• A
  • A
  • A
  • АБВ
  • АБВ
  • АБВ
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта

 

Пион Гайбарян

Выпускница факультета гуманитарных наук ВШЭ, в 2015 году окончила магистерскую программу «Философская антропология».

В 2010-2013 годах работала инструктором в детских образовательных центрах «Точка роста» и «Кидбург» (Ростов-на-Дону). В 2015 году открыла пространство «Кочерга», где проводит воркшопы по рациональности, а также собирает сообщество молодых философов и проводит научно-популярные мероприятия. С 2016 года — коуч по рациональному мышлению.

«Мы знаем наших клиентов, как самих себя»

Конструктор успеха


О проекте
«Конструктор успеха»

Как найти свое место в жизни, заняться тем, что получается легко и приносит счастье? Для этого нужно правильно применить знания, которые дал университет и сама жизнь. В проекте «Конструктор успеха» мы рассказываем о выпускниках Высшей школы экономики, которые реализовали себя в интересном бизнесе или неожиданной профессии. Герои делятся опытом — рассказывают, какие шишки набивали и как использовали предоставленные им шансы.

В рубрике «Конструктор успеха» — выпускница Вышки, основатель антикафе «Кочерга» Пион Гайбарян. Она рассказывает о том, как создать приют для ботаников и построить идеологический бизнес, почему философия не может быть кухонным разговором и как чтение Курта Геделя под солнцем лечит депрессивное расстройство.

Что такое философское мышление и в каких сферах его можно применять?

Когда люди говорят о философии, они всегда говорят о разном. Я училась в бакалавриате в Южном федеральном университете, а в магистратуру поступила в Вышку. В бакалавриате я наблюдала две разные половины студентов: людей, которым просто нужен диплом, и тех, кто реально «угорает» по философии. В Вышке с этим соотношением было иначе, в магистратуре учились исключительно люди, которые «болеют» философией. У них особая черта — они мышление перестраивают для своей работы. Вот это очень круто и дает зеленый свет в жизни, хотя прикладное применение предмета, конечно, сильно зависит от области философии, которой занимаешься.

Я долго думала, что мне делать после философского факультета, не пойти ли в аспирантуру? Одно дело — интересно учиться, и другое дело — как-то дальше жить. Только под конец второго курса магистратуры я поняла, что философу можно что-то делать для современного общества с текущими знаниями и умениями. Поэтому для меня философия — это скорее такой способ мышления, который включает многие навыки: построение аргументов, обоснование своих мыслей и даже научный скептицизм, когда человек не принимает ничего на веру, а стремится все понять и обосновать.

Антикафе «Кочерга» скорее идейное заведение с элементами бизнес-проекта, место для ботаников, которые занимаются своими странными вещами.

Это больше похоже на неприятие жизни, чем на то, что приносит пользу для жизни.

Я говорю о методологии. В материальную быль все переводится так: когда человек обладает навыками рационального мышления, он в любой области может навести порядок и понять все до конца. Это такая методология, которая позволяет получать достоверную информацию и делать хорошие предсказательные модели. Вот это, на мой взгляд, и есть главная польза философского мышления. Это самое важное, чему я научилась на философском факультете, что мне позволяет дальше выстраивать свою жизнь. Остальная часть философии — это, по сути, смесь истории и литературоведения.

Что послужило мотивом для открытия антикафе?

Сама идея открыть такое заведение выросла из того, что в Москве есть сообщество LessWrong, которое собирается где попало. Оно занимается чем-то на стыке когнитивной психологии, нейроэкономики, философии и прививает людям навыки рационального мышления и другие фундаментальные вещи. Мы со Славой Матюхиным, который изначально участвовал в этих встречах, а потом собирал их в офисе Яндекса, в 2015 году решили открыть пространство, где будет проводить встречи сообщество. Антикафе «Кочерга» скорее идейное заведение с элементами бизнес-проекта, место для ботаников, которые занимаются своими странными вещами.

Фото: Михаил Дмитриев

После магистратуры Вышки вы планировали профессиональную карьеру?

Я писала магистерскую работу по философии образования и хотела поступить в аспирантуру в Институт образования ВШЭ. У меня были довольно наивные представления том, как выглядит академическая работа на уровне аспиранта. В итоге я поступила, посмотрела, как оно там, но заболела, и мне пришлось бросить учебу. Как раз в этот момент мы со Славой решили открывать антикафе, и когда эта идея начала развиваться, я осознала, что антикафе и есть именно то, чем бы я хотела заниматься после аспирантуры — но могу это делать уже сейчас! С первого курса бакалавриата я хотела посвятить себя просвещению и открытию здравого смысла у людей. Будучи в аспирантуре, я успела поговорить с Александром Сидоркиным. «Что не дает вам спать по ночам?» — спросил он. Это было неожиданно. «Хочу спасти мир, — говорю, — чтобы люди жили лучше». «Они не будут жить лучше, они могут стать умнее, но это им не поможет», — был ответ. И я поняла, что академическая работа все-таки не для меня.

Если сравнивать Вышку с другими вузами, чем она качественно отличается от них, в чем особенная?

В Вышке учатся люди, которым это нужно. В нашей группе было 16 человек, все они ходили на занятия, что для философского факультета странно, на моем опыте бакалавриата. Вышкинские преподаватели совершенно и полностью сумасшедшие в своей теме, я не встретила ни одного ученого, который бы приходил на лекцию и скучным голосом отрабатывал материал. Студенты и преподаватели одинаково увлечены, могут трепаться в «Фейсбуке» ночами, потому что это всем интересно, и между ними нет дурацкой академической дистанции. Особенно меня впечатлили товарищи, которые занимались философией языка. Эта штука до сих пор развивается, и публикации, которые выходят сейчас по этой теме где-нибудь на Западе, мгновенно рассматриваются на семинаре в Вышке — сразу чувствуешь себя включенным в сообщество.

 

25

коворкингов работает в Москве, из них 7 — государственные

Источник

 

С Вышкой сейчас поддерживаете отношения?

Недавно я приглашала аспиранта из Школы философии выступить в «Кочерге» на тему свободы воли и роботов — было довольно весело. Его зовут Саша Мишура, он занимается философией сознания. Ученые из Вышки как раз интересны тем, что мало занимаются историей философии как сухие академические специалисты, а больше — современной философией, поэтому к любому из них можно прийти и сказать: «Саша, расскажи нам про роботов». И Саша скажет: «Сейчас», — и на ходу сделает обзор.

Раскройте мне секрет «тайного общества», для которого вы создали антикафе. Пока чувствую себя изгнанником в масонской ложе.

У нас собираются рационалисты. Есть определение рациональности — это способность принимать лучшие решения, а что оказывается лучшим решением, то и есть рациональность.

Ой.

Упрощаю: это комплексный навык анализа ситуации для хорошего принятия решений. Эта штука раскладывается на две большие составляющие. Первая — эпистемическая рациональность, это про то, с какими инструментами и как лучше познавать мир. И второе — блок инструментальной рациональности, в котором люди могут понять, как знание приложить к настоящим задачам. Например, есть проблема: я вчера не встал в 7 утра и позавчера не встал, значит, я не могу. Это не так.

В общем, рациональность — это способ избавления от стереотипного восприятия?

В том числе. Но это относится не только к тому, что ты думаешь о себе, но и к более глобальным вещам. Когда ты пытаешься оценить или определить свое отношение к какому-то явлению культуры, тебе приходится строить модель того, как все устроено, такую, на основе которой можно делать прогнозы. Набор приемов работы с этой моделью человек может применять в повседневной жизни — это и есть инструментальная рациональность, с которой жизнь становится качественней.

Какие научные источники вы используете в работе с рациональностью?

Мы опираемся на работы западных коллег. Есть Элиезер Шломо Юдковский, философ-автодидакт, трансгуманист и специалист по искусственному интеллекту. Он написал работу на две тысячи страниц (раньше она публиковалась как «цепочки», теперь собрана в книгу), основанную на блоге, где популярными словами излагаются принципы рационального мышления. Юдковский не оригинален: для человека с философского факультета очевидны параллели с Расселом, Поппером, с современной когнитивной психологией. И мне нравится, как он это популяризирует, его легко читать — а я вообще за популяризацию науки. Мы также понемногу переводим Юдковского на русский.

Если человек начинает скучать, значит, есть место для прогресса.

Все мероприятия в «Кочерге» посвящены рациональности?

Не все. Первые месяцы мы экспериментировали с форматами. Из рациональных мероприятий «выжили» встречи сообщества LessWrong, которые проходят раз в три недели в самых разных форматах — в виде докладов, игр, дискуссионных клубов с элементами троллинга. К нам периодически приходят спикеры, например, Алексей Турчин, который также поучаствовал в оформлении нашего пространства. Слава Матюхин проводит каждую пятницу практикумы по рациональным навыкам. Каждый раз выбирается определенный навык и какие-то упражнения для его развития. Вообще мы стараемся проводить разные мероприятия популяризаторского толка. Начиная Асей Казанцевой и заканчивая астрофизиком Сергеем Поповым. Мы зовем людей, которые могут рассказать что-то интересное про науку.

Популяризатор науки — это призвание. Обычно академизм душит коммуникативные навыки.

Я скажу, что это не так, популяризаторов науки очень много. Когда я решила сделать план лекций на ближайшие полгода, у меня на каждую неделю вышло по три человека, то есть их много! Другое дело — медийность. У Аси Казанцевой и Ильи Захарова тысячи подписчиков, Дробышевского слушают на Постнауке по теме «антропогенез». Мест популяризации науки в Москве много, все они подчас забиты слушателями. И когда начинаешь разбираться в этой тусовке, то понимаешь, что в последнее время стало модно быть умненьким.

Фото: Михаил Дмитриев

Мне кажется, что есть некий тренд в том, что люди стали интересоваться своим сознанием. С чем это связано?

Это большой вопрос. Не весь мир интересуется сознанием, а только тот кусок мира, в котором есть что покушать — и вот он страдает от того, что ему скучно. У куска мира есть проблема — надо, чтобы было интересно. Чем бы для этого заняться? Выучить дискретную математику? Нет, пожалуй, это слишком сложно. Молекулярную биологию? Нет, это узкая область. И тут все находят психологию — почему-то всем кажется, что она простая. То же и с философией — люди думают, что это разговоры, которые можно вести с товарищем на кухне. Если заниматься психологией на уровне эзотерики, ведической женственности, тренингов «10 способов удержать мужчину», то все нормально, по крайней мере все понятно. Но если попытаться найти обоснованные причины явлений, придется закопаться в нейробиологию и в нормальную научную психологию. А это уже страшно и некомфортно.

А я-то думала, что человеческое сознание переходит на другой уровень.

Отчасти это так. Если человек начинает скучать, значит, есть место для прогресса.

Теперь — про бизнес. Как открыть коворкинг?

Мы со Славой как-то сидели вечером за чашкой чая, решили, что пора, и пошли искать помещение — просто и внезапно. У меня сложился некий план: что за чем делать и сколько денег тратить. Все это пошло к чертям с самого начала, но это мы тоже учли. Вложениями были накопления Славы, с помещениями в Москве беда, цены на аренду дикие, тем не менее мы стали ее «отбивать» через 4-5 месяцев. Но нужно платить зарплаты работникам, покупать чай, печеньки, убирать и чинить. Лекторам мы сейчас не платим, некоторые выступают по идейным соображениям. В антикафе люди платят за время, и цена лекции укладывается примерно в 200 рублей. Мы в поиске баланса, чтобы и лекторы получали бонус, и люди не переплачивали. В общем, это антибизнес.

Было понятно, что для людей в этом сообществе нужно сделать коммуникацию максимально легкой и не напрягающей, потому что для них это проблема.

Что приносит большую прибыть — лекции или работающие посетители?

Обычно в сентябре случается поток студентов, которые приезжают с каникул и сидят здесь днями. Во время сессий часто к нам приходят проектные команды, которым нужно помещение для совместной работы, мы даем им скидку. Нам это выгодно — хочется принимать небольшие сообщества, которые помогут сделать наш коворкинг окупаемым.

Получается какой-то идеологический бизнес.

Мы не рассчитываем, что будем сильно богатеть, потому что на антикафе вообще не богатеют. Аренда, зарплаты и бытовые расходы — выходит примерно 300 тысяч. Чтобы это «отбивать», нам нужно, чтобы в день приходило 50 человек. Ни о каком крупном бизнесе речи нет. Другое дело, что мы можем устраивать на этой площадке платные тренинги и платные лекции, и если нам придет в голову разбогатеть, это будет единственный способ. Пока у нас минута стоит 2 рубля, заработать нереально.

У вас есть постоянная работа? Вам есть на что жить?

Все свое время мы со Славой посвящаем антикафе. Но Слава работал программистом в Яндексе, получил там опцион, который лег в основу наших накоплений, на них мы живем.

 

40%

резидентов коворкинга в Европе составляют веб-разработчики и дизайнеры, 13% — PR-консультанты и оставшиеся 47% — другие специалисты

Источник

 

Вы особым способом организовали помещение. У вас есть комната-антидепрессант — откуда брали такие чудесные идеи?

Идея комнаты с ярким солнечным светом была еще до поиска помещения, потому что среди несчастных рациональных ботаников много депрессивных ребят, увы. Мы вычитали, что яркий свет — это терапия от депрессивного расстройства, и сделали комнату с солнечными лампами и зеленью. Там приятно и полезно читать книги из нашей философской библиотеки. У нас несколько концептуальных комнат — например, «Гедель, Эшер, Бах», с книжками о закономерностях, которые повторяются в музыке, математике и художественном искусстве, и с соответствующим дизайном. Есть другие.

Из наших фишек — бейджи, сигнализирующие о готовности к тому или иному виду взаимодействия. Буква «Ф» на бейдже означает, что вы готовы к физическому взаимодействию, если буква красного цвета — это сигнал о том, что человека не нужно беспокоить. Современные люди очень скованы и закрыты. Кто скажет, чтобы тебя оставили в покое? Будут терпеть и пить антидепрессанты. Еще у нас есть внутренняя валюта юдкоины (шуточно в честь Юдковского), которая одновременно является карточкой лояльности, и система скидок для репетиторов — мы правда за образование.

Я встретила на вашей странице в «Фейсбуке» формулировку, что вы «интроверт френдли». Моя мечта сбылась.

Наши клиенты — интроверты. Мы наблюдали их еще до открытия антикафе, и хорошо знали наших клиентов — как самих себя. Некоторые отчасти аутичны, неконтактны, и было понятно, что для людей в этом сообществе нужно сделать коммуникацию максимально легкой и не напрягающей, потому что для них это проблема. Хочется, чтобы наши правила были культурной нормой вообще. Например, чтобы можно было начать разговор с обсуждения вашей коммуникации, а потом перейти на метауровень.

Все материалы рубрики