• A
  • A
  • A
  • АБВ
  • АБВ
  • АБВ
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта

10 мифов о гражданском обществе, которые развенчал Лестер Саламон

Стенограмма

20 июня прошел семинар Центра исследований гражданского общества и некоммерческого сектора ВШЭ. С докладом выступил Лестер Саламон, руководитель Центра исследований гражданского общества Университета Джонса Хопкинса (США), теперь также ставший научным руководителем Международной лаборатории исследований некоммерческого сектора ВШЭ, созданной в этом году.

Открывая семинар, директор Центра исследований гражданского общества и некоммерческого сектора ВШЭ Ирина Мерсиянова отметила, что с ростом активности организаций гражданского общества на местном, региональном, федеральном и международном уровнях все более ощутимым оказывается дефицит достоверной эмпирической информации о гражданском обществе в глобальном масштабе. Среди общественности и политиков бытуют разного рода мифы о том, как работают организации некоммерческого сектора, на какие средства они существуют и как финансируются.

Доклад профессора Лестера Саламона, директора масштабного Проекта сравнительных исследований некоммерческого сектора, который реализовывался в 45 странах на протяжении 20 лет, был посвящен десяти наиболее распространенным мифам о глобальном гражданском обществе и их оценке с учетом многолетних межстрановых исследований.

Профессор отметил, что когда он начинал свою исследовательскую деятельность, в научном сообществе еще не существовало четкого определения гражданского общества и некоммерческого сектора. Отсутствие таких теоретических концептов и несовершенство статистического учета в некоммерческом секторе сформировали убеждение, что некоммерческого сектора не существует вовсе, и привели к рождению мифов о нем.

Фактически в общепринятой системе национальных счетов учитывается пять отраслей: нефинансовые институты (корпорации), финансовые институты (корпорации), государственные организации и учреждения, домохозяйства и некоммерческие организации (НКО), обслуживающие домохозяйства. При применении данной методологии информация о некоммерческом секторе является неполной и не отражает реальной ситуации, в то время как деятельность НКО может составлять до 15% ВВП. Профессор остановился на критериях организаций некоммерческого сектора, по которым они институционально отделены от государства, не распределяют прибыль, являются самоуправляемыми, а их члены принимают участие в деятельности организаций на добровольной основе.

Лестер М. Саламон считает, что данное определение позволяет отнести к некоммерческому сектору широкий круг организаций, таких как торговые ассоциации и промышленные объединения, университеты, организации по защите окружающей среды, прав человека, спортивные клубы, профессиональные организации, фонды, музеи, больницы и госпитали.

В своем докладе профессор Лестер Саламон представил и развенчал десять мифов о глобальном гражданском обществе.

Первый миф заключается в том, что некоммерческий сектор слабо проявляет себя и потому незаметен. По мнению Лестера Саламона, данный миф обусловлен несовершенством сбора статистическиой информации, применяемого для учета экономического вклада третьего сектора в развитие экономик стран в целом. Скорее существует проблема «экономической» невидимости третьего сектора.

 — У третьего сектора нет «экономического лица», и как только разговор переходит с идеологических рельсов на экономические, он исчезает, — отметил Лестер Саламон. — На самом деле многолетние исследования нашего центра говорят об обратном — третий сектор является мощным экономическим стимулом, влияние которого усиливается год от года.

Следует пояснить, что Центр исследований гражданского общества Университета Джонса Хопкинса (США) является одним из ведущих в мире академических центров изучения некоммерческого сектора и гражданского общества, специализирующихся на эмпирическом подходе к исследованиям и на методологии количественного анализа. Первые работы центра по данной тематике были выполнены в начале 1980-х годов на материале США. Позже центр применил собственные методологические наработки в международных сравнительных исследованиях, в результате которых получена наиболее полная на сегодняшний день оценка масштабов, структуры, ресурсов и роли в экономике некоммерческого сектора в глобальном масштабе.

Второй миф, отмечает профессор Саламон, навязывает нам мнение о том, что гражданское общество якобы оказывает по преимуществу лишь социальные услуги. В его опровержение профессор напомнил аудитории о функциях третьего сектора в наше время — к ним, безусловно, относится предоставление социальных услуг (например, медицинских или образовательных), однако огромные усилия некоммерческого сектора направлены и на защиту интересов людей, распространение и развитие социокультурных ценностей общества, сохранение его самобытных традиций, развитие и поддержание общественных структур. Ведь эти ценности — не только нравственные ориентиры, но и индикаторы гуманности и цивилизованности общества. Необходимо отметить, что в последнее время все большее количество исследователей обращается к теории социального капитала и его роли в развитии экономик: формировании взаимообогащающих и доверительных отношений между людьми, мобилизации ценностей, объединении людей для какого-либо совместного действия.

Третий миф — широко распространенное заблуждение о маргинальном экономическом характере третьего сектора. Но есть ли основания полагать, что в действительности некоммерческий сектор не является полноправным экономическим актором? Приведенные профессором цифры (по данным 40 стран) говорят о том, что некоммерческий сектор предоставляет 48,4% полноценных рабочих мест, обеспечивая занятость 4,6 % экономически активного населения или 48 миллионов трудящихся, в противовес всего лишь 4 миллионам рабочих мест в крупных частных корпорациях. При этом вклад некоммерческого сектора в экономику в разных странах колеблется от 15,7% в США до 1,5% в Южной Корее. Для России эта цифра составляет 3,373% (впрочем, российские исследователи отмечают, что в нашей стране макроэкономический аспект деятельности организаций гражданского общества пока изучен недостаточно, чтобы делать определенные выводы).

Щедрость филантропов пока преувеличивается

Тут стоит добавить, что Международная лаборатория исследований некоммерческого сектора, которую возглавил Лестер Саламон, созданная на базе Центра исследований гражданского общества и некоммерческого сектора НИУ ВШЭ, одной их своих целей видит включение российских данных в мировую статистику третьего сектора. Еще в 2009 году было проведено всероссийское обследование НКО в рамках мониторинга состояния гражданского общества, результаты которого позволили обозначить и нашу страну в диаграммах Саламона по выше перечисленным пунктам. Подробные сведения содержатся в презентации, опубликованной на сайте Центра исследований гражданского общества и некоммерческого сектора.

Четвертый миф заключается в убеждении, будто организации гражданского общества — это преимущественно американский феномен, и в других странах можно найти гораздо меньше свидетельств его активности. Пятый миф связан с предыдущим тезисом, поскольку в нем утверждается, что в скандинавских странах, где сильно развито социальное государство, некоммерческого сектора вовсе не существует. Но данные Центра исследований гражданского общества Университета Джонса Хопкинса не подтверждают этих «гипотез». К тому же методология статистического учета НКО в скандинавских странах позволяет определить и выявить вклад третьего сектора в экономику этих стран.

Шестой миф гласит, что оплачиваемые сотрудники повсеместно «вытесняют» добровольцев из третьего сектора. Согласно же данным исследований, в 37 странах из всех людей, работающих в некоммерческом секторе, 56% получают зарплату, а 44% являются добровольцами.

Седьмой миф связан с небылицами о финансировании третьего сектора. Например, есть мнение, что основной источник финансирования НКО — это пожертвования (по крайней мере, в США многие уверены именно в этом). Однако в 34 странах 53% финансирования НКО составляют их доходы от предоставления услуг, 35% — финансовая поддержка от государства и только 12% составляет благотворительность.

— Щедрость филантропов пока преувеличивается, — отметил Лестер Саламон.

Однако надо учесть, что в России данное распределение предстает в несколько ином виде: 51% финансирования организации получают от предоставления услуг, 33% — филантропия и 15% — государственные вливания. Говорит ли это о большей щедрости жертвователей или скупости государства? Думается, что каждое российское НКО может дать разные ответы на этот вопрос.

Восьмой миф уточняет: в США филантропия абсолютно точно лидирует среди источников финансирования НКО. Это утверждение также не подтверждается статистическими данными. Распределение финансирования НКО в США фактически является среднестатистическим, то есть большая часть поступает от оказания услуг (57%), а меньшая — от филантропии (13%).

Девятый миф, по мнению Лестера Саламона, заключается в том, что некоммерческий сектор является скорее трудоемким, чем капиталоемким. Однако в последние годы это соотношение меняется, сектор становится все более капиталоемким, применяются инновационные финансовые инструменты для привлечения капитала в сектор НКО.

Я увидел огромный интерес у представителей российского правительства к изучению лучшего зарубежного опыта. Кроме того, важно включить современные данные по России в мировую статистику третьего сектора. И наконец, необходимо познакомить как российские некоммерческие организации, так и сообщество инвесторов с инновационными механизмами и моделями благотворительности и фандрайзинга

Лестер Саламон
научный руководитель Международной лаборатории исследований некоммерческого сектора

Профессору не составило труда опровергнуть и последний, десятый миф — о темпах развития некоммерческого сектора в сравнении с сектором частного бизнеса. Данные по пяти странам (Чехии, Бельгии, Канаде, США и Японии) свидетельствуют о том, что некоммерческий сектор в них растет более высокими темпами, чем экономика в среднем.

После доклада Лестер Саламон ответил на вопросы аудитории. В частности, говоря о том, какими критериями определяется рост некоммерческого сектора, он заметил, что основополагающим мерилом тут является вклад некоммерческого сектора в экономику различных стран. Вопросы касались и соотношения понятий гражданского общества и некоммерческого сектора. Как отметил профессор, гражданское общество помимо общественных организаций включает множество неформальных, самоорганизованных групп и движений. Таким образом, некоммерческие организации представляют собой лишь часть, хотя и весьма существенную, более широкого пространства гражданского общества.

Директор Центра развития некоммерческих организаций (Санкт-Петербург) Анна Скворцова задала профессору Саламону вопрос о его планах как руководителя Международной лаборатории исследований некоммерческого сектора Центра исследований гражданского общества и некоммерческого сектора НИУ ВШЭ.

— Одну из основных задач я вижу в том, чтобы предложить российскому правительству современную трактовку третьего сектора, — пояснил Лестер Саламон. — Я увидел огромный интерес у представителей российского правительства к изучению лучшего зарубежного опыта. Кроме того, важно включить современные данные по России в мировую статистику третьего сектора. И наконец, необходимо познакомить как российские некоммерческие организации, так и сообщество инвесторов с инновационными механизмами и моделями благотворительности и фандрайзинга.

Развитие организаций третьего сектора, рост их влияния является признаком здорового общества — такого общества, которое видит и не замалчивает проблемы, реагирует на них, общества, которое предоставляет гражданам возможность для самореализации, общества, в котором есть доверие, общества нового качества

На вопрос А. Скворцовой о том, что он может посоветовать российскому третьему сектору, чтобы стать экономически видимым, повысить свою узнаваемость, Лестер Саламон ответил, что НКО нужно научиться передавать надежные данные о себе и своей деятельности, в частности это касается убедительного описания так называемых кейсов. Необходимы также систематические усилия сектора в борьбе с коррупцией, развитии механизмов саморегуляции и разработке этических кодексов НКО.

Елена Абросимова, и.о. завкафедрой коммерческого права Московского государственного университета имени М.В. Ломоносова, предложила обратить внимание на различия в законодательных определениях организаций некоммерческого сектора. Российское законодательство, отметила она, оперирует понятием «некоммерческие организации». Широко используемое в последнее время понятие «социально ориентированные организации» близко понятию «социальные организации», употребляемому Лестером Саламоном, и понятию «организации общественной пользы», широко представленному в законодательстве западных стран.

Американская исследовательница Сара Буссе Спенсер, доцент факультета социологии НИУ ВШЭ, поинтересовалась, почему принимается как данность, что некоммерческому сектору надо расти. «Может быть, сектору лучше оставаться камерным, закрытым?» — добавила она. Профессор Саламон, признав оригинальность вопроса, ответил, что, по его мнению, очень важно, чтобы организации гражданского общества развивались, чтобы усиливалась их поддержка.

— Развитие организаций третьего сектора, рост их влияния является признаком здорового общества — такого общества, которое видит и не замалчивает проблемы, реагирует на них, общества, которое предоставляет гражданам возможность для самореализации, общества, в котором есть доверие, общества нового качества, — подвел итог встречи Лестер Саламон.

Татьяна Богословская, Евгения Коновалова, Наталья Иванова специально для новостной службы портала ВШЭ

Фото Михаила Дмитриева

Вам также может быть интересно:

Требуем. Заставим. Помогите. Население и власть в зеркале онлайн-петиций

Свыше 40% интернет-петиций, созданных жителями Центральной России, достигают результата. На Дальнем Востоке — лишь 2%, в регионах Северного Кавказа и того меньше. Готовность власти и бизнеса реагировать на цифровую активность граждан Надежда Радина и Дарья Крупная изучили на материалах платформы Change.org. Статья по результатам работы появится в одном из ближайших номеров журнала «ПОЛИС. Политические исследования».

НКО и волонтерам нужно активнее участвовать в реализации нацпроектов

К такому выводу пришли участники заключительного пленарного заседания в рамках XX Апрельской международной научной конференции НИУ ВШЭ. При этом государству следует поддерживать инициативы волонтеров и благотворителей и внедрять передовые технологии НКО, а не навязывать им свои бюрократические решения.

Человек или государство

В последние 20 лет российское население пересмотрело значимость прав человека. Впервые в истории страны интересы государства перестали доминировать над интересами личности и социальных групп. Новая модель общества уже формируется, но не будет строиться по западному образцу. Почему — объясняет в исследовании профессор НИУ ВШЭ Наталья Тихонова.

Представители ВШЭ вошли в состав Совета по общественному телевидению

30 октября 2018 года указом Президента Российской Федерации утвержден новый состав Совета по общественному телевидению. Среди 24 членов Совета — представители культуры, бизнеса, общественных организаций,  науки, в том числе первый проректор ВШЭ Лев Якобсон и директор Центра исследований гражданского общества и некоммерческого сектора Ирина Мерсиянова.

Для спасения мира нужна привычка к рутинной работе

Какие формы имеет социальное предпринимательство в России и США? Чем определяется успешность социальных проектов и как добиться их долговременной устойчивости? Эти вопросы обсуждались на очередной «Неформатной встрече на ВысШЭм уровне», организованной Центром исследований гражданского общества и некоммерческого сектора НИУ ВШЭ.

Волонтерство в России: с чего оно началось и как будет развиваться

9 декабря Центр исследований гражданского общества и некоммерческого сектора НИУ ВШЭ совместно с Благотворительным фондом содействия продвижению и развитию добровольчества «Национальный центр добровольчества» провели международный круглый стол «25-летие добровольчества в России: взгляд в будущее».

Страна, социально-экономическому развитию которой помогают волонтеры

23 ноября в рамках Неформатных встреч на «ВысШЭм уровне» в Центре исследований гражданского общества и некоммерческого сектора НИУ ВШЭ состоялась встреча с индийским общественным деятелем и бизнесменом Санджитом Кумаром Джха. Он рассказал, чем объясняются успехи общественной деятельности в Индии.

Должно ли государство поддерживать благотворителей?

Насколько эффективно государственное регулирование благотворительной деятельности? Помогает или мешает госфинансирование привлекать частные средства благотворительным фондам? Что показывает международный опыт и насколько он применим в российских условиях? Об этом шла речь на очередном заседании научного семинара Центра исследований гражданского общества и некоммерческого сектора НИУ ВШЭ.

Где готовят исследователей гражданского общества

Обучение в бакалавриате ВШЭ предполагает участие студентов в проектной деятельности. О том, чем могут быть интересны проекты по изучению «третьего сектора» и какие возможности они открывают для студентов, рассказывает директор Центра исследований гражданского общества и некоммерческого сектора ВШЭ, заведующая кафедрой экономики и управления в НКО Ирина Мерсиянова.

XII конференция ISTR: ученые НИУ ВШЭ представили рекордное количество докладов

В Стокгольме состоялась двенадцатая конференция Международного сообщества исследователей третьего сектора (International Society for Third Sector Research – ISTR) на тему «Третий сектор в период трансформации: отчетность, прозрачность и социальная инклюзия». Конференция проводится раз в два года и является одним из крупнейших научных событий в своей области.