она заметила, что если метод подбора контрольных групп дает тот же результат, что и МНК, то, вероятно, это говорит об отсутствии смещенности в рассматриваемой группе. Также был поставлен вопрос о значимости полученных результатов в связи с малым объемом выборки, на котором проводилось исследование. Анна Лукьянова отметила, что выявленное отличие ситуации на рынке труда Германии от процессов, наблюдаемых на рынке труда США, требует содержательного объяснения. Она предположила, что это может быть связано с различием институтов рынка труда в двух странах. Она порекомендовала докладчику посмотреть динамику процессов и, с учетом имеющихся данных, сравнить два десятилетия — с 1985 по 1994 годы и с 1995 по 2005 годы, а также учесть возможное влияние изменений в трудовом законодательстве в Германии за эти периоды.

Нина Вишневская предложила более подробно рассмотреть институты рынка труда в Германии и США. В частности, необходимость заблаговременного предупреждения работника об увольнении в Германии позволяет ему найти новую хорошую работу. Пособие по безработице также позволяет немецкому работнику больше времени потратить на поиск новой работы, значит, его шансы получить хорошую зарплату повышаются.

Справа - Сергей Рощин
Справа - Сергей Рощин
Продолжая дискуссию, ведущий семинара Сергей Рощин отметил, что, во-первых, так как в Германии и США существуют различия в вероятности устроиться на работу после вынужденного увольнения, то необходимо дополнить работу рассмотрением группы принудительно уволенных работников, которые затем существенное время являлись безработными. Во-вторых, необходимо проанализировать рабочие места, на которые работники трудоустраиваются после принудительного увольнения. Если трудоустройство происходит в растущие сектора экономики, на высокопроизводительные рабочие места, то это не должно приводить к потерям в заработной плате. Это позволит скорректировать оценку потерь в заработной плате и более полно понять поведение рассматриваемой группы.

Завершая семинар, Сергей Рощин отметил, что примененные в исследовании эконометрические методы пока, к сожалению, мало используются при проведении исследований по российскому рынку труда и обсуждаемая работа демонстрирует хороший методологический пример для российских исследователей.

Контакты: ssolntsev@hse.ru, (495) 624-84-39.

Вам также может быть интересно:

Профессии в тренде: как Вышка отвечает на вызовы будущего

Рынок труда постоянно меняется. На кого учиться, чтобы выйти из вуза со знаниями и навыками, востребованными не только в современных реалиях, но и как минимум через четыре-шесть лет? Как определить, насколько та или иная профессия будет востребована в будущем? Что может послужить базой для создания списка профессий, которые продолжат быть востребованными и в России и в мире? В нашем спецпроекте эксперты ИСИЭЗ ВШЭ отвечают на эти вопросы через анализ глобальных трендов.

Правила успешного фриланса. Как побеждать в конкурсах на бирже удаленной работы

Шансы фрилансера получить конкурсный контракт могут снижаться до 0,1% и взлетать до 40%. Социологи ВШЭ изучили от чего это зависит. IQ.HSE переложил выводы ученых в инструкцию: как существовать на бирже, чтобы оказываться в выигрыше.

Тест: работа мечты существует? Какие трудовые условия соблазняют миллениалов

HR-специалисты охотятся за молодыми творческими работниками. А те меняют фирмы как денди — перчатки. Почему так происходит? Ольга Котомина из ВШЭ по итогам опроса креативщиков в возрасте 19–35 лет выделила пять характеристик идеального рабочего места. На их основе редакция IQ.HSE составила быстрый тест.

Ярослав Кузьминов — о развитии высшего образования в условиях цифровизации

В течение ближайших 10 — 15 лет рынок труда полностью изменится под воздействием цифровой революции. Чему и как нужно учиться в условиях быстрого обновления профессий и технологий на рынке квалификаций? Как выжить вузам в условиях распада традиционных методик преподавания? Когда ждать появления массовой индивидуализации образовательных траекторий? Ответы на эти и другие вопросы — в лекции ректора НИУ ВШЭ.

Личность на работе. Как трудовые успехи связаны с психологическими качествами

Манера думать, чувствовать и вести себя в определенных обстоятельствах влияет на возможность занятости и величину зарплаты. Эффект от характеристик личности на рынке труда впервые в России измерила Ксения Рожкова.

Безысходность или желание. Межстрановые и гендерные различия мотивации на рынке труда

Экономические показатели стран и присущая им культура влияют на то, какие цели преследуют мужчины и женщины в сфере занятости. Исследователи ВШЭ проанализировали трудовые ориентации людей, проживающих в разных странах мира, и выявили, какие факторы сказываются на их мотивации работать и в какой степени она реализовывается на рынке труда.

«Готовить человека для работы в среде, которая скоро исчезнет — не совсем разумно для государства»

Профессии охранника, продавца и водителя начнут вытесняться в ближайшие десять лет. Им на смену придут специальности, связанные с адаптацией цифровых сервисов, поиском и освоением информации. Именно такой эффект цифровой революции мы увидим к 2030 году, рассказал ректор ВШЭ Ярослав Кузьминов, выступая 5 марта с докладом на заседании межфракционной группы «Единой России» в Государственной думе.

В серой зоне

В России, Франции и Греции внешние неквалифицированные трудовые мигранты невольно поддерживают политику работодателей, сразу помещающих их в серое правовое поле. Исследование в трех странах показало, что иностранные рабочие изначально готовы трудиться полулегально, лишь бы заработать на жизнь. Между тем, их доходы не компенсируют ситуацию социальной уязвимости, в которой они оказались. Статья об этом опубликована в Журнале исследований социальной политики НИУ ВШЭ. 

Какие профессии будут нужны через 10 лет

Какой вуз гарантирует, что завтра ты не останешься без работы? Зачем повару университетский диплом? Кто такие «кентавры»? Чему научит цифровая школа? На вопросы «Российской газеты» ответил ректор ВШЭ Ярослав Кузьминов.

Силы на труд

В России почти 25 миллионов рабочих, это почти треть занятого населения. У перестраивающейся экономики на них большие надежды. Но готовы ли они к труду — хватит ли на него здоровья? Хватит, считает профессор НИУ ВШЭ Наталья Тихонова. Однако не у всех. О том, кто в зоне риска, — новое исследование на данных RLMS-HSE.