О проекте
«Конструктор успеха»

Как найти свое место в жизни, заняться тем, что получается легко и приносит счастье? Для этого нужно правильно применить знания, которые дал университет и сама жизнь. В проекте «Конструктор успеха» мы рассказываем о выпускниках Высшей школы экономики, которые реализовали себя в интересном бизнесе или неожиданной профессии. Герои делятся опытом — рассказывают, какие шишки набивали и как использовали предоставленные им шансы.

Окончив бакалавриат, магистратуру и поступив в аспирантуру Вышки, Михаил Жемков удачно совмещает практические задачи с исследовательским направлением. Работая начальником отдела в Департаменте денежно-кредитной политики ЦБ, он активно ведет научную деятельность и принимает решения, непосредственно влияющие на экономику страны. В интервью «Конструктору успеха» Михаил рассказал, как общение в Вышке помогало учебе, что изучают макроэкономисты и почему в ЦБ хватает времени на все.*

Что привело вас на факультет экономических наук Вышки?

Я учился в физико-математическом классе, и экономики как предмета там не было. Но мне захотелось ее изучить – тогда можно было выбрать дополнительные курсы, в том числе от Вышки. Я начал ходить на такие курсы в 10-м классе. Естественно, сразу мало что получалось, но я постепенно стал участвовать в олимпиадах, муниципальных и региональных. Так к 11-му классу я набрался опыта, стал победителем региональных этапов и поехал на Всероссийскую олимпиаду по экономике. Все это проходило параллельно с участием в вузовских олимпиадах ВШЭ и МГУ, что позволило мне поступать без ЕГЭ в топовые университеты. Документы я подавал в Вышку, МГУ и Финансовый университет, но больше склонялся к Вышке. Я уже привязался к ней, она устраивала большую часть олимпиад, к тому же на курсах подготовки я привык к вышкинской системе обучения, так что выбрал ее и, разумеется, ФЭН.

Почему именно Вышка казалась вам самым авторитетным вузом?

У меня много знакомых училось в Вышке, в том числе на факультете экономических наук. В МГУ знакомые тоже были, но они скорее говорили о более академическом образовании в их университете. Вышка же, по ощущениям, была больше настроена на практику, поэтому я выбрал ее. Мне нравились программы, которые предлагал НИУ ВШЭ, нравились преподаватели и то, каким современным является этот вуз по самым разным параметрам, от системы обучения до дополнительных курсов, которые можно брать по совершенно разным направлениям.

Чем нравилась учеба? Какие дисциплины были особенно близки и интересны?

Спустя время я не могу вспомнить ничего, что бы мне не нравилось. Помню официальную встречу руководства университета с первокурсниками, где Кузьминов, кажется, сказал: «Запомните, ребята: обучение в Вышке станет одним из самых счастливых периодов в вашей жизни». Тогда мы так не думали, были утомлены поступлением, олимпиадами, экзаменами. Но спустя годы я понимаю, что так и вышло: для меня время учебы в Вышке оказалось очень счастливым.

Автор: Даниил Прокофьев / НИУ ВШЭ

Мне нравилось учиться, большинство предметов и возможность брать факультативы вдохновляли. Поскольку я учился в физико-математическом классе и дополнительно занимался экономикой, такие дисциплины, как матанализ, микро- и макроэкономика, теория вероятностей, очень нравились и шли хорошо. Этому сильно способствовали и преподаватели, заинтересованные в предмете и передававшие свой интерес нам.

Было много нового общения, я узнал множество прекрасных людей. Шесть лет я жил в общежитии, где сформировалось отдельное комьюнити. Студенты друг другу помогали, создавая этим самую дружественную атмосферу. На первом месте у нас всегда стояли понимание и взаимовыручка, как-то так сложилось в Вышке. Из-за этого и сама учеба, и разные дисциплины давались легче. Атмосфера – важная часть хорошего университета.

Что определило ваши исследовательские интересы?

Изначально я склонялся к макроэкономике, несмотря на то что по микроэкономике у меня оценки выходили намного лучше. Наверное, меня увлекала глобальность макроэкономики и ее практическая направленность. Она изучает то, что происходит в экономике внутри страны, между странами, в целом мире. В этом всеохватность и важность макроэкономического направления. Практическая сторона – все то, что окружает нас непосредственно в реальности, та же фискальная политика, монетарная политика и их взаимодействие. Например, взаимодействие фискальной и монетарной политики – одно из основных направлений теоретической экономики. Но в то же время это очень интересная практическая тема, которая сейчас на слуху: принимаются решения по ключевой ставке, по бюджетной политике, и это непосредственно влияет на нашу жизнь. Макроэкономика позволяет сразу оценивать то, что происходит в реальном мире, и этим она мне всегда очень нравилась.

Как вы искали себе научного наставника в этом направлении?

Методом проб и ошибок. Мои научные руководители и наставники менялись. Макроэкономика обширна – в бакалавриате, магистратуре, аспирантуре я работал с разными учеными. Но это мне не кажется недостатком, наоборот: я увидел разные подходы, мнения, методы. Это происходило еще и потому, что в разное время мне казались интересными разные направления, так что я не мог остановиться на чем-то одном, поэтому искал нового наставника, близкого по специализации.

Автор: Даниил Прокофьев / НИУ ВШЭ

В какой-то момент я стал заниматься коммуникационной политикой в части фискальной и монетарной политики, нашел в Вышке прекрасного эксперта – Ольгу Сергеевну Кузнецову, писал курсовую работу и делал исследовательскую статью под ее руководством. Я считаю, что хорошо иметь такую свободу выбора, какую дает Вышка, можно искать себя и работать с выдающимися людьми из науки.

Как вы относились к возможности построить научную карьеру?

Я для себя никогда не разделял научную и ненаучную карьеры. Можно спокойно работать в том же ЦБ и вести научную деятельность, в банке есть много подразделений и направлений, которые являются сугубо исследовательскими.

Я считаю, что любому макроэкономисту – не важно, где он работает и на каком уровне, – полезно заниматься научной деятельностью в дополнение к своей практической работе

Когда общаешься с коллегами, рецензентами, редакторами, соавторами, это расширяет твой кругозор как специалиста. Исследователь начинает глубже понимать качественную сторону своей работы. Кроме того, академическая деятельность позитивно сказывается на круге общения. Всегда полезно поддерживать контакты с другими коллегами-исследователями, следить за текущей научной повесткой и быть в курсе особенностей публикационной активности.

Можно строить модели 50-летней давности и копаться в традиционных феноменах, но если западные академические исследователи продвинулись сильно дальше, то нужно пытаться применять их наработки у нас. Появляются новые идеи, обновляются методы и подходы, нельзя от этого отставать.

В чем был смысл вашего поступления в магистратуру? Продвинуться в академических трудах?

Я бы описал магистратуру как очень специализированное образование. В нее, как и в аспирантуру, опасно поступать по накатанным рельсам. Нужно определиться, чего и зачем ты хочешь достичь, например, в ближайшие пять лет. Я понял, чем мне интересно заниматься, изменился мой подход как к исследованиям, так и к работе с научным руководителем. Он стал более качественным, в этом плане магистратура дает более глубокие, более специализированные знания. Ты можешь сам выбирать, какие курсы тебе интересны, а какие нет. Магистратура дает также свободу выбора, свободу действий и мышления. Ты взрослеешь как исследователь и как человек.

Но вы не остановились и поступили дальше, в аспирантуру.

В магистратуре я окончательно утвердился в выбранном направлении – макроэкономике, появилась профессиональная уверенность, а после я взял перерыв. Я выпустился в 2017 году, а в аспирантуру поступил только в 2019-м. Мне требовалось осознать, нужно ли мне это, пригодится ли в работе. Считаю, что в решении я не ошибся: к 2019 году у меня уже был пул опубликованных работ, в том числе написанных в ЦБ. Я понял, что мне интересно заниматься исследованиями, сделать личный и сколь-нибудь значительный вклад в развитие отечественной науки, и аспирантура в этом мне должна была помочь.

Присутствие в академическом сообществе помогает макроэкономисту посмотреть на свою работу под другим углом

Мне было очень важно осознавать, что мои работы оценят крупные исследователи: нужно получать критику, чтобы расти профессионально. Учиться в аспирантуре оказалось легче, чем в магистратуре: я уже прошел ту исследовательскую школу, которая формирует мышление и дает инструменты для научной работы. С точки зрения индустрии аспирантский бэкграунд не является требованием, но становится безусловным плюсом. Скорее я сделал этот шаг для собственного развития.

Как вам удавалось совмещать работу, преподавание, исследования?

Преподавание и работу в ЦБ я совмещал не более полутора лет. Сейчас меня с Вышкой связывает только обучение в аспирантуре. Исследовательская деятельность для меня не ограничивается Вышкой. В ЦБ, кроме практической работы, мы тоже занимаемся исследованиями, что частично пересекается с аспирантскими задачами. Также обучение и мероприятия в Вышке, как правило, вечерние, так что совмещать студенческий статус с профессиональным очень удобно.

В чем для вас была польза преподавания? Каких навыков требует эта деятельность?

Как бы абсурдно это ни звучало, но преподавание позволило мне глубже погрузиться в предмет и понять его. Как студент ты пытаешься понять суть и логику дисциплины, но совсем другое дело, когда ты начинаешь искать в предмете взаимосвязи, раскладывать на сегменты, рассказывать обо всем этом 30–50 людям и получать в ответ столько же вопросов. Здесь начинается дискуссия, которая неизбежно порождает обоюдное развитие преподавателя и студента. Оба начинают смотреть на тот или иной феномен с другой стороны, видеть новые вещи, ставить иные вопросы и приходить к неожиданным и важным выводам.

Автор: Даниил Прокофьев / НИУ ВШЭ

В этом плане правильно, что факультет привлекает молодых преподавателей на самом раннем этапе, чтобы усилить их развитие. Когда я преподавал, то можно было и не являться, например, кандидатом экономических наук. Уже в бакалавриате можно было ассистировать, проводить консультации, а в магистратуре – обучать бакалавров. Конечно, с точки зрения методик у всех преподавателей разный подход к коммуникации и системе донесения знаний. Есть открытые лекторы, которые во главу угла ставят общение со студентами, есть методичные менторы. Но в целом главный навык преподавателя – безбоязненное восприятие вопросов из аудитории, неординарной ситуации, когда тебе кажется, что ты все знаешь о предмете, но студенты как бы выбивают тебя из привычного угла зрения, и ты, как Сократ, понимаешь, что ничего не знаешь. Надо быть к этому готовым, вставая за кафедру.

Как вы попали в ЦБ и чем вы там занялись как главный экономист?

Я попал в ЦБ через стажировку в магистратуре, когда в банке собирали людей под определенный аналитический проект. По сути, я прошел все этапы – от стажера, аналитика, старшего аналитика и до начальника отдела. Когда в ЦБ открывается стажировка, мы наряду с академическими знаниями тщательно оцениваем эмоциональный интеллект кандидата и то, как он уживается с людьми. Мне и многим другим специалистам стажировка сильно помогла в подгонке к команде, а нередко она, наоборот, дает кандидату понять, что ему лучше попробовать что-то другое.

ЦБ – большая структура, в которой много направлений и департаментов. У каждого департамента свой пул работы. Наш Департамент денежно-кредитной политики занимается поддержкой принятия решения по ключевой ставке, поэтому все наши сотрудники в той или иной степени готовят аналитические материалы и занимаются исследовательской работой. Кто-то делает прогнозы основных макроэкономических показателей, кто-то оценивает текущую экономическую ситуацию в различных секторах, кто-то создает или обновляет экономические модели, кто-то пишет комментарии, доклады для руководства и правительства.

Куда ЦБ направляет аналитику? В Минэк?

У нас восемь раз в год проходит заседание совета директоров по ключевой ставке, и к этому заседанию готовятся все аналитические и исследовательские материалы банка. В том числе в рамках мероприятия происходит тесное взаимодействие с Минфином и Минэком, они изучают наши материалы и высказывают свою позицию. Бывают и межведомственные взаимодействия, когда обмениваемся данными с Минфином и Минэком, делаем аналитику и результаты обсуждаем на высоком уровне, с министрами и директорами департаментов. Что мне нравится в нашей работе – мы почти никогда не делаем материалы в стол. Результаты наших трудов всегда идут к высшему руководству, которое на их основе принимает глобальные решения, отражение которых все мы видим в реальности.

Есть мнение, что ЦБ – скучная консервативная структура, в которой мало развития, и новичку будет не слишком интересно туда попасть.

Это совершенно не так. Конкретно у нас в департаменте очень молодой коллектив, много различных подразделений и функций. Руководство также относительно молодое, большинство сотрудников, например в нашем департаменте, – это недавние выпускники Вышки, МГУ, РЭШ. Развитие в ЦБ очень зависит от самого сотрудника. Если он знает, чего хочет, и хорошо умеет применять свои навыки, то для него не будет ограничений в карьерном плане. Здесь большая поддержка исследовательской работы, так что можно писать статьи, участвовать в конференциях и развиваться как ученый, делая весомый вклад в экономику страны.

Как вы совмещаете руководство, прикладные задачи с экспертным вкладом, который делаете как исследователь?

Сейчас я руковожу отделом экономического анализа из девяти человек, мы занимаемся широким спектром вопросов и задач. Оцениваем текущую экономическую ситуацию – то, что происходит с потребительской и инвестиционной активностью, с экономическим ростом. Мы анализируем и прогнозируем инфляционные процессы, анализируем бюджетную (фискальную) политику, влияем на официальные прогнозы по экономике. Кроме того, наш отдел занимается анализом взаимосвязи отдельных секторов – бюджетного, внешнего, реального и монетарного.

Автор: Даниил Прокофьев / НИУ ВШЭ

Большая часть нашей работы – исследования, на которых и базируется наша аналитика. Если по результатам мы понимаем, что наши работы могут внести значительный вклад в отечественную или международную академическую литературу, то публикуем статьи в рецензируемых журналах. Это тоже одна из наших обязанностей – не только делать аналитические материалы, но и публиковать исследовательские работы. В этом смысле в ЦБ достаточно легко оставаться в исследовательском комьюнити, совмещая это с практической деятельностью.

В нашем отделе есть определенное разделение между ребятами по специализации. Лично мои обязанности – руководство всеми процессами отдела, своевременное разделение обязанностей, сбор, анализ и резюмирование выходящих материалов. Если я понимаю, что мое экспертное мнение может быть полезно, что оно поможет сделать материал глубже, то я включаюсь в исследование как своего рода научный руководитель. За последние два года были и собственные исследовательские работы, времени на это хватает.

Планируете ли вы готовить научные статьи и после окончания аспирантуры?

Думаю, что со временем просто изменится частота их выпуска, поскольку у руководителя, к сожалению, практические задания и обязанности все же превалируют над научными. В то же время исследовательские навыки – это на всю жизнь. В какой-то момент ты можешь ненадолго остановиться, но потом на какой-нибудь конференции пообщаешься с интересным исследователем или узнаешь новую идею из статьи – и получишь импульс к собственному научному проекту. Ведь исследовательская работа – вещь нерегламентированная, она как вдохновение, которого может не быть несколько лет, а потом вдруг появится в большом количестве. Я надеюсь, что мои исследования будут идти в том же ритме, потому что это неотъемлемая часть нашей работы.

*Мнение Михаила Жемкова может отличаться от официальной позиции Банка России.